Вадим Климов – Барнаульский андеграунд (страница 2)
Театр
В далёком-предалёком 1983 году я, как в сказку, попал в студенческий театр государственного университета. Не в КВН или СТЭМ, а в нормальную театральную студию, в которой актёр государственного театра реализовывал режиссёрские амбиции. Эта студия была не единственной в университете.
В каждом барнаульском институте – мед, пед, политех, сельхоз, универ, институт культуры – были театральные студии. Жаль, я не помню фамилий руководителей и названий. О них много знала великий театральный историк Ирина Николаевна Свободная, но её с нами нет. Она был одним из организаторов фестиваля самодеятельных театров. В 1987 году фестиваль устроили в театре кукол. В то время Ирина Свободная была руководителем своего театра. Как он назывался, знает известный и уважаемый драматург Александр Евгеньевич Строганов. Они ставили его пьесы.
Примерно до 1991 года театральные студии были заметным явлением, а потом пришёл КВН. В первое время он не выглядел пошлым: в нём была политическая критика, социальная острота и юношеский задор. Такая студенческая агитбригада без комсомольцев.
На фоне КВН отдельно держались СТЭМы (Студенческий театр миниатюр), но и они влились в КВНовское движение. Классический пример – как «Калейдоскоп» Полетаева стал частью команды «Дети лейтенанта Шмидта». В каждом вузе появилось по несколько команд КВН. Ничего приличного из этого не вышло. Можно рассуждать о вовлечении молодёжи в творчество, но к театру это не имеет отношения. Кроме Пети Винс и Димы Никулина.
Театральные студии не исчезли, их стало меньше. Долгое время театральной студией в сельхозинституте занимался режиссёр и педагог Сергей Куц. Он приглашал на премьеры, а потом мы обсуждали с ним постановку. Сергей Фёдорович – был прекрасным педагогом. Представляете, я застал его в роли Тиля в театре кукол. Он скончался несколько лет назад. А его коллега Геннадий Старков жив. Вместе они взрастили театр «Подвал», это был первый профессиональный негосударственный театр в городе. Почти вся их труппа – студенты и выпускники института культуры.
Ирина Свободная
Институт культуры неоднократно обращал внимание на независимые театры. Педагог театрального мастерства Анна Вахрамеева собирала театральный фестиваль; несколько раз я был членом жюри. В институте культуры, помимо вахрамеевских инициатив, существует студия Тумашева. Её не назовёшь театральным андеграундом, «но что-то героическое в этом есть».
Самым грандиозным событием в сегменте независимого театра был фестиваль «Сердце Азии». Кто и как его организовал, я не запомнил. Кажется, Елена Фёдоровна Шангина была двигателем этого фестиваля.
Самым настоящим андеграундом была театральная студия, собранная Юрием Эсауленко в 1987 году. У Юры была пьеса, артистов хватало, не было площадки. Я пошёл в комитет комсомола. Первый секретарь Борис Трофимов распорядился помочь, и Евгений Ястребов – второй секретарь ВЛКСМ и человек из театральной среды – показал нам клуб Барнаульского канифольного завода. Мы начали репетировать фантастическую пьесу о вторжении инопланетян на Землю. В главной роли был Вадик Каминский – талантливый художник, сын знаменитого Владимира Исааковича Каминского. У меня были обязанности организатора – сегодня это называется продюсер. Я не надолго по делу уехал из города, а когда вернулся, нас поглотил театр Ирины Свободной и Александра Строганова. Он нам – доктор и дорогой друг.
Сегодня в Барнауле есть несколько театральных студий: они занимаются актёрским мастерством за деньги. Но остались и независимые театры. В университете работает театр под руководством Кирилла Скобелина. Он проводил театральный фестиваль и смог вклиниться в министерскую повестку. Есть театр в краевой библиотеке – это не андеграунд в прямом смысле термина, но пусть будут. Новоалтайск пока не район Барнаула, но надо вспоминать Сашу Лопатюка. Он много лет руководит любительским театром.
Театральное разнообразие второй половины 80-х годов, когда жили и дышали независимые театры, стало заканчиваться, потому что начали приходить в себя государственные театры. Барнаульская драма проснулась в 1989 году спектаклем «Дети Арбата».
Правда, театр кукол был особенным: в начале 80-х Евгений Гемельфарб ставил «До третьих петухов», «Тиль» и «Точку зрения». Это было чудо – почему позволили, непонятно.
Интересно, кто был начальником культуры в 1983 году – А. И. Ломакин или Г. К. Зеленцов? Они – великие мудрецы управления культуры. А могли и разогнать театральный рассадник. О деятельности этих культурных начальников надо писать отдельно.
Перенесёмся в 2010-е. Из театрального проекта, устроенного коммерческим глянцевым журналом, родился «Крепостной театр». Он прошёл несколько стадий развития: был откровенной самодеятельностью, но сегодня это работающий театр. Им руководит актёр, выпускник первого золотухинского курса Александр Савин.
