Вадим Фарг – Имперский повар 8 (страница 17)

Я прекрасно понимал серьёзность ситуации. Наша сила была в уникальности. Мы давали горожанам вкус настоящей еды без суррогатов. Но если «Магический Альянс» откажется от химии и перейдёт на чистые продукты, мы потеряем своё преимущество. Это была экономическая блокада совершенно нового уровня. Это была настоящая война. Война без ножей и ядов, война на поле профессионализма и стандартов.

— Спасибо, Рат, — я медленно кивнул крысу. — Ты принёс ценные сведения. Получишь сегодня тройную порцию выдержанного пармезана.

Рат довольно пискнул, схватил сыр и юркнул за шкаф.

Я встал из-за стола, одёрнул китель и вышел на кухню. Там вовсю кипела работа. Захар разделывал тушу, орудуя огромным тесаком. Рядом гудела стальная мясорубка. Тамара отчитывала Мишу за криво нарезанный картофель. Лейла стояла у раздачи, контролируя внешний вид каждой выходящей тарелки.

Моя команда. Мои люди, которые поверили в меня и пошли за мной против системы. Я не мог позволить «Альянсу» разрушить всё, что мы с трудом построили.

— Внимание всем! — сказал я, перекрывая шум вытяжек. — Остановите работу на минуту. Соберитесь здесь.

Повара удивлённо переглянулись. Захар отложил тесак. Тамара вытерла руки о фартук. Лейла оставила раздачу, вопросительно глядя на меня.

— Что стряслось, Игорь? — спросила Лейла. — Очередная проверка? «Синдикат» прислал бандитов?

— Хуже, — я обвёл взглядом затихшую команду. — «Магический Альянс» меняет тактику. Граф Яровой понял, что магия и бандиты против нас не работают. Теперь они будут играть по нашим правилам.

По кухне прокатился удивлённый шёпот стажёров.

— В смысле по нашим правилам? — нахмурил брови Захар, потирая шрам на лице. — Они начнут нормально готовить еду? Без светящихся порошков?

— Да, Захар. Именно так. Они наймут лучших шефов города, скупят свежие продукты у фермеров, обеспечат идеальный сервис. Они попытаются задавить нас качеством и деньгами. Они хотят показать городу, что честная еда, это больше не только наша привилегия.

Лейла задумчиво покачала головой.

— У графа Ярового хватит денег, чтобы перекупить фермеров в округе. Он может предложить им цену в три раза выше рыночной. Нам придётся искать новые каналы поставок.

— Мы решим проблему с поставками, Лейла. Главное сейчас, это наша кухня. Мы должны работать безупречно. Любая наша оплошность, пересоленный бульон, остывший гарнир, грязный бокал в зале, всё это будет использовано против нас. Вражеские критики только и ждут повода, чтобы написать разгромную статью. С этого момента мы не просто готовим вкусную еду. Мы задаём эталон качества для всей империи.

Тамара презрительно фыркнула, поправляя выбившуюся прядь волос под колпаком.

— Да пусть пытаются сколько влезет. У них нет тебя, шеф. И у них нет нас. Мы порвём этих дилетантов на любой слепой дегустации. Мы знаем, как работать руками.

— Не недооценивай нашего врага, Тамара, — одёрнул её я. — У них практически неограниченные ресурсы. Если они наймут профессионалов старой школы, нам придётся очень тяжело. Это больше не уличная драка. Это изнурительный гастрономический марафон на выживание. С этого дня мы поднимаем наши стандарты на недосягаемую высоту. Никаких поблажек никому. Никаких ошибок. Каждая отданная гостю тарелка должна быть произведением искусства.

Я посмотрел прямо в глаза каждому из своих су-шефов. Я видел в них усталость, но и огромную решимость.

— Мы будем работать ещё быстрее, точнее и лучше. Мы обязаны быть на два шага впереди их машины. Будем придумывать новые рецепты, искать смелые сочетания вкусов, улучшать сервис в зале. Мы заставим их глотать пыль далеко позади нас. Вы готовы к такой гонке?

Захар молча кивнул, его руки сжались в кулаки, а в глазах загорелся рабочий азарт.

— Мы всегда готовы, шеф, — широко улыбнулась Тамара. — Пусть эти аристократы попробуют постоять у плиты смену. Посмотрим, надолго ли их хватит.

— Мы справимся, Игорь. Ты сам учил нас, что физику и химию невозможно обмануть. А мы знаем эти законы лучше всех в этом городе.

Я почувствовал, как напряжение немного отпускает. С такой командой можно было смело идти в любой бой. Мы прошли через слишком многое, нас уже не пугали новые трудности.

— Отлично, — я ободряюще улыбнулся. — А теперь возвращайтесь на рабочие места. У нас полный зал голодных гостей, и они хотят есть лучшую еду в городе. Захар, проверь температуру фритюра. Тамара, следи за соусом, он не должен расслоиться. За работу!

