Вадим Крабов – Страсти Земные (страница 3)

— А еще мне обещали насыщенный день, а как видишь — тишина, — я решил не разыгрывать перед ней удрученного обстоятельствами человека.

— Это просто твой следователь занят и с психбольницы чего-то тянут. Должны были приехать.

— Ничего, я подожду. Мне торопиться некуда.

— Ты чего такой спокойный? Вспомнил все? — спросила с тщательно скрываемым разочарованием.

— К сожаленью нет. Просто я по жизни неунывающий.

— Это хорошо. То есть плохо, что не вспомнил… — Зина совсем запуталась.

— Ты попрощаться подошла или как? Если что, то я очень благодарен тебе за заботу, за уход, за лечение. За все. Надеюсь скоро свидимся.

— Нет, я не за тем. Вернее за этим… — девушка никак не могла сформулировать мысль.

— Смелее, я на все согласен, — бодро произнес я и подмигну.

Озабоченная она, что ли? Секса от меня не дождется. Не то, что я такой весь из себя верный, просто Лиза глубоко в сердце засела и я все еще наполовину там. Не вернулся, вернее не хочу возвращаться. Сюда, на Землю.

— Видишь ли, там тебя током лечить хотят. Слышал про электросудорожную терапию?

— Когда у бедняг слюни бегут и суставы выворачиваются? Видел по телику.

— Ты же не помнишь ничего?

— Исключительно о себе. Продолжай.

— Ты не боишься!? Из тебя же растение сделают!

— Мои проблемы, — пожал плечами.

Она меня дураком считает? Пугает почем зря. Что ей надо? Как не хватает Фионы!

— Хорошо, давай так. У тебя родные или знакомые в городе есть?

— Не помню. А сюда кто-нибудь обращался? Городок, как я понимаю, маленький.

— Никто не обращался. Скорей всего никого у тебя здесь нет. Слушай, ты хочешь избежать психушки и бомжатника? — и сразу произнесла скороговоркой, — поживи пока у меня, хорошо?

У меня как гора с плеч. Весь план летел к чертям, но оно и к лучшему!

— Обеими руками за! Сразу предупреждаю: я не сплю с малознакомыми девушками, пусть и симпатичными и трогавшими меня за разные члены.

Зиночка серьезно обиделась:

— За кого ты меня принимаешь! Я исключительно из жалости, а ты! Я что, похожа на шлюху? Езжай ты лучше в дурдом.

— Постой, — я остановил развернувшуюся девушку, — извини дурака, я совсем не то имел ввиду. Просто… сама понимаешь, предложение уж больно неожиданное.

— Ладно, забыли. Но чтоб больше таких намеков не было. Пойду, договорюсь, а ты посиди тут.

Можно подумать я куда-то убегу в больничной пижаме. Но какого! Я же и виноват остался, будто сам напросился.

Ждать пришлось почти до ужина. Живот начал притягиваться к позвоночнику, когда в палату заглянула Зина и позвала меня в коридор.

— Вот вещи, — показала рукой на обычную китайскую сумку с рынка, — переодевайся, я отвернусь.

В небольшом «тамбуре» никого не было. Проглотил с языка шутку о том, что она меня голым сто раз видела и быстро переоделся. Вещи были не новыми, но чистыми и добротными. На размер больше и выше по росту. Это лучше, чем малые. Джинсы подвернул, ремень затянул, рубаху заправил, кроссовки большие, но сойдет и накинул ветровку. Великовата, но не на бал еду.

— Готов.

— Нормально, — оценила Зиночка, — это вещи брата, он крупнее тебя. Зайдем к заведующему и свободны.

Герман Эдуардович попугал меня на счет попыток приставания к Зине, мол, следит за каждым моим шагом и выдал выписку с направлением к психиатру в поликлинику.

— Им полис не нужен. Зина, глаз с него не спускай, а ты запомни — она моя племянница.

Я решительно кивнул. Понял. Осознал. Несу ответственность.

— Спасибо вам за все, Герман Эдуардович, — бросил я, выходя из кабинета.

