Уолтер Уильямс – Квиллифер (страница 87)
Справа пастухи возвели небольшую земляную дамбу, в результате образовался пруд, который обеспечивал водой овец, а кроме того, они построили хижины сухой кладки для себя и каменные загоны для скота. Стало уже темно, и мне не удалось полностью обследовать это место, но не вызывало сомнений, что поблизости не было никого из вражеских солдат, и я послал курьера к лорду Уттербаку и остальным отрядам. А сам вместе с небольшой группой драгун поскакал в Экстон, где также не обнаружил врага, местные жители нас приветствовали и рассказали, что уже несколько лет не видели поблизости солдат. Я вернулся в лагерь.
Драгуны разожгли костер, они воспользовались сухим овечьим навозом, и, несмотря на зловоние, мы весело встретили Уттербака, когда через два часа он прибыл с остальным отрядом. Я выбрал одну из каменных хижин для себя, а другую для командира и развел огонь в очагах.
– Я получил послание от рыцаря-маршала, – сказал Уттербак, спрыгивая с седла. – Он занял перевал над Пексайдом, но атака на узурпатора отложена на завтра.
– Почему-то я совсем не удивлен, – заметил я. – Ручаюсь, что и для нашего врага это не стало сюрпризом.
Солдаты еще час возились, устраиваясь на ночлег, выбирая места, которые оставались свободными. На разгоревшихся кострах повара приготовили ужин. Уттербак нервничал, нетерпеливо расхаживая взад и вперед, постоянно поглядывая на восток, и я понял, что он опасался, что упустит все сражение.
Я сам считал, что война будет представлять собой ряд осад, которые последуют одна за другой, начиная с Пексайда, и всем желающим представится достаточно шансов быть убитыми. Однако мне показалось, что лорд Уттербак не хотел принять подобную мудрость, и я решил, что не стану ему перечить.
Я провел приятную ночь в своем теплом убежище и встал, когда горны провозгласили время завтрака. Выйдя из хижины на утренний свет, я потянулся и только теперь более внимательно оглядел Весы Экстона.
Розовое солнце повисло над далеким Пексайдом, до которого оставалось полдня пути. Ночью буря окончательно угомонилась, и небо на западе стало темно-синим. Пастбище по-прежнему сохранило зимние оттенки цвета корицы и потускневшего золота. Зима еще не закончилась, и пастухи не пригоняли сюда овец, так что единственными живыми существами были вороны. Они низко летали у нас над головами и зорко высматривали блестящими глазами съестное в мусорных кучах.
Солдаты выстроились на короткую поверку. Затем кавалерия двинулась к пруду, чтобы напоить лошадей, а остальные отправились завтракать. Лейтенанты, корнеты и сержанты подбегали с докладами к лорду Уттербаку – точнее, ко мне, потому что я все записывал. И наконец мы узнали, сколько солдат находилось под командованием Уттербака.
Два кавалерийских отряда – лорда Уттербака и лорда Баркина – всего четыреста всадников и сто шестьдесят драгунов Фрера к ним в придачу, три тысячи солдат в четырех пехотных полках, а для обслуживания восьми пушек капитана Липтона требовалось около ста артиллеристов.
В то утро я смог поздравить лорда Уттербака с тем, что под его командой находилось почти три тысячи семьсот человек, не считая возниц, маркитантов, квартирмейстеров, прачек и проституток и даже нескольких офицерских и солдатских жен. Я заметил, что это двадцать процентов всей королевской армии – и очень серьезная ответственность для молодого человека, участвовавшего в своей первой военной кампании.
– Маршал оказал вам огромное доверие, – сказал я.
Он нахмурился, глядя в сторону Пексайда.
– Это комплимент моему отцу, а не мне. Я не сомневаюсь, что именно он добился для меня этого назначения, прекрасно понимая, что никому не нужная предосторожность сохранит мне жизнь, ведь ясно, что мне не придется отдавать солдатам приказы во время боя. – Он глянул на коричневую землю и пнул ком грязи сапогом. – Ну, – добавил он, – мы сделаем все, что возможно.
