Вадим Фарг – Имперский повар 9 (страница 29)

Входная дверь распахнулась до того, как я успел нажать на кнопку звонка. На пороге стояла Кристина. Строгий серый брючный костюм сидел на ней как влитой, превращая её из жены инвестора в опасного палача. Она тепло улыбнулась и шагнула в сторону, пропуская меня в холл.

— Привет, шеф, — бодро бросила она, перехватывая мою мокрую куртку. — Твой список продуктов закрыт, всё ждёт на базе. А кандидаты сейчас активно потеют в гостиной. Ровно шесть человек. Трясутся, перешёптываются, пытаются угадать, как именно ты будешь ломать им психику.

— Отлично, — я коротко кивнул, стряхивая капли дождя с волос. — Пора начинать цирк. Где тут можно переодеться?

Кристина указала на небольшую комнату в конце коридора. Я зашёл туда, бросил сумку на кресло, достал китель и быстро переоделся. Стоило застегнуть пуговицы на груди, как всё вокруг изменилось. Из уставшего парня с улицы я превратился в диктатора. На моей кухне нет места жалости или сочувствию. Я поправил воротник перед зеркалом, глубоко выдохнул и пошёл знакомиться с будущими жертвами.

Шестеро, возможно, будущих поваров жались друг к другу на кожаных диванах. Увидев меня, они подскочили на ноги как по команде. Я молча окинул их тяжёлым взглядом. Оценивал осанку, чистоту ногтей, бегающие глаза, наличие мозолей от ножа. Половина из них выглядела как столичные пижоны, которые привыкли сыпать готовые магические порошки в кастрюли и называть это высокой кухней. Чистенькие, холёные, пахнущие сладким парфюмом, а не жареным мясом.

— Добрый день, — произнёс я ровно, но в голосе отчётливо звенел металл. — Вы пришли сюда за работой в моём ресторане. Предупреждаю сразу, я не смотрю на ваши дипломы. Рекомендательные письма от других поваров можете прямо сейчас выбросить в урну. Меня волнует только то, что умеют ваши руки на практике. Мы будем заходить на кухню по одному. Я даю базовое задание. Справляетесь без вопросов, получаете место в команде и отличные деньги. Начинаете умничать, выход находится вон там.

Я небрежно ткнул пальцем в сторону входной двери, развернулся и пошёл на кухню, махнув рукой первому претенденту.

Им оказался долговязый парень с модной зализанной укладкой и кривой самоуверенной ухмылкой на лице. Мы зашли в залитое светом помещение, сияющее сталью и профессиональной техникой. На столах ровными рядами лежали свежие продукты. Парень оглядывался по сторонам с таким видом, будто пришёл покупать этот дом, а не проситься на работу.

— Задача предельно простая, — я указал на миску и сковороду на плите. — Испеки мне один блин. Тонкий, ровный. Покажи своё чувство времени и температуры.

Пижон снисходительно фыркнул, показывая, насколько это ниже его достоинства. Он вальяжно подошёл к столу, быстро взболтал блинное тесто, взял половник и небрежно плеснул тесто на подогретый металл. Когда блин запузырился с одной стороны, парень решил показать свой истинный класс. Вместо того чтобы взять обычную лопатку или перевернуть блин резким движением кисти, он театрально взмахнул рукой.

Блин медленно оторвался от сковороды и завис в воздухе, окутанный зеленоватым свечением дешёвой магии. Парень самодовольно обернулся ко мне, явно ожидая аплодисментов.

Я спокойно выждал секунду, подошёл к нему и хлопнул в ладоши прямо над его ухом.

Маг дёрнулся, и его концентрация мгновенно лопнула, свечение погасло. Блин с чавкающим звуком рухнул прямо ему на голову, размазывая липкое тесто по волосам и стекая на лоб.

Пижон тонко взвизгнул, начал судорожно сдирать с себя обжигающую массу и обиженно уставился на меня красными глазами.

— У нас тут серьёзная кухня, а не цирк, — сухо констатировал я, указывая ему на коридор. — Свои фокусы будешь показывать на детских праздниках. Свободен.

Вторым на плаху зашёл пухлый мужичок в нелепых круглых очках. Типичный кабинетный теоретик. Наверняка прочитал сотню кулинарных трактатов, но тяжелее ручки ничего в руках не держал.

— Нарежь лук мелким кубиком, — скомандовал я, пододвигая к нему доску и несколько луковиц.

Мужик тяжело вздохнул, взял нож, неуклюже перехватил скользкую рукоять и начал медленно пилить овощ. Его движения были рваными и мучительными. Он давил на лезвие всем весом, безжалостно выдавливая из лука едкий сок. Буквально через минуту его глаза налились кровью, и он разрыдался.

— Это невозможно терпеть! — возмутился он, утирая слезы чистым рукавом. — Почему у вас на кухне нет амулета поглощения скорби? В нормальных ресторанах повара не плачут от лука!

Я брезгливо посмотрел на растерзанную луковицу, подошёл вплотную и вырвал нож из его потных рук.