Солнце закрылось легким облачком, подул свежий ветерок, поднимая легкую пыль. Я вздохнул полной грудью и на меня накатило. Знакомые с детства запахи асфальта, автомобильного выхлопа, городской пыли, шум транспорта и обилие других звуков земного города свели меня с ума. Как я отвык от этого и… соскучился? Голова закружилась, замелькали Эгнорские и Земные образы — все вперемешку. Лиза, укоризненно качающая головой…

Я «вернулся на землю» от сильных пощечин Зиночки. Я стоял на больничном крыльце, спиной прислонившись к двери. Зина поддерживала меня, хлопала по щекам и что-то кричала. Постепенно уловил смысл:

— Очнись! Очнись же! Неужели тебя рано выписали!?

— Все нормально, Зина. Просто голова закружилась на свежем воздухе. Залежался. Все, я в порядке.

— Точно? У тебя глаза стали стеклянными.

— И сейчас?

— Уже нет. Показалось. Наверное, — но продолжала смотреть недоверчиво, — точно в порядке? Больница пока рядом.

— Точно в порядке. Пойдем. Нам куда?

Зина снова недоверчиво посмотрела в мои глаза и, решившись, предупредила:

— Смотри, здоровье твое. Нам на стоянку. Вон моя машина, синяя «Рено». Иди за мной.

Я шел за девушкой и переваривал случившееся. Я вернулся. Окончательно. Нет, конечно, не окончательно. Мой дом по-прежнему Эгнор, но и здесь я почувствовал себя как дома. Там, где Лиза с ребенком «Дом — один», а здесь «Дом — два». Сравнение неудачное из-за одноименного реалити-шоу, не отражает сути. Лучше как в школе: Школа — второй дом. Стоит добавить — тоже любимый.

Глава 2

Сев на водительское кресло, Зина вытащила сигарету:

— Ты не куришь?

— Нет.

— Не против?

— Ради бога.

И мы поехали. Я с удовольствием вдыхал запах сигаретного дыма и наслаждался скоростью аж шестьдесят километров в час! Быстрее здесь не разгонишься. Сидел и удивлялся себе: не курю и не тянет, а запах дыма нравится. Никогда не любил водить, а сейчас до зуда в руках хочется почувствовать упругую твердость баранки и утопить педаль газа. Нестись вдаль ни о чем не думая. Как все вокруг ново! Соскучился? Как ни странно, да. Я заново открыл для себя родную Землю. Не заметил, как приехали.

— Приехали. Ты что уснул?

— Нет, задумался, — закрыл дверку и осмотрелся, — этот твой дом?

Мы находились в частном секторе. Бревенчатые дома и дома из бруса разной степени сохранности, потертые деревянные тротуары с обеих сторон дороги и все утопает в зелени ранеток, черемухи, ирги и других неизвестных мне деревьев. Улица, как ни странно для такой сельской идиллии, покрыта асфальтом. Не новым, с выбоинами, но все же. За деревянными заборами кое-где встречались аккуратные клумбы. Во дворе Зининого дома цветов не было. Были грядки, картошка и небольшая тепличка. И еще там вилял хвостом здоровенный лохматый цепной пес дворовой породы грязно-серой масти.

Зина открыла ворота, загнала машину и крикнула мне:

— Заходи, я подержу Шарика, он кусачий.

Я спокойно пошел по подстриженной травяной дорожке с узким деревянным настилом, неожиданно для себя потрепал пса за холку и прошел к веранде. Шарик радостно завилял хвостом и с преданной надеждой смотрел мне вслед.

— Ничего себе! Шарик, ты чего это? Признал гостя? — раздался удивленный Зинин голос.

— Меня все собаки любят, — ответил я, не оборачиваясь.

А заметил это в Эгноре. И здесь сработало. Эгнор — не показатель, там многие животные давным-давно были адаптированы к человеку. Собаки оказались натуральными.

Дом из толстого бруса изнутри казался больше, чем снаружи. Три полноценные комнаты, большая кухня и ванна с туалетом, как это ни странно в своем доме. Горячая вода из газовых колонок и местное паровое отопление от газового котла.

— Прямо коттедж, Зина, не ожидал.