Вадим Фарг – Имперский повар 9 (страница 19)
Мы зашли внутрь. Метрдотель суетливо проводил нас к столику. Я сразу заметил, что атмосфера в зале резко изменилась с нашим появлением. Официанты начали перешёптываться по углам, косясь в мою сторону. Слухи в ресторанном бизнесе разлетаются намного быстрее запаха гари. Весть об утреннем скандале уже достигла «Аквамарина». Некоторые молодые повара на кухне откровенно нервничали, роняя щипцы и суетясь у плит.
Но местный шеф-повар был сделан из другого теста. Высокий, болезненно худой, с напомаженными тёмными волосами и надменным взглядом. На его белоснежном кителе было вышито имя Эдуард.
Он сразу заметил меня, скривил губы в усмешке и направился прямо к нашему столику.
— Добрый день, — Эдуард остановился напротив меня, сложив руки на груди. — До меня дошли слухи, что в город приехал провинциальный гений. Тот самый, который учит столичных мастеров правильно варить яйца.
Кристина удобно откинулась на спинку стула и приготовилась наблюдать за шоу. Я медленно поднялся, чтобы быть с ним на одном уровне.
— Я учу не яйца варить, а людей химией не травить, — громко ответил я. — А вы, я смотрю, тоже любите сыпать дешёвые иллюзии в кастрюли, чтобы скрыть своё неумение работать с продуктом?
Лицо Эдуарда посуровело. Его профессиональная гордость была задета.
— Здесь готовят высокую кухню, господин выскочка, — процедил он сквозь зубы. — У нас лучшие ингредиенты и тонкие магические настройки вкуса. Вы в своей глуши таких слов даже не слышали. Если вы так уверены в себе, может, докажете своё мастерство на деле? Прямо сейчас. Или смелости хватает только языком чесать?
Я ждал именно этого предложения. Кухня была открытой, зал полон гостей, а у меня в кармане куртки лежал небольшой, но приятный свёрток. Я всегда ношу с собой козыри.
— С большим удовольствием, — я стянул куртку и бросил её на спинку стула. — Дайте мне чистый фартук.
По залу прокатился удивлённый гул. Посетители отложили вилки и ножи. Эдуард злобно хмыкнул, жестом приглашая меня на свою территорию. Я подошёл к открытой кухне, взял у пробегающего мимо стажёра чёрный фартук и быстро вымыл руки у раковины. Повара поспешно расступились, освобождая мне место у плиты.
— И что вы будете готовить, гений? — с издёвкой спросил Эдуард. — Рог единорога в соусе из слёз русалки?
— Мне нужны свежие морские гребешки, корень обычного сельдерея, хорошее сливочное масло и жирные сливки, — чётко скомандовал я, игнорируя его сарказм. — Живо несите. Время пошло.
Местный су-шеф растерянно посмотрел на Эдуарда, тот нехотя кивнул. Меньше чем через минуту передо мной на доске лежали продукты. Самые простые, понятные и базовые вещи. Никаких магических порошков, никаких светящихся эликсиров и прочей дури. Только честная еда.
Из кармана джинсов я достал свой арсенал: пару зубчиков чеснока и зелёную веточку тимьяна. Эдуард презрительно фыркнул, увидев эти специи, которые в столице считались копеечным мусором от кашля.
Я же включил плиту на максимум. Мои руки работали на автомате, мышечная память после тысяч смен никогда не подводила. Быстро очистил корень сельдерея от кожуры, нарезал его кубиком и бросил в сотейник с кипящей подсоленной водой. Пока жёсткий сельдерей варился, я занялся гребешками. Тщательно просушил каждый кусок бумажным полотенцем. Это главное правило, лишняя влага убивает корочку на сковороде, превращая жарку в тушение.
— Вы же не добавили кристалл вкуса в воду, — ехидно заметил молодой поварёнок, стоявший рядом со мной. — У вас пюре будет пресным.
— Вкус есть в самом продукте, парень, — ответил я, не отрывая взгляда от доски. — Его нужно просто уметь раскрыть, а не замазывать химической дрянью.
Сельдерей быстро сварился до мягкости. Я откинул его на сито, стряхнул воду и переложил в чашу блендера. Добавил кусок сливочного масла, немного горячих сливок и щепотку соли. Блендер взревел, и через десять секунд гладкое и шелковистое пюре было готово. Я выложил его на подогретую тарелку.
Пришло время главного действа. Я поставил на огонь сковороду с толстым дном. Капнул совсем немного растительного масла. Сковорода быстро раскалилась, пустив лёгкий сизый дымок.
Я аккуратно, пинцетом, выложил медальоны гребешков на металл, и тут же раздался громкий шипящий звук. Я не трогал их руками, не двигал по дну, позволяя сильному жару делать свою работу.
Через полторы минуты я перевернул гребешки, которые приобрели золотисто-коричневый цвет. Зал ресторана затих. Гости зачарованно смотрели на мои руки. Никто больше не жевал.
— А теперь настоящая магия, — негромко сказал я, обращаясь к поварам.
