Валентин Русаков – Падение терратоса (страница 12)

— Да уж… аристократ, офицер тайной жандармерии и вдруг телохранитель отставного жандарма, — хмыкнул Кинт.

— В этом деле, в этом месте я могу доверять только себе.

— Зря, там, — Кинт показал на потолок, — есть три человека, которым я могу доверять как себе, и вы им тоже можете доверять.

В ответ Морес как–то странно улыбнулся и встал с бочонка,

— Что ж, идемте тогда, у меня еще есть пара важных дел на эту ночь.

На следующий день, проснувшись почти в обед, Кинт не двигаясь открыл глаза. Морес сидел у окна и, разложив на небольшом столике канцелярские принадлежности и нацепив пенсне на тонкой цепочке, что–то сосредоточенно писал в толстой тетради. Взгляд Кинта Морес почувствовал на себе сразу же.

— Доброе… Добрый день, — сказал Морес, пару раз чиркнул в тетради, закрыл ее и убрал в пузатый кожаный саквояж, снял пенсне и положил в нагрудный карман камзола.

— Уже день?

— Да.

Совершив утренний туалет, Кинт оделся и подошел к окну.

— А где вся эта армия тюремного корпуса?

— Вернулась в Дастен.

— А пленные?

— Они под охраной, будут скрытно доставлены в столицу.

— Обедали?

— Нет.

— Тогда пойдемте.

— Подождите, тут вот этот эм… Маар принес ваши покупки, сказал, что это вы себе одежду покупали.

— А, ну да.

— Покажите.

— Сейчас?

— Да, мне нужно быть уверенным. Если что–то не устроит, то после обеда у нас мало времени и нужно будет приобрести то, что я сочту нужным.

Морес, конечно, забраковал все то, что приобрел Кинт на свой вкус и, пообедав, в компании с Мааром и Моресом Кинт снова отправился за покупками, ощутимо опустошив свой кошелек, хорошо, что еще кое–какие средства отложены в шкатулке на дне ранца.

После обеда Кинт, краснея и смущаясь, стоял посреди ресторанчика. Морес сидел напротив за столом, а Дукэ, Маар и Ллодэ, усевшись у стойки, перешептывались и улыбались.

— Да что? — не выдержал Кинт, — и расстегнул верхние пуговицы дорого шерстяного камзола.

— Тут у нас недалеко от пристани живет вдова хромого Витара, — с серьезным видом сказал Дукэ, — не пристроишься на юге, приезжай, она недурна и не бедна, а в таком–то виде ты ее покоришь за один ужин!

— Ты серьезно?

— А почему нет? — подхватил Ллоде.

— Так хватит! Ну что?

— Хорошо, — резюмировал Морес, — теперь хорошо.

— Чего хорошего? А это я куда? — Кинт поднял со стола портупею с двумя пистолетами и потряс ею в воздухе.

— Придется пока довольствоваться кобурой на поясе.

— Кобурой на поясе, — пробубнил Кинт, — ладно, теперь–то это все можно снять?

— Нет, — ответил Маорес, достал хронометр, пару секунд подумал, щелкнув крышкой, убрал хронометр в карман, — думаю, пора выдвигаться к пристани.

— Куда? — не понял Дуке, — бухта льдом скована.

— … Дирижабль! Дирижабль! — прокричали мальчишки на улице на разные голоса.

— Да ладно! — Кинт подошел к окну и посмотрел в сторону пирса.

Неторопливо, но уверенно и аккуратно капитан воздушного судна мягко опустил гондолу на лед. Погода успокоилась, и все, кто вышел прогуляться после обеда на улицу, сразу устремились к пристаням.

— Нечасто такой «пузырь» к нам приплетает, — Ллодэ тоже подошел к окну полюбопытствовать.

— Прощайтесь, Кинт, у нас мало времени… Маар, отвезете нас к пристаням?

— Конечно, — пожал плечищами и как–то грустно ответил Маар.

— Очень надеюсь, сынок, что перед тем как умру, я еще увижу тебя, — Ллодэ положил руку на плечо Кинта.

— Я постараюсь, не разочаровать вас Ллодэ.

— Ну, до встречи, компаньон, — пожал руку Кинта Дукэ, — и береги себя там.

— И вы, вы тут тоже не балуйтесь, — Кинт погрозил пальцем, — я буду писать.

— Ну–ну, — улыбнулся Дукэ и вздохнул, — все, не заставляй себя ждать.

Кинт быстро закончил с упаковкой двух дорожных сумок, накинул пальто, котелок и натянул перчатки из дорогой тонкой кожи… правда, толку от них — один пижонский вид и все.

Пока Морес общался с капитаном, предъявив свой жетон у выброшенной на лед лестницы, Кинт попрощался с Мааром.

— Присмотри за Дукэ и Лдодэ.

— А как же, — как всегда широко улыбнулся Маар, — ты только правда, может, напишешь?

— Постараюсь.

— Ну все, вон уже твой капитан усами шевелит… иди, — Маар хлопнул Кинта по плечу.

— Прощай, — сказал Кинт, схватил с саней сумки и побежал по толстому льду к дирижаблю.

Глава восьмая

— Сюда, за мной, пожалуйста, — капитан вел Мореса и Кинта по просторному коридору.

По обе стороны коридора были двери пассажирских кают, потом поднялись выше по лестнице на другую палубу, где находилась просторная смотровая площадка и уютный ресторанчик за стеклянными стенами, затем в обратную сторону по коридору и поднялись на мостик. С носовой части гондолы, где находился мостик, открывался просто изумительный вид, у Кинта даже дрогнули колени от ощущения высоты. Дирижабль уже поднялся на высоту полета птиц и разворачивался на юг. Справляясь с эмоциями, Кинт следовал за Моресом и косился в большие окна–паутины, за которыми открывалась потрясающая картина — северо–восток терратоса, который с этой высоты можно было разглядеть на тысячи и тысячи шагов вперед. Кинту хотелось бросить тяжелые сумки и прильнуть к окнам, рассмотреть Конинг, побережье и все остальное, насколько хватит взгляда.

— Вот здесь я смогу вас поселить на ближайшие пару дней, потом будет посадка и кое–кто из пассажиров сойдет, — капитан дирижабля толкнул дверь и пригласил входить, — здесь комната отдыха вахтенной смены, есть, где поспать… ну, а поесть это в ресторан, обед уже был, так что ждите ужина.

— Спасибо Агэс, мы разберемся, — ответил Морес и втянул Кинта за рукав в комнатушку.

— Располагайтесь, — капитан кивнул и прошел на мостик.

— Морес, как вам это удалось? Это же управление воздухоплавания…

— Пришлось задействовать дружеские связи, а не служебное положение, — ответил Морес, снимая форменное пальто и вешая его на крючок у двери.

— Я впервые в воздухе…

— По вам видно, вы хоть рот прикрывайте, что ли.

— Простите, но ощущения просто детского восторга.

— Понимаю… Но все же держите себя в руках… вы ведь успешный торговец с севера, видавший виды… хоть и молодой.