Вадим Месяц – Блажь (страница 4)

Жасмин

В сорок пять лет, я узнал, как цветет жасмин, обломав с сыном ветки с каких-то кустов на обочине серпантина в графстве Монро. Лесная дорога петляла по холмам: из-за поворота в любой момент могли появиться менты или взбешенные садоводы. Мы привезли букет нашим дамам, и они сообщили нам названье трофея. Подумать только, свершилось! Начался новый виток судьбы под знаком жасмина. Леса дышали влагой разлагающейся плоти, в духоте парниковой отсыревали папоротники и хвощи, в июле окунь и басс начали клевать на червя, забыв о своей хищнической природе. Цветы стояли на столе в обрезанной пластиковой бутыли от «Кока-колы» почти десять дней. Тем летом из Нью-Йорка ко мне часто приезжал мой друг. Мы сидели на дощатых мостках у воды, говорили про Каббалу, Барака Обаму, женщин Востока… Он рассказывал, каким прекрасным будет наш мир, когда американская духовность войдет в каждый дом. Я не спорил, лишь повторял, что свобода, это когда ты можешь идти день за днем по лесам и полям, питаться сушеной рыбой, спать там, где тебя настигнет ночь, рвать грибы и цветы, чтобы когда-нибудь случайно узнать, что такое жимолость… жерест… жасмин.

Ветреное лето

Листья шумят рыбьей чешуей, листва в трепетанье теряет цвет. У моих детей мерзнут руки, тонкие как листья ладошки. Что за лето? Сколько дней дует не переставая, западный ветер? В моей голове ни мыслей, ни слов. Но и покоя нет. Одно беспокойство. Душа моя стала как бесконечный лес. Шумит на ветру, но не облетает. Когда наступит пора листопада, мы уедем отсюда туда, где тепло. Вдали от больших городов забываешь, что мир – это кладбище, и все что тебе остается теперь – делать вид, что ты живой и подвижный, как ветер. Детские шалости, взрослые вздохи, бесцельные дни. Ветер с озера выстуживает взгляд. И передо мной в ряд встают серебряные пули, отлитые на вурдалака.

В сухом остатке

Дети прощаются второпях, предчувствуя вечную жизнь. Я размышляю, какими они запомнятся мне на этот раз: мальчик выкручивает руль внедорожника, чтоб не улететь под откос, младшая дочь просыпается и сидит на койке, хлопая глазами, мы идём со старшей по ночному городу. Страна утопает в весне, но я не могу заставить себя поверить в цветение и в то, что зло – лишь тень ангела, парящего над землёй.

Варвара