Вадим Мальцев – Эпохально о насущном (страница 3)

— Иннокентий, — сделал ему однажды замечание классный руководитель, — с таким отношением к учёбе ты останешься без аттестата. Как жить будешь?

— Прекрасно, — ответил Кеша, — работать пойду.

— Кем?

— Шабашками займусь. Или скутеры начну ремонтировать. Зарабатывать буду больше чем вы, Владимир Андреевич, со всеми своими науками.

— Так-то оно так, — вздохнул учитель, — но физическим трудом можно заниматься только по молодости. Дальше — годы подожмут, станет тяжелее, чем будешь свою семью кормить?

— Не знаю, к тому времени что-нибудь придумаю, — почесал затылок Кеша.

…Время летело незаметно. Наконец, настал и тот день, которого, как второго прилёта тунгусского метеорита опасались школьники.

ОГЭ! В самой этой трёхбуквенной аббревиатуре таится нечто недоброе, таинственное, изнуряющее. Экзамена как огня боятся дети, да и взрослые от него не в восторге, — ведь все эти репетиторы и прочие интеллектуальные заморочки выматывают не только нервы, но и без того тощие карманы.

Перед началом испытаний учитель собрал свой класс и сделал объявление:

— Итак, ребята, момент истины наступил. Скоро вам предстоит показать, чему вы научились.

— Чему вы нас научили, — раздался голос из глубины класса.

— Нет, не так, — поправил Владимир Андреевич, — мы вам дали всё, что было нужно, а уж сколько и чего взять, решали вы сами.

— Это как так? — дружно ахнул класс.

— Всё очень просто. Ваши знания формируются из тех усилий, что вы приложили для своего развития; что вы прочитали, как выполняли задания, как воспринимали советы старших. Учитель — лишь проводник, указующий дорогу, а вот пройти её вы должны сами.

— Эх! — испуганно вздохнули ребята.

— Ладно, не волнуйтесь, — пожалел несчастных Владимир Андреевич, — у нас есть ещё несколько недель, — будем повторять.

Оставшееся до экзаменов время пролетело в мучениях. Выпускники скрипели мозгами, классный руководитель рычал так, что стены дрожали, но к назначенному сроку все оказались более-менее подготовлены к немыслимым испытаниям.

Единственный, о ком беспокоился теперь учитель, был наш старый знакомый Иннокентий. И дело не в природной лени — парень оказался работящий, а в том, что не всем даются науки. Не каждый станет учёным, управляющим или ещё каким-нибудь «светилом». Может, ему просто суждено зарабатывать на свой кусок хлеба в меру сил, отпущенных природой.

Эх, если бы такую простую истину понимали высокие «умы»…

— Итак, Иннокентий, как ты думаешь сдать ОГЭ? — строго посмотрел Владимир Андреевич на двоечника.

— Да никак, — ответил тот, — у меня есть способ.

— Шпаргалки пишешь? — догадался учитель.

— Ещё чего, — брезгливо ответил Кеша, — даже заморачиваться не буду, но экзамен сдам.

— Ну, как знаешь, — с сомнением покачал головой Владимир Андреевич…

…В назначенное время у первой городской школы было людно. Все, кто готовился к ОГЭ, чувствовали себя уверенно и снисходительно посматривали на тех, кто вместо занятий валял дурака в интернете.

Среди последних оказался и наш знакомый Кеша.

— Ну что, Иннокентий, готов? — поинтересовался Владимир Андреевич?

— А как же, — хитро подмигнул Кеша, — у меня всё «на мази».

— Хмм, может, откроешь секрет?

— Ни за что. После экзамена поделюсь с вами, а сейчас — даже не просите.

В это время в дверях появилась важная особа. Строго оглядев перепуганных школьников, она зачитала длинный список допущенных к экзамену. Кеша был в числе последних.

— Давай, удачи, — напутственно произнёс классный руководитель и хлопнул беднягу по плечу.

— И вам того же, — почесал затылок Кеша и направился к турникету…

Сдать ОГЭ сейчас — это даже сложнее, чем провести контрабанду через таможню. За каждым твоим шагом следят десятки глаз — как человеческих, так и электронных. Несчастных школьников прослушивают, прощупывают, просвечивают и простукивают, тщетно надеясь выявить утаённое на ранних этапах.

Отчасти это помогает, но не всегда.

В деле конспирации, наш знакомый проявил редкую сообразительность и пронёс через «кордон» не просто шпаргалку, а целый мобильный телефон, наличие которого не уловили даже хитроумные устройства слежения.

— Ну, Кешка, ты даёшь! — удивились ребята, знавшие тайну его фокуса.

— А вы как думали, — шмыгнул носом Иннокентий. — Обещал охрану «сделать», вот и сдержал слово.

Теперь оставалось только пройти по длинному коридору, зайти в класс, взять задание и тихонечко списать ответы. Но не таков был Иннокентий Денисов!

Гордо прошествовав мимо ребят, он остановился у зоркого ока ближайшей камеры и потянулся к полу, как бы желая поправить штанину.

«Стой, дуралей! — в ужасе крикнули ребята, когда поняли его замысел, но было уже поздно».

Ловким движением руки Кешка выудил спрятанный за носком смартфон и повертел им перед камерой.

«Нате, смотрите! Я всё-таки вас перехитрил! — гордо похвастался он, потом сунул мобильник в карман и отправился дальше».

Раскрывшие от удивления рты ребята испуганно наблюдали, как в сторону незадачливого конспиратора бросилось сразу несколько членов комиссии и упитанный охранник…

… — Ну что, провалил экзамен? — строго спросил Владимир Андреевич спустя пару часов.

— Провалил, — повесил голову Кеша.

— Ошибку свою понял?

— Понял, — ещё ниже склонил голову несчастный.

— И в чём она заключается?

— В следующий раз, смартфон надо прятать надёжнее и перед камерой им не вертеть, — уверенно ответил Иннокентий и, не обращая внимания на выпучившего глаза учителя, отправился по своим делам.

2026г. Таруса

***

Эпохально о насущном

Малоизвестный поэт Порфирий Голоштанников дописал последнюю строчку и с удовольствием откинулся на спинку стула.

«Готово. Новое стихотворение станет вершиной моего творчества и стартовым толчком к районной, а потом и мировой славе, — с удовольствием подумал он и прикрыл глаза рукой».

Сладкие грёзы о будущих успехах унесли его далеко ввысь, к ступеням небесного Парнаса, где капризная покровительница поэзии оседлала для него своего неукротимого Пегаса.

— Опять в мечты ударился, рифмоплётец? Заняться больше нечем? — соратник по перу, прозаик Арсений Штацкий появился как всегда внезапно и сразу начал беседу с язвительного замечания.

— А, это ты. — Слегка поморщился Порфирий, — не понять тебе всю полноту лирической мысли, воспевающей красоты…

— Знаю, чего ты там воспеваешь, — ехидно ухмыльнулся Штацкий, — а ну-ка, покажи, чего навалял на сей раз.

— Вот, — покраснел Порфирий, — оцени.

— Хмм, — углубился в чтение Арсений, — недурно. Особенно вот это:

Выхожу я утром прямо на Оку

Поднимаю правую рукУ

Вижу, как вдали берёзы гнутся

И девки лихо пляшут на лугу…