Вадим Селин – Большая книга ужасов — 5 (страница 9)
— Нет, я сделаю это, — решительно произнес я, поднимаясь со стула. — Мне
По моему виду Алле стало ясно, что спорить со мной бесполезно. Да и зачем спорить? Я вполне взрослый человек и сам отвечаю за свои поступки.
— Ну что ж, желаю удачи, — сказала Сухова.
Однажды, когда каникулы уже близились к концу, я проходил мимо школы и увидел на школьном дворе неожиданную картину — рабочие разбирали старый дырявый забор и копали фундамент для нового. Забор, как я прикинул, глядя на добротную железную арматуру, обещал быть солидным. Рабочие суетились, как муравьи: заливали бетон, что-то сваривали сварочным аппаратом, зачем-то укладывали трубы по всему периметру забора… Я стоял и недоумевал: для чего нашей школе такой роскошный забор? В школе учатся дети, что называется, средних слоев населения. И школа под стать этим слоям — старая, с плохим ремонтом. Да и красть в ней нечего. Совершенно непонятно — для чего же ставят вокруг нее такой заборище и зачем под ним прокладывают трубы? Я крепко озадачился…
Каникулы закончились, в школе начались занятия, жизнь потекла по обычному руслу… Ах да, мы все-таки отметили мой день рождения. Гости спрашивали меня про оборотня: как он выглядит, какого роста, как от него пахнет, было ли мне страшно. Последний вопрос казался мне довольно странным — разве есть на свете кто-то, кто при встрече с оборотнем не испугается, а наоборот — мило улыбнется или скучающе зевнет?
Мы, ученики 10-го «В», иногда задумывались над той странной предканикулярной выходкой нашей классной руководительницы, но как и прежде не находили разумного объяснения ее желанию устроить пикник на природе. В наличии у нас имелись лишь догадки и сомнения. Кто-то высказал, на мой взгляд, достойную мысль: дескать, в предложении Лилии Владимировны не было ничего сверхъестественного, — и все равно я начал внимательнее присматриваться к Прокопьевой, пытаясь найти странности в ее поступках. И нашел одну-единственную: географичка по-особому начинала реагировать, когда речь заходила об оборотне — нервничала, дергалась, тарабанила пальцами по крышке стола. Вот, пожалуйста, еще одна загадка, в которой предстоит разобраться.
За свободное от учебы время я придумал несколько способов, как встретиться с оборотнем. Это может кому-то показаться ненормальным, но я ждал оборотня, хотел, чтобы он снова ко мне пришел, посмотрел на меня зелеными глазами, и я ощутил бы исходящее от него величие и волну могущества… Мысленно я привык к тому, что оборотень где-то рядом, а он не внимал моим затаенным в душе просьбам: не вторгался в снова зарешеченное окно, не подсаживался в мой автобус, не нападал на меня из-за темного угла в подворотне.
Мой интерес к нему все рос, меня, как магнитом, прямо-таки тянуло к перевертышу.
Так совпало, что на день следующего полнолуния в наших Холодных Берегах были намечены народные гулянья — отмечался День города, исполнялось четыреста лет со дня его основания. Дата была важной, поэтому праздник готовился с размахом.
Настроение у меня тоже было праздничное. Мы с одноклассниками собрались в большую компанию и вечером отправились на центральную улицу, где должно было проходить основное действие. Большую Фруктовую перекрыли, машины по ней не ездили — по случаю праздника по центральной улице разрешалось передвигаться только пешком.
Где-то вдалеке играла музыка, люди веселились. В честь юбилея в Холодные Берега должна была приехать известная молодежная группа с романтическим названием «Вкус крови» и выступить с бесплатным концертом на площади, прилегающей к театру имени Максима Горького. Все ждали эту группу и веселились от души. Тут и там на земле были разбросаны пивные банки, пакеты из-под поп-корна, в небе летали воздушные шарики… И все были радостны, возбуждены, знали, что нынешний вечер — особенный. Как ни странно, но этот вечер выдался теплым, почти летним, правда, осеннее настроение все равно держало верх. Атмосфера царила воистину волшебная, даже воздух был наполнен пьянящим весельем. Вот только у меня на душе было очень неспокойно. Все мое существо одолевало непонятное и даже какое-то неистовое предчувствие… Я попытался заглянуть в себя поглубже, чтобы разобраться, что же именно меня гложет, и понял: меня тревожит именно то, что праздник очень уж спокойный, все идет гладко, без происшествий. Мои друзья веселились, смеялись, а я находился в таком состоянии, будто окружающие меня люди и яркие транспаранты нереальны. Полусон-полуявь… Они были, и одновременно их не было. Как будто людьми кто-то руководил, словно все они — марионетки в чьих-то руках и живут по написанному кем-то сценарию. Или кто-то что-то готовил для этих людей… Меня так и подмывало встать на какую-нибудь возвышенность и крикнуть в микрофон: «Люди, очнитесь!», но я, естественно, не мог этого сделать. Однако, как показали дальнейшие события, я был прав. Никто и не подозревал, что очень скоро начнется нечто ужасное и поразительное.
