Вадим Панов – Кто-то просит прощения (страница 91)
– Одежда?
– Чёрный комбинезон. Перчатки. Так что думаю, следов ДНК он внутри не оставил.
– А ты?
– И я.
Сергей вздохнул, потёр подбородок и кивнул, показывая, что ждёт продолжения истории.
– Когда они подошли к машине, я попытался его остановить, но… – вдаваться в детали Вербину не особенно хотелось, поэтому эту часть повествования он решил подсократить: – В общем, он оказался быстрее.
– Голова как? – деловито осведомился Сергей.
– Так себе, – не стал лгать Феликс. – Прилетело мне знатно.
– Может, к врачу?
– Надеюсь, не понадобится. Пока, вроде, даже таблетка от головы не нужна. – Вербин вновь прикоснулся к скуле и продолжил: – Когда очнулся, они уже уехали. Я позвонил тебе, затем прошёл через заброшенный участок, за домом увидел распахнутую калитку, за ней – открытую дверь в дом, затем открытую дверь в подвал, а в подвале – труп хозяина.
– Кейна?
– Да. – Феликс достал пачку сигарет. – Но самое интересное заключается в том, что в подвале я обнаружил следы длительного пребывания пленницы. Думаю, именно её мой самолётный знакомый тащил к машине.
– Что за следы?
– Там «браслет», а от него цепочка к металлическому тросу, протянутому под потолком – чтобы девчонка могла по подвалу перемещаться. Ну и остальные удобства: туалет, душевая кабинка, двуспальная кровать…
– Значит, здесь он играл и развлекался, а когда девчонки ему надоедали – отвозил в пыточную, – угрюмо подытожил Сергей.
– Куда? – не понял Вербин.
– Сейчас расскажу. Криминалистов только вызову… – Сергей достал телефон. – Если кто-то ещё остался на дежурстве.
– Все заняты?
– У нас тут… Подожди, короче…
Минут пять Сергей говорил по телефону, объясняя, кто, куда и зачем должен ехать, затем позвонил в другой отдел, задал вопрос по поводу «Audi», выслушал ответ и посмотрел на Феликса:
– Внедорожник нашли пустым.
– Не удивлён, – усмехнулся Вербин. – И не сомневаюсь, что «Audi» уже числится в угоне.
– Скорее всего, – согласился Сергей. И задумчиво добавил: – Но получается, твой самолётный знакомый девчонку из плена вытащил.
– Получается так, – согласился Феликс.
Только нужно добавить: девчонку вытащил, похитителя убил. Вот так получается, а не только пленницу освободил. Весёлый сибарит Александр оказался опытным и хладнокровным убийцей, вот как получается. И никак иначе.
Однако говорить об этом Вербин не стал – Сергей и сам всё понимал. Вместо этого поинтересовался:
– Почему у вас на девчонок стойка?
– Потом объясню. Жди здесь.
Сергей скрылся за забором заброшенного участка, минут через десять вернулся, коротко кивнул, показав, что увидел всё, о чём говорил Феликс, закурил и рассказал:
– День выдался суматошным. Сначала сектантов брали – сатанистов, о которых я рассказывал. Короче, девчонка объявилась, та, с фотографий, которую на алтарь положили. Сначала просто в полицию обратилась, мол, человек пропал – парень её. Ну, ребята с земли, сам понимаешь, сказали, что времени мало прошло. Она в крик, слёзы, упомянула секту, мол, их с приятелем сатанисты преследуют. Ребята как услышали – в ЦПЭ её направили, оттуда мне звонят, так, мол, и так, у вас в разработке сатанистов случайно нет? Я говорю: ещё как есть! Подключил Дашу. Девчонку привезли на Володарского, послушали её и поняли, что скорее всего парня и впрямь грохнули. Решили заняться ими плотно, поехали смотреть, что к чему, а у них как раз очередной шабаш, на нём и прихватили. Стали с заводилами работать, один раскололся. – Как именно это получилось, Сергей уточнять не стал. – Парень слился, рассказал об основателе секты, но зацепок там ноль – этот жук отлично шифруется. Зато выяснилось, что однажды он устроил заводилам «особенную» мессу, во время которой они принесли в жертву девушку.
– Любопытное совпадение, – пробормотал Вербин.
– Что ты имеешь в виду?
– Я уверен, что во время экспедиции на мыс Рытый они принесли в жертву девушку. Я даже знаю кого.
– Похоже, это уже не совпадение, а почерк, – произнёс Сергей. – Если тогда действительно пролилась кровь, то мужика шибануло крепко. На всю жизнь. – Он помолчал, раскурил ещё одну сигарету и рассказал: – В том подземелье, где проходила «особенная» месса, мы обнаружили колодец с костями. Там не меньше двадцати девчонок лежит.
– Дерьмо, – буркнул Феликс.
– Ещё какое. – Сергей посмотрел на тлеющий кончик сигареты. – Я только не понимаю, для чего он секту замутил? У него ведь всё шло так, как он хотел: привозил девчонок в подвал, жил с ними, потом убивал, и никто вокруг не подозревал, что он вытворяет. Зачем ему секта? Это ведь большой риск. – Сергей посмотрел на Вербина: – Славы захотел?