Я бросил на сковороду ещё кусок сливочного масла, раздавленные зубчики чеснока и веточку тимьяна. Сливочное масло мгновенно вспенилось, зашкварчало, издавая невероятный и мощный аромат. Запах жареного чеснока, глубокие ноты карамелизованного масла и яркая свежесть тимьяна густой волной ударили по рецепторам всех присутствующих в зале.
Никакие магические благовония и дорогие духи не могли сравниться с этим честным запахом еды. Гости в зале начали сглатывать слюну.
Я слегка наклонил сковороду на себя, собирая кипящее масло в углу, и взял ложку. Быстрыми движениями я начал щедро поливать морские гребешки. Горячее масло проникало в волокна, насыщая морепродукты глубоким вкусом трав и чеснока, одновременно доводя их до идеальной готовности изнутри.
Прошло ровно тридцать секунд, и я убрал сковороду с огня.
Пинцетом выложил горячие и блестящие гребешки на подушку из пюре сельдерея. Сверху полил оставшимся коричневым маслом со сковороды, чтобы оно красивыми каплями растеклось по пюре. Блюдо выглядело лаконично и визуально безупречно.
Я взял горячую тарелку и с хитрой ухмылкой поставил её на стойку прямо перед побледневшим Эдуардом.
— Пробуй, — коротко бросил я.
Шеф-повар нервно сглотнул. Он взял вилку, зацепил кусочек румяного гребешка вместе с пюре и отправил в рот. Жевал медленно, задумчиво глядя куда-то в сторону. На его лице отразилась целая буря эмоций, от отрицания до кулинарного шока. Гребешок был нежным внутри, с хрустящей корочкой снаружи, а терпкое пюре идеально оттеняло его своей бархатистой мягкостью. Вкус был чистым, мощным и объёмным.
Эдуард посмотрел на меня, а потом на свою притихшую команду, которая жадно вдыхала ароматы чеснока и тимьяна.
— Это, — он запнулся, подыскивая правильные слова. — Это просто невероятно. Как вы добились такого вкуса без наших усилителей?
— Физика и химия, Эдуард, — я стянул грязный фартук через голову и бросил его на стол. — И немного уважения к натуральному продукту. Учитесь готовить своими руками, а не дешёвыми иллюзиями.
В огромном зале повисла тишина, а затем какой-то тучный мужчина за столиком начал громко хлопать в ладони. К нему тут же присоединились остальные гости. Солидные посетители аплодировали мне, забыв про свои остывшие блюда. Я сдержанно кивнул публике и вернулся к Кристине.
Эдуард буквально сгорал от стыда. Он развернулся и быстрым шагом ушёл в подсобку, окончательно признав своё поражение.
— Ну ты и жук, Игорь, — с восхищением произнесла Кристина, когда мы заказали обед у перепуганного официанта. — Ты просто размазал его по стенке его же сковородкой. Это было красиво.
— Он сам напросился. Столица должна быстрее понять, что правила игры изменились. Я не собираюсь подстраиваться под их стандарты.
Нам быстро принесли еду. Мы обедали в относительной тишине, обсуждая деловые планы и стратегию.
— Кстати, о наших планах, — Кристина промокнула губы салфеткой. — Макс сказал, что нашёл отличную бригаду строителей для ремонта нашего здания на набережной. Самые элитные столичные мастера. Берут очень дорого, но делают всё по высшему разряду, с применением дорогих магических скреп и идеальной звукоизоляции. Завтра утром могут заходить на объект и начинать демонтаж.
Я перестал жевать, отложил вилку и внимательно посмотрел на неё.
— Нет, — твёрдо сказал я.
Кристина удивлённо моргнула, её брови поползли вверх.
— Что значит нет? Игорь, это лучшие рабочие в городе. Нам нужно сделать сложный ремонт быстро и качественно. У нас нет времени на поиски.
— Столичные неженки в чистых комбинезонах мне на стройке не нужны, — я упрямо покачал головой. — Они привыкли работать по выверенному шаблону. Чуть что пойдёт не так по чертежам, побегут жаловаться инспекторам и махать своими светящимися магическими скрепами. У меня очень специфические требования к будущей кухне. Столичные просто не поймут, что я от них хочу. Они всё испортят.
— И что ты предлагаешь? — Кристина нахмурилась.
— Мы вызовем старую бригаду из Стрежнева, — безапелляционно заявил я. — Во главе с прорабом Кузьмичом.
— Кузьмич? Это тот неотёсанный мужик, про которого рассказывал Макс? Игорь, это безумие. Тащить провинциальных строителей в Петербург? Да они же тут всё угробят в первый же день.
— Кузьмич отлично знает меня, а я знаю его, — я наклонился над столом, глядя ей прямо в глаза. — Он понимает мои безумные чертежи с полуслова. Он умеет лить бетон так, что тот выдержит прямое попадание артиллерийского снаряда. А самое главное, Кристина, Кузьмич никогда не задаёт лишних вопросов. Если я скажу ему пробить огромную дыру в стене для моей вытяжки, он просто возьмёт перфоратор и пробьёт её, а не начнёт ныть про согласования. Нам нужны верные и исполнительные люди с мозолями на руках, а не элитные халтурщики.