Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 491)
Пустые страницы взметнулись в переплете, неведомо откуда взявшийся ветер пролистнул добрую половину листов, раскрыв книгу практически на середине, и на молочного цвета страницах постепенно стали проявляться размашистые строчки, написанные темно-бурыми чернилами на языке эсфирани:
Глава 17
Реки ненависти
Прежде чем смысл послания дошел до нас, дневник резко и с хлопком закрылся и, осветив напоследок библиотеку яркой золотистой вспышкой, исчез, рассыпаясь гаснущими искрами. Ошеломленно переглянувшись, мы в немом шоке стояли и не могли вымолвить ни слова, пытаясь переварить то, что сейчас произошло.
– Вы что-нибудь поняли из сказанного? – задумчиво спросила Марьяна, в недоумении разглядывая свои руки, только что державшие манускрипт. – Какие такие реки ненависти вливают в наш мир? Каким образом мы должны их увидеть?
– Благодаря магии Триумвирата, наверное, – рассудила я вслух. – Возможно, именно наша магия позволит увидеть что-то такое, чего никто не может. Не совсем только понятно, каким образом я должна открыть душу нашему миру.
– Реки ненависти какие-то, – бормотала Эмилия. – Что это еще за реки такие и почему их вливают? Чтобы навредить Эсфиру, так ведь получается?
– Получается, что так, – согласилась я.
– Нам действительно нужно увидеть места происшествий, – заключила Марьяна. – И чем быстрее мы там окажемся, тем лучше, я думаю. И начать надо с дома на Кленовой улице.
– Это все, конечно, замечательно, а что делать с замороженными монархами? – задалась Эмилия вопросом.
Мы поспешили вернуться к столу, около которого остались правители, и в этот момент, как по щелчку, они вдруг снова отмерли.
– Ну что, леди, идемте, – позвал нас император Алмариан Второй. – В вашем распоряжении тот же самый экипаж, на котором вас доставили сюда во дворец. Сейчас мы проследуем к взорванному павильону на Кленовой улице, а затем порталом переместимся к местам пропажи других бессмертных.
Судя по непринужденному поведению, монархи вовсе не заметили и даже не поняли того, что совсем недавно стояли «на паузе». О новом послании Иллинторна, значение которого пока что оставалось для нас туманным, мы с подругами решили умолчать. Да уж, вот и экскурсия наметилась для нас по империям. Честное слово, чем вынужденное путешествие по такому печальному поводу, лучше уж дома сидеть! Снова оказавшись внутри экипажа, мы прильнули к окнам, скрытым тонкой вуалью занавесок. Увеличившееся количество стражей порядка на улицах столицы невозможно было не заметить – столько жандармов мы привыкли видеть только в праздники. Оказалось, что об этом я подумала вслух.
– Или после нападения лорда Мардэйла, околдованного Антарес два года назад, – заметила Эмилия. – Тогда тоже жандармов на улицах заметно прибавилось на какое-то время.
– Ну, да, – рассеянно кивнула Марьяна, глядя в окно. – А как вы думаете, что означает фраза: «Откройте свою душу навстречу его душе?»
– Я думаю, что нам необходимо использовать магическое зрение, – предположила я. – И, может быть, стоит попробовать войти в пограничное состояние сознания, которое активирует дар предвидения. Так ведь нас учила на парах профессор Мариланни. Может быть, таким способом у нас получится что-то увидеть или узнать.
– Вот сейчас и попробуем, – промолвила Эмилия, и одновременно с ее словами экипаж плавно затормозил.
Мы прибыли на место, где произошел взрыв. Сейчас улица в радиусе нескольких метров от развороченного павильона оказалась оцепленной магической оградой, похожей на призрачные красные ленты, и жандармами. Встревоженные лица присутствующих, следы крови на земле, осколки разбитого стекла и фрагменты поврежденных экипажей заставили меня содрогнуться. Страх вновь шевельнулся где-то в области сердца, но я его подавила. Сейчас не время. Посильнее надвинув капюшон зимнего пальто, словно это смогло бы укрыть меня от многочисленных взглядов, я покинула экипаж вслед за подругами. С неба вновь срывался снег, но над местом оцепления жандармы сотворили невидимый глазу купол, защищавший место происшествия. Резко контрастируя с припорошенными белыми дорожками, картина взрыва выглядела еще более жуткой и чужеродной этому месту. Казалось, что беда ворвалась прямо посреди шумного праздника в бальный зал и торжественная музыка сменилась звенящей тишиной.