— Шатер, с тобой все нормально? — обратилась ко мне Полина Лебедева. — Задумчивый ты какой-то и заторможенный… Веселись, друг! Ведь впереди три дня выходных по случаю Дня города! Шик!
— Все в порядке, — ответил я, стараясь говорить как обычно, а получилось все равно несколько неуверенно. — Просто задумался.
— Понятно… Ну, идем ко всем, купим чего-нибудь перекусить. Скоро «Вкус крови» приедет! Мне прямо не верится, что скоро я увижу такую знаменитую группу своими глазами! Я в экстазе!
— Я тоже в экстазе, — пробормотал я.
Скоро стемнело, и включились уличные фонари, украшенные яркими лентами. Кое-где висели китайские фонарики, которые, на мой взгляд, смотрелись очень нелепо. У меня есть один друг, по национальности китаец, и я, когда приходил к нему в гости, много раз видел его комнату. Все в ней выполнено в китайском стиле: на потолке висят китайские фонарики, на стенах — вышитые полотна с изображением красного дракона, письменный стол украшают те же драконы, только сделанные из бумаги… Так вот, переступал я порог его комнаты, и меня охватывало ощущение, будто я не порог перешагиваю, а по меньшей мере границу между Россией и Китаем пересекаю. И дух от этого захватывало… А здесь, посреди площади нашего города, фонарики смотрелись… ни к селу ни к городу.
Все начали подходить к громадной сцене, установленной на Театральной площади. Толпа галдела, как сотня цыганских таборов, и с нетерпением ожидала любимую всеми группу, завоевавшую сердца молодежи тем, что в ее песнях было полным-полно разнообразной гадости и мерзости. Мух, пожирающих мертвецов и откладывающих в них личинки, да темных переулков с населяющими их маньяками:
Или вот еще замечательное произведение музыкально-поэтического жанра, которое приводит в восторг поклонников группы:
Ну, и все остальное у них в таком духе.
Лично я не находил ничего хорошего в подобных песнях, но иногда бывает забавно наблюдать за фанатами «Вкуса крови», которые собираются в скверах и поют под гитару песни о мертвецах и маньяках. Я искренне не понимаю, как можно фанатеть по этому безобразию. А слова песен? Чуть ли не в каждой песне повторы: то кого-то едят, то кто-то что-то ест, то кто-то спит… Видимо, тексты писал человек без собой фантазии и чувства ритма…
Но у многих моих одноклассников все тетрадки и дневники украшают наклейки с изображениями участников этой группы. К примеру, та же Полина Лебедева с замиранием сердца смотрит их клипы и тайно любит солиста — невысокого зеленоглазого брюнета, носящего на груди кулон в форме человеческой челюсти. У нас теперь вся школа взяла моду с этого солиста — ходить с челюстью на груди…
Время для концерта назначили необычное — без пятнадцати минут двенадцать ночи. Впрочем, фанаты этому не удивились. Они говорили, что «Вкус крови» всегда назначает концерты на полночь. Да, у всех свои причуды.
Мне с одноклассниками удалось пробиться едва ли не к самой сцене. Нас толкали локтями, пытались отодвинуть подальше, но мы были стойки и стояли непоколебимо. Даже меня захватила идея подойти поближе — чисто из спортивного интереса, а не для того, чтобы рассмотреть музыкантов.
Ровно в назначенное время на сцену выбежали участники группы. Такого восторженного визга я не слышал давно. Все в «зале», то есть на площади перед сценой, прыгали, кричали, свистели, лезли друг другу на плечи. Мне показалось, что толпа единогласно сошла с ума.
— Не видим ваши руки-и-и!!! — предъявил претензии солист в микрофон, а барабанщик простучал что-то заковыристое на своем инструменте.
Руки зрителей — лес рук! — взметнулись вверх. Если бы сейчас был урок, то учителя не поверили бы своим глазам.
Теперь кровавые мальчики остались удовлетворены количеством рук и незамедлительно пообещали:
— Сейчас мы зададим вам жару! Вы на всю жизнь запомните этот концерт! А кто-то на всю смерть! Га-га-га…
Шутка всем очень понравилась, и фанаты чуть ли не повыпрыгивали из штанов от счастья. Их восторженные лица надо было видеть. Восторженные, только какие-то… зомбированные.