Валентин Никора – Для кого закон не писан. Хроника четвертая (страница 9)
Юный граф метнулся в соседнюю комнату, и столкнулся со слугой, несущим на подносе грязную посуду.
Звон битого фарфора, казалось, пробудил от спячки весь замок. Но Херо не слушал нарастающий за спиной шум и ругань. Он несся сквозь комнаты и коридоры прямиком в библиотеку, и нехорошее предчувствие жгло его грудь.
Ворвавшись в библиотеку, дон Педро кинулся к полкам, и быстро принялся оглядывать корешки книг.
Ага, вон оно! Херо вытащил старый том с серебряными застежками. «Основы Херомании и Хитромантии, гадания по требухе петуха и варана, а также звездоведение и астральные прогнозы. Сочинения магистра около’оккультных наук Параградусцельсия» – было выведено на обложке.
Херо знал, что Параградусцельсий, как и великий Ахгриппа, а также Аринастол и Планктон со Спизанозой были не только великими философами древности, но и считались опытными колдунами.
В школе эти имена произносились шепотом и с благоговейным ужасом. Но иногда дон Педро казалось, что сами учителя никогда не читали книг этих магистров, – уж больно быстро преподаватели переводили тему разговора на священные пятьдесят пять томов великого оборванца Роем Ульи. Он, этот Ульи, написал такие великие труды, как «Шаг вперед, но два назад» – о магической природе вареных раков; «Интерведьминканал» – о призраке, который ходит по материку и пугает девок, и прочую подобную чушь.
«Так, – подумал Херо, – философы, как всегда, не видят дальше собственного носа. Будем надеяться, что Параградусцельсий не был таким же занудой, как Роем Ульи».
Не успел мальчишка раскрыть том, как дверь библиотеки тихо скрипнула.
«Уркесюк! – понял дон Педро. – Он обо всем догадался».
Тень упала между рядами полок. Херо метнулся в сторону и едва успел скрыться за одним из гобеленов, как услышал тихое дыхание крадущегося на цыпочках незнакомца.
«Обезьяна в босоножках орала на козла», – совершенно не к месту вспомнились вдруг слова исключения из правил костоломского языка. Херо едва не хихикнул, но вовремя прикусил язык. Почему-то сразу представился угрин в сандаликах, кричащий на спокойно жующего козла. Получалось смешно.
С дон Педро всегда так: правила он никогда не учил, но всякие гадости схватывал на лету. Херо смутно помнил, что во всех этих словах в первом слоге слышалась «а», но писать нужно было «о», а уж почему – лишь богам да учителю ведомо.
Шелест шагов приблизился. Херо, прижимая книгу к груди, затаился, задержал дыхание.
По ту сторону гобелена кто-то постоял, подышал и двинулся прочь. Через минуту дверь библиотеки хлопнула.
Херо в изнеможении осел на пол. За эти мгновения юный граф покрылся испариной, и теперь чувствовал, как капли холодного пота дрожали у него на лбу.
Еще пару минут дон Педро выжидал: не вернется ли Уркесюк, или кто это там был. Но тишину никто не потревожил.
Вынырнув из-под гобелена, прижимая к себе тяжеленный труд Параградусцельсия, Херо метнулся в двери и уже без приключений добрался до своей спальни.
– Тс-с-с! – прошипел Варт и кивнул головой на Минерву.
Бедная девочка уснула в кресле, уронив голову на грудь.
– Уркесюк не заглядывал? – шепотом поинтересовался Херо.
Варт лишь покачал головою.
Дон Педро кинул книгу на кровать, метнулся к трюмо, вытащил из ящика золотой ключик и запер двери своей комнаты изнутри.
– Уф! – Херо вытер со лба пот. – Теперь можно спокойно поговорить.
Варт встал, подошел к кровати и с любопытством уставился на том.
– В этой книге я видел одну занятную картинку.
– Может быть, ты ещё читаешь и журналы для малышни: «Смешные картинки» и «Рыцарепузики»? – в голосе Варта слышался откровенный сарказм.
– Погоди! – буркнул Херо. – Я посмотрю, что ты запоешь, когда увидишь все сам своими глазами!
Дон Педро с трудом расстегнул застежки и принялся листать книгу.
– Вот, нашел! – просиял Херо. – Зри в корень мандрагоры, как говаривал Пруткасиас.
Варт скептически уставился в книгу:
– И что я здесь должен увидеть?
– Огненных коней, Варт, и зеленого человека.