Золотухинским называют несколько групп Института культуры, набранных на специальный актерский курс при Молодежном театре, который курировал Народный артист Валерий Сергеевич Золотухин, в то время художественный руководитель МТА.
«Крепостной театр» – новый андеграунд. Они научились зарабатывать, о чём театры в 80-е не думали. У меня в этом театре поставили пьесы «Достоевский проездом» (режиссёры – А. Савин и К. Борнеман), а ранее в «Доме актёра» (это их первоначальное название) показали спектакль «За искусство» – (режиссер Д. Уханкова).
Почему театральный андеграунд 80-х был невинным? Потому что не набрал аудиторию. Только в 90-е родился новый театр. Вспомнил постановку томского театра «Синтез». Они показывали на сцене драмы спектакль «Мастер и Маргарита», и актрисы бегали по залу обнажёнными.
В 2000-е театр стал формировать позицию. Я спросил режиссёра и народного артиста России Александра Зыкова: «Почему власть стала обращать внимание на театр?»
Он ответил, что когда-то только Высоцкий мог вывести зрителей на площадь. А теперь много хороших театров, способных организовать массы. И начались запреты. Первый серьёзный скандал в Барнауле произошёл со спектаклем «Плохие парни», а потом быстро определились с рамками дозволенного – и кого надо, уволили.
Об этом лучше не писать, «не раскачивать лодку», но как культурное явление приходится сравнивать эпоху театрального андеграунда 80-х и театральное пространство 2020-х. Многие директора театров говорят, что за последние годы прибавилось публики. Зритель активно идёт в театр и обсуждает спектакли в соцсетях.
Театральный андеграунд 80-х стал вступительным взносом за вход в новый театр. Те, кому в 1985 году было 20—30 лет, сегодня – серьёзный и платёжеспособный зритель. Театр перерождается и приспосабливается.
Выставки
Начну с пояснения. В СССР художники должны были состоять в Союзе художников. Это давало профессиональный статус и позволяло участвовать в выставках. Тех, кто не был членом Союза, можно было «давить бульдозером».
Понимаю, что у кого-то есть другие воспоминания о СССР – вкусный пломбир и очередь на квартиру. Я говорю об изобразительном искусстве. Вначале 90-х я работал директором выставочного зала Союза художников в Барнауле, и присутствовал на заседаниях его правления, поэтому знаю, о чем говорю.
Я затеял серию заметок об альтернативной культуре – то, что называют андеграундом, – чтобы напомнить эпоху и сравнить с настоящим. Моя любимая тема – неофициальное изобразительное искусство. Следует знать, что до 1987 года независимых выставок – то есть неподконтрольных Союзу художников – в Барнауле не было. А потом началось.
В апреле 1987 г. прошла выставка во Дворце спорта. На ней Юрий Эсауленко познакомился с несколькими художниками – так появилось творческое объединение «Тихая мансарда». В августе прошла выставка, организованная в День города газетой «Молодёжь Алтая». Следом – выставка в ДК Моторщиков.
Эти выставки проводили или комсомольские организации, или газета – как в случае с «Молодёжью Алтая». После этого мы окрепли, и в 1988 г. «Тихая мансарда» проводит акцию по спасению Дома Носовича. В мае в ТЮЗ (театр юного зрителя, на ул. Пионеров, д. 2) проводят «Весенний вернисаж». Не знаю, кто его организовал: я в это время был в Ленинграде.
Следом мы сами организовали выставку в кинотеатре «Мир». В сентябре первый в городе МЖК (молодёжный жилищный кооператив) организовал мероприятие во дворе своего дома. В октябре состоялась первая выставка в АГУ (Алтайском государственном университете) творческого объединения «Тихая мансарда». Девиз выставки: «Приходите все, корми дураков».
Журналистка Лариса Васильева написала статью об оскорблении чувств зрителей.
В октябре прошла выставка в рамках фестиваля «Рок-периферия». А в ноябре в Барнаул приехала группа «Крематорий». Произошло братание музыкантов и художников на квартирном концерте у меня дома (ул. Малахова, д. 107). Армен Григорян просил написать, как это случилось, и мои воспоминания вошли в его книгу. Отвлёкся от выставок, но тот квартирник запомнили многие.
В ноябре проходит краевая молодёжная выставка «Я вижу мир» в зале Союза художников. Работы лидеров неформального искусства в экспозицию берут, потому что перед этим в Союзе художников состоялось собрание, и они приняли решение позволить выставиться не членам их Союза. После выставки было обсуждение: закоренелые соцреалисты кляли нас последними словами, называли авангардистами и формалистами. Запомнил выступление Ильбека Сунагатовича Хайрулинова, он очень смешно всех ругал.