– Скорее, лидерства, – ответил Феликс. – Если всё это не жуткое совпадение и преступник действительно Кейн, то создание секты полностью соответствует его психологическому портрету. Ему требовались ученики, последователи, почитатели. И я думаю, он сильно страдал из-за их отсутствия.
– А я думаю, он страдал мало, – выдохнул Сергей. И было понятно, что он очень рад тому, что «самолётный знакомый» Вербина ухитрился опередить всех и добраться до Кейна.
Феликс хотел ответить, но не успел – подъехала Дарья, и мужчины направились к машине следователя.
Ночь на субботу прошла спокойно. Несмотря на репутацию мыса Рытого, которую все участники экспедиции держали в голове и о которой много говорили между собой, наказывать незваных гостей никто не явился – ни медведь, ни кто серьёзнее. То ли хозяин мыса отсутствовал по делам, то ли так сильно удивился демонстративной дерзости, что решил повременить и придумать для наглецов нечто изощрённое. Ведь месть, как говорят англичане – это блюдо, которое подают холодным. Только тогда по-настоящему раскрываются все оттенки вкуса, доставляя наивысшее наслаждение повару, наблюдающему за мучениями едока. Быстрая месть – удел слабых. Отложенная месть бьёт наотмашь. И всегда неимоверно жестока.
Но в ту ночь об этом никто не думал. В ту ночь все ждали от хозяина мыса быстрого ответа на вторжение, а когда поняли, что его не будет, точнее, поверили, что его не будет – испытали то самое возбуждение, о котором говорил Кейн: возбуждение, вызванное пережитым страхом. Однако продолжение случилось только у него с Настей, во всяком случае, если судить по шорохам и тихим стонам из палатки, к которым внимательно прислушивался Кислый. И Рина – из своего спального мешка, делая вид, что спит. Доктор же заставил себя отрешиться от посторонних шумов и заснул. А Зебра, чья палатка располагалась дальше от палатки Кейна, «отключилась» мгновенно, едва застегнув спальник, и только утром узнала, что обкурившийся Кислый так и остался у костра.
Утро погодой порадовало. Несмотря на предупреждения о возможном дожде, небо над мысом было безоблачным, а солнце – летним, что позволило девушкам разгуливать по лагерю в одних купальниках. Правда, Рина и Зебра вначале появились в футболках, но увидев, что Настя ею пренебрегла, оставшись только в тоненьком белом бикини, решили последовать примеру дерзкой блондинки. При этом тщательно скрывали истинное отношение к ней и общались с Настей мило, по-дружески и без дистанции, показывая, что новенькая стала полноправным членом команды.
После завтрака Зебра и Настя отправились мыть посуду, Доктор и Кислый – за валежником, а Кейн отозвал Рину в сторону, протянул лакированную шкатулку чёрного дерева и попросил:
– Открой.
Девушка подчинилась и тихонько вздохнула, увидев покоящийся на красном бархате кинжал с чёрной рукоятью и тёмным, обоюдоострым лезвием, украшенным мелкой вязью символов.
– Помнишь, я ездил в Москву? – негромко спросил Кейн.
– Да, – кивнула Рина, не отрывая взгляд от клинка.
– Я случайно увидел его в антикварной лавке и понял, что это знак. Почувствовал, что это знак, когда он оказался в моей руке. Только не спрашивай, сколько он стоит – мне самому до сих пор страшно.
– Зачем тебе нож? – наконец нашлась Рина.
– Это кинжал, и он необходим для ритуала – так сказано в книге, которую я купил в той же лавке. Сначала купил книгу, а потом хозяин лавки сказал, что мне нужно кое-что ещё, потому что пальцем серьёзные вещи не делаются. И кухонными ножами тоже. – Кейн забрал шкатулку, захлопнул крышку и посмотрел девушке в глаза: – Я буду сражаться за тебя всю жизнь, Рина. И сделаю что угодно, чтобы ты жила.
В первое мгновение она обрадовалась, обрадовалась так, что едва не рассмеялась от счастья, от того, что кто-то собирается сражаться за неё, отринув все существующие правила и законы. Но затем… затем ей показалось, что со стороны реки долетел порыв холодного ветра. Словно кто-то выдохнул его – не очень сильный, но очень холодный. Словно кто-то невидимый сказал, что ждёт, но будет не против, если не дождётся. Будто кто-то о чём-то предупредил.
В последний раз.
Рина зябко поёжилась и повторила:
– Зачем тебе нож?
– Чертить символы, – ответил Кейн, глядя на возвращающихся мужчин. – Скажи им, чтобы больше не ходили в лес – нужно прогуляться к реке.
Мимо двух скал, двух Братьев, охраняющих дорогу в запретное ущелье. Вдоль реликтовых тополей, удивлённо разглядывая застрявшие в их кронах валуны и обломки скал. К не очень широкой в это время года Рыте. К тому месту, где она скрывается среди валунов, исчезая навсегда из реального мира, отправляясь…