– Хм. – сын лакея казался слегка озадаченным. – Мой отец, когда подопьет, и не такое может изобразить.
– Ну, чего ты такой трудный! – от нетерпения Херо даже взмахнул руками, и едва не разбудил Минерву. – Это же Уркесюк, приехавший из подземного мира!
– Даже если и так. – Варт задумчиво почесал в затылке. – Книга, написанная больше тысячи лет тому назад, не может рассматриваться как доказательство виновности живущего сейчас герцога. По крайней мере, я так думаю.
– Тут не размышлять нужно, а действовать!
– Давай-ка, для начала прочитаем, что здесь написано. – остудил пыл Херо Варт. – Картинки, знаешь ли, ничего не проясняют.
И парни склонились над старинным томом.
«Когда же придет время Икс, когда нечистоты будут вытекать из обеих труб замка в один ров со скоростью лошадиного галопа, в землях Костоломии и Радикулии может появиться угрин Игрек. И никому не известно, чему будет равняться персонализация Зет данного субъекта». – прочитал Херо и глубоко задумался. Походило на задачу из учебника, только на странную, с тремя неизвестными.
– Время Икс – любой миг. – Варт вздохнул. – А угрин Игрек – любой угрин. Знаешь, Херо, возможно, ты и прав, но все остальное я так и не понял.
– Я тоже.
За окном внезапно потемнело. Солнце спряталось за тучи, словно испугалось той страшной тайны, которую не до конца раскрыли дети.
И тут же веселый майский гром шарахнул в почерневшем небе.
Минерва проснулась и закричала от страха.
В замке началась паника.
Слуги заметались по коридорам в поисках временного прибежища. В Костоломии ведь издревле боялись молний, считая их огнем богов и злых ведьм.
Кто-то бегал и кричал: «Дракон! К нам летит дракон!»
Конечно, это была неправда. Рассказывают, что далеко на юге, в королевстве Мавритания жил бедный, но гордый идальго дон Панса. Однажды он увидел в окне своей лачуги пролетающего мимо дракона. Он выскочил на улицу, схватил чужого осла и помчался за змеюкой вдогонку. А потом выяснилось, что дон Панса сражался с мельницей, потому что так напился маврического вина, что не мог даже вспомнить, как его зовут. Так что, на самом деле, драконов не существует. Наверное…
В общем, все принялись бегать и кричать, а в комнату Херо забарабанили:
– Эй, есть кто живой?!
– Есть!!! – завопили дети.
Дон Педро кинулся прятать книгу в самое надежное место – под подушку. Взрослым в жизни не догадаться, что там может что-то лежать!
Варт кинулся открывать двери, а Минерва осталась сидеть в кресле. Она так сильно испугалась, что ноги у неё подкосились, сердце упало в пятки, а зубы принялись стучать сами по себе.
Едва Херо спрятал книгу и сделал вальяжную позу только что проснувшегося молодого дворянина, а Варт открыл дверь, как в распахнувшееся окно влетела шаровая молния.
Вбежавший гувернер Гулливер со слугами застыли на месте. Огненный, мерцающий шар плыл в нависшей тишине, как надвигается смерть в ночных кошмарах: медленно и неумолимо.
На улице до сих пор не упало ни дождинки.
Молния уже было долетела до Херо, но вдруг остановилась, зависла над кроватью. Все застыли в напряжении, понимая, что любое колебание воздуха может привести к взрыву.
Смертельный сгусток энергии покачался, и медленно выплыл прочь из комнаты, громыхнув уже за стенами замка так, что все повалились на пол, сжимая уши руками. И сразу же хлынул дождь.
– Все в подвальное помещение! Бегом! – срывающимся от напряжения голосом рявкнул Гулливер и, видя, что у Минервы от страха отнялись ноги, подхватил бедную девочку на руки.
Через пару минут все обитатели замка сидели на скамейках между длинными рядами винных бочек и терпеливо пережидали эту странную, колдовскую грозу.
Слуги таращились на Херо, точно на покойника и шушукались. Уркесюк мрачно разглядывал свои руки.
Варт с Минервой сидели так, будто кол проглотили. Граф с графиней пили вино из бокалов, но бледность их лиц выдавала волнение: им уже сообщили, что Херо мог погибнуть.
Да, воистину, это был странный день.
Когда гроза отшумела, детям разрешили подняться наверх.
Херо первым делом кинулся к кровати: проверить на месте ли книга. Но сочинения Параградусцельсия исчезли, словно их корова языком слизнула.