Чтобы избежать излишнего внимания, нам троим настоятельно посоветовали немного изменить внешность заклинанием иллюзии, что мы и сделали еще по пути сюда. Тем не менее я уверена, что все же некоторое внимание мы привлекли, поскольку напуганные произошедшим горожане не желали расходиться по домам и пытливо подмечали каждую деталь на месте взрыва.
Под подошвами сапог хрустнуло разбитое стекло. Дыхание, паром сорвавшееся с губ, рассеялось в морозном воздухе. Я смотрела на черное обугленное нутро взорванного павильона, стараясь отключиться от окружающего меня мира, и ощущала беспросветную тоску, словно только что безвозвратно потеряла что-то важное в своей жизни. Перейдя на магическое зрение, убедилась, что в подпространстве нет ничего необычного, кроме следов заклинания, блокирующего отвод глаз. Все то же самое видели и другие маги. Моя интуиция истошно вопила, что здесь не все так очевидно, как кажется на первый взгляд. Затем пришла мысль: не активировать ли магию Триумвирата после того, как нам удастся войти в пограничное сознание, чтобы посмотреть на это место глазами своей боевой ипостаси? Это я и предложила подругам.
– А куда прикажешь крылья деть? – шепнула мне Эми. – Их стопроцентно заметят, а я не хочу светиться сейчас с нашим Триумвиратом. А то паники еще больше будет, когда люди поймут, что стражам порядка пришлось уже нас привлекать.
– Я думаю, нам стоит попробовать частичную трансформацию, – предложила я. – Мы ведь уже не раз тренировались на занятиях.
Переглянувшись, Эмилия и Марьяна кивнули. Закрыв глаза, я снова мысленно отгородилась от окружавших меня звуков, запахов и разговоров. Нам предстояло внетелесное путешествие в подпространство. Ощутив полное отрешение от всего, открыла глаза, перейдя на магическое зрение.
Это умение рождается вместе с магом и развивается по мере взросления. Окружающий мир состоит из пространства, в котором находится все материальное, в том числе и сами маги, и подпространства, где как раз и таятся следы магии, а вместе с ней и вся информация о мире – все, что было, есть и будет. Считать эту информацию под силу далеко не каждому магу, особенно то, что касается настоящего и будущего, а вот увидеть магию и ее следы может каждый. Она похожа на разноцветные нити, прошивающие это подпространство. Абсолютно каждый вид магии имеет свой цвет. Например, нити магии земли в подпространстве имеют зеленоватый цвет, магия иллюзий – серый. Заклинание отвода глаз как раз относится к иллюзорной магии, и ее серые нити сейчас висели в подпространстве подобно гирляндам. Что, если, частично активируя способности магии Триумвирата, мы сможем увидеть в подпространстве что-то еще, помимо нитей магии?
Обратившись к магии Триумвирата в крови, я ощутила ее бег по венам, позволив совсем малой ее части вырваться на свободу. Окружавший меня мир заслонило белое зарево – я знала, что сейчас мои глаза закрывает белая пелена. Мне нужно увидеть тьму подпространства. Настроившись на него, я сверлила взглядом неизменные серые нити магии среди кромешной беспроглядной темноты. Ничего не происходило, но упрямство родилось вперед меня, и я продолжала смотреть в упор на тьму подпространства, пытаясь в ней заметить хоть что-то, кроме следов магии. У меня должно получиться, иначе что я за маг Триумвирата такой? Внезапно тьма рассеялась, явив мне картину разрушенного взрывом павильона. Все было так, как есть сейчас, за исключением того, что в этот момент я не видела здесь никого. Улица оказалась совершенно пустой. Абсолютная тишина непроницаемым пологом опустилась сверху. Оглянувшись по сторонам, я убедилась, что нахожусь здесь одна. Стоило мне подумать о подругах, как они тут же появились рядом со мной, словно из ниоткуда.
– Ура, получилось! У нас получилось увидеть то, что скрывает тьма подпространства! – воодушевленно воскликнула Эмилия, подпрыгнув от радости. – Даже не верится!
– Угу, – задумчиво буркнула Марьяна и, нахмурившись, посмотрела на пострадавший павильон, а затем, задрав голову, удивленно распахнула глаза.
Мы с Эмилией проследили за ее взглядом. Настал наш черед удивляться. А было чему – наверху, где, по идее, должно быть небо, словно в воде отражался город, отчего казалось, что мы стоим меж двух миров, которые были зеркальным отражением друг друга. Плавно и неспешно с земли поднимались одинокие снежинки и устремлялись наверх, навстречу зеркальному городу.
– Ага. Вот оно как. Законы материального мира в подпространстве идут в пень, – прокомментировала я это удивительное явление.