— Твоя скорбь кроется в тупом лезвии и кривых руках, — я встал к разделочной доске, взял целую луковицу и за десять секунд нашинковал её полупрозрачными кубиками. Лезвие мягко скользило, не сминая волокна. — Режь быстро, скользи ножом вперёд, и сок никогда не пойдёт в воздух. Амулеты ему подавай. Ты профнепригоден. На выход.

Кастинг продолжался в таком же темпе. Я безжалостно вышвыривал алхимиков, ленивых бездарей и говорунов одного за другим. Простые задания срывали с них маски гениальности быстрее любых тестов.

Последним кандидатом оказался невысокий, но крепко сбитый парень с грубыми чертами лица и мозолистыми пальцами. Он тихо вошёл на кухню, коротко кивнул мне и замер в ожидании приказа. Никакой суеты, никаких бегающих глаз.

— Разделай эту курицу на части и поставь вариться прозрачный бульон, — я кивнул на охлаждённую птицу.

Парень не задал ни единого вопроса. Он шагнул к столу, проверил остроту лезвия подушечкой пальца и сразу приступил к работе. Его движения были выверенными. Суставы хрустели под правильным углом, острый нож мягко скользил по костям, не оставляя на них мяса. Он виртуозно снял окорочка, вырезал грудку, чисто зачистил каркас.

Затем он промыл костиы, закинул их в кастрюлю, бросил туда заранее подпалённые на огне морковь и лук для насыщенного цвета, залил всё водой и поставил томиться на минимальный нагрев.

Я молча смотрел на его работу и удовлетворённо кивал. Этот парень точно остаётся. У него правильные руки и стальная выдержка. То, что нужно для моей будущей столичной мясорубки.

Через два изматывающих часа кастинг завершился. Из шести пришедших человек я отобрал только двоих. Тех, кто понимал суть натуральных продуктов, а не надеялся на волшебную пыльцу из пробирки. Остальных я выгнал на улицу.

Я рухнул на барный стул и потёр лицо. Формирование команды вытягивало из меня слишком много сил. Кристина вошла на кухню бесшумно. Она поставила передо мной чашку горячего чёрного кофе, села напротив и закинула ногу на ногу.

— Ты был с ними излишне жесток, Игорь, — спокойно заметила она, пригубив из чашки. — Тот парень с горячим блином на макушке выбежал из моего дома чуть ли не в истерике.

— Они это заслужили, — я сделал глоток, чувствуя, как крепкий кофеин проясняет мысли. — На моей кухне нет места неженкам и фокусникам. Мне нужны солдаты, готовые пахать до десятого пота, не задавая вопросов.

Кристина поставила чашку на блюдце, сцепила пальцы в замок и посмотрела на меня немигающим взглядом. Воздух на кухне моментально стал тяжёлым. Приветливая хозяйка исчезла. Сейчас передо мной сидела железная леди, акула бизнеса, готовая рвать конкурентов зубами.

— Я буду главным администратором нашего ресторана, — произнесла она ровно, наглухо отрезая пути к отступлению. — Это моё окончательное решение, Игорь. Просто прими это как данность.

Я мастерски изобразил удивление. Слегка нахмурил брови, поставил чашку на стол и откинулся на спинку стула. Внутри меня в этот момент довольно скалился стратег. Мне был необходим именно такой безжалостный и умный цербер в зал. Женщина, способная легко строить аристократов, затыкать пасть чиновникам и держать персонал в ежовых рукавицах. Кристина подходила на эту роль идеально. Но сдаваться без боя было нельзя. В бизнесе нужно грамотно играть свою роль до конца.

— Это адская работа, Кристина, — я недовольно поморщился, качая головой. — Управление залом требует стальных нервов и прорвы времени. Тебе придётся улыбаться идиотам, решать проблемы с поставщиками, контролировать каждую пылинку на столах. Ты уверена, что тебе нужен весь этот стресс?

Она чуть склонила голову вбок, и в её тёмных глазах мелькнул азарт.

— Я привыкла всегда получать своё, Игорь, — её голос стал жёстче и холоднее. — Я уже вложила в этот проект свои силы и связи мужа. Я хочу сама контролировать зал изнутри и видеть своими глазами, как наши конкуренты давятся от зависти. Никто не справится со здешней публикой лучше меня. Я знаю все их слабости, знаю их грязные секреты. Я перегрызу им глотки за наш ресторан.

Я выдержал паузу, делая вид, что напряжённо взвешиваю риски, хотя всё было решено ещё до моего приезда в особняк.

— Ладно, — я тяжело вздохнул, всем видом показывая, что сдаюсь под её напором. — Твоя взяла. Должность твоя. Готовься к боли в ногах, постоянной бессоннице и истерикам элиты.

Кристина довольно улыбнулась. Её лицо расслабилось, она снова стала радушной и милой женщиной. Она думала, что прогнула меня в этих переговорах, и пусть думает так дальше. Мне нужен был мотивированный партнёр с горящими глазами, а не послушная пешка.

— Мы порвём этот город на куски, шеф, — уверенно пообещала она, поднимая чашку с кофе как бокал.