Кухня мгновенно ожила. Застучали ножи, зашипело свежее мясо на сковородках, загудели вытяжки. Я стоял и смотрел на слаженную работу своих людей, понимая, что «Альянс» всё-таки сильно просчитался. Граф Яровой мог купить за деньги деликатесы и нанять известных поваров. Но он никогда не смог бы купить ту искреннюю преданность делу, которая горела здесь, на моей шумной кухне.

Они решили поиграть в честную кулинарию, но забыли одну простую деталь, на моей кухне правила всегда диктую я.

Наконец выдался редкий и оттого ценный перерыв. Наш сумасшедший рабочий график немного сбавил обороты. Новогодние праздники остались позади. Теперь можно было просто выдохнуть. Я пил крепкий и смотрел в окно на заснеженные улицы. Мороз крепчал, случайные прохожие кутались в тёплые воротники и спешили укрыться в домах. Внутри меня царило странное спокойствие. Мне нравилось это чувство уверенности в завтрашнем дне.

В тишине пустого кабинета мои мысли вернулись к вечеру первого января. Я позвал в кабинет Свету и Лейлу. Они выглядели уставшими, но в их глазах горел яркий азарт. Я хотел отблагодарить их за выдержку и помощь. Они не поддались панике и выполнили свою работу превосходно.

— Присаживайтесь, дамы, — сказал я тогда, указывая на мягкий диван. — У меня есть для вас кое-что особенное.

Светлана поправила свою идеальную укладку и лукаво улыбнулась. Она привыкла всё держать под контролем.

— Только не говори, что ты решил выдать нам премию едой, Игорь. Твой новогодний стейк был великолепен, но я решительно требую материальных поощрений. Желательно хрустящими купюрами.

Лейла промолчала. Она привычно держала спину прямой, словно наёмный убийца на отдыхе. Её восточные черты лица оставались холодными и абсолютно непроницаемыми. Она доверяла мне, но всё равно ждала подвоха от окружающего мира. Такова была её прошлая жизнь, и её нельзя было за это винить.

Я достал из ящика стола две изящные коробочки. Это были духи, те самые, что передал мне барон фон Адлер.

— Это строго индивидуальные ароматы, — я протянул первую светлую коробочку Светлане. — Барон собрал их специально для вас. Без единого грамма магии. Только чистая химия, вытяжки из растений и мастерство.

Журналистка аккуратно открыла стеклянный флакон и сделала лёгкий вдох. Её глаза смешно округлились от удивления.

— Как он это сделал? — прошептала Света, не веря своему обонянию.

— Аромат называется «Искры Шампани», — ответил я с улыбкой. — Там ноты свежего бергамота и цитруса. Яркий и дерзкий запах. Он бьёт точно в цель. Прямо как ты в своих телевизионных репортажах. Он идеально подчёркивает твою саркастичную и энергичную натуру. Тебе больше не нужно носить тяжёлые цветочные запахи.

Света довольно прищурилась. Женщина искренне обрадовалась такому вниманию. Ей редко дарили подарки со смыслом. Обычно это были дежурные букеты от спонсоров.

Затем я передал тёмную коробочку Лейле. Девушка взяла флакон с большой осторожностью. Она сняла крышку и медленно поднесла толстое стекло к лицу.

Лейла замерла на месте. Её тёмные глаза вдруг наполнились влагой. Железная девушка, которая не боялась вооружённых бандитов и мафиозных разборок, вдруг стала уязвимой. Её плечи слегка опустились.

— Это «Южная Тень», — тихо пояснил я, наблюдая за её реакцией. — Сложный букет из терпких специй и сандалового дерева.

Лейла судорожно выдохнула. Запах мгновенно вскрыл её глубокую тоску по родному дому. Он пробил её броню быстрее любого стального клинка. Этот аромат явно напоминал о доме, от которого она сама отказалась ради свободы и независимости.

Наверное, в следующую поездку в Зареченск стоит взять её с собой. Какими бы ни были Мурат и Фатима, но они её семья, и вряд ли Лейла искренне ненавидела их. Да, определённая злоба была, с этим не поспоришь. Вот только я знал, что где-то глубоко внутри (а, может, и не столь глубоко) девушка скучает по ним. И слёзы по утрате определённо были, но мы никогда об этом не узнаем. Лейла не та девушка, чтобы показывать свои слабости.

Светлана сразу заметила странное состояние Лейлы. Журналистка не стала язвить или шутить, как делала это обычно. Света просто придвинулась ближе по дивану и мягко коснулась плеча восточной красавицы. Лейла не отстранилась от прикосновения. Она просто кивнула в знак благодарности. В тот короткий момент невидимая стена недоверия между ними рухнула окончательно. Они поняли, что находятся на одной стороне. Мой личный жест объединил их лучше любых подписанных договоров и общих врагов. Они стали настоящей командой.

Я сделал ещё один глоток кофе, возвращаясь в реальность. Воспоминания приятно согревали душу.

В тот же вечер, когда мои напарницы вышли, я вернулся за стол и потянулся. Жутко хотелось спать, но необходимо было закончить ещё одно дело. На столе передо мной лежала толстая стопка бумаг. Ведомости на выдачу щедрых премий для всего нашего персонала. Я взял ручку и начал методично ставить подписи на каждом листе.