Из чего следовало, что он хотел как можно скорее вступить в сражение. Пока Оскар и слуга Уттербака жарили на завтрак бекон, Уттербак повернулся ко мне.
– Нам следует отправить Фрера на разведку к Пексайду, после чего направить всех на дорогу, как только мы сможем расставить наших людей в правильном порядке. Я хочу поддержать атаку маршала, пока у меня еще есть такой шанс.
Я решил подчеркнуть необходимость соблюдать осторожность:
– Думаю, нам не стоит подходить слишком близко к врагу. Если основная часть нашей армии задержится, мы не должны атаковать противника без поддержки.
– Маршал сказал, что начнет сражение на рассвете, – упрямо заявил Уттербак.
– Однако он говорил, что атакует, вчера. Мы не знаем, каковы его сегодняшние намерения и какие могли возникнуть проблемы. – Увидев нетерпеливый взгляд Уттербака, я продолжал: – Нам следует подождать до тех пор, пока мы не услышим артиллерийскую канонаду.
Он кивнул.
– Да, – согласился Уттербак. – Но мы должны подойти достаточно близко, чтобы
Он вскочил на коня и поехал в лагерь Фрера, чтобы отправить драгун в сторону Пексайда, как только они поедят сами и напоят и накормят лошадей. Когда Уттербак вернулся, он застал меня уплетающим бекон с кашей и стаканом сидра.
– Иначе завтра все остыло бы, – сказал я. – И к тому же я не знал, когда вы вернетесь.
Но бекон сейчас не интересовал Уттербака. Он соскочил с лошади и приказал горнисту созвать офицеров.
– Им не понравится, что вы прервали их завтрак, – заметил я.
– Открой свою книгу, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты все записал.
Сначала я доел, после чего отправился за книгой и чернильницей. До сих пор я записывал только информацию об отряде Уттербака, но теперь мне потребовалось некоторое время, чтобы перечислить все его силы, ведь отдельные полки имели преимущество над другими. Поэтому они рассчитывали получить почетное место на любом поле боя и иметь возможность построиться в колонну, чтобы без задержки занять позиции. Я записал все, как следовало, после чего пришло время надеть доспехи, пристегнуть шпоры и поместить меч на перевязь.
Наконец колонна построилась, и лорд Уттербак занял место впереди. Я ехал сразу за ним вместе с трубачом и штандартом его светлости – золотыми морскими коньками на лазоревом фоне. Я уверен, что мы имели доблестный вид: ярко светило утреннее солнце, лошади нетерпеливо били копытами, пики лежали на плечах всадников, плюмажи колыхались над шлемами, все ждали команды выступать.
Но ее так и не последовало. Впереди появился отряд драгун, и, когда они приблизились к нам, мы увидели среди них капитана Фрера. Уттербак выехал ему навстречу, я последовал за ним. И тут мы заметили, что лошади драгун в мыле, а бока ходят ходуном от тяжелого дыхания.
Фрер указал рукой назад.
– Враг, милорд! – сказал он, натягивая поводья. – Нас преследовал враг!
Глава 30
Лорд Уттербак спокойно отреагировал на эту новость, слегка нахмурил брови, посмотрел на солнце и спросил:
– Сколько?
– Мы не смогли определить, милорд, – ответил Фрер, слишком крупный для драгуна мужчина с широкой лопатообразной бородой черного цвета. – Колонну скрывал от нас поворот дороги. Однако среди них есть пехота и кавалерия, и я насчитал флаги полудюжины полков. Поэтому можно считать, что они располагают такой же численностью, как и мы, или даже больше.
Спокойствие Уттербака выглядело таким абсолютным, что показалось мне неестественным.
Я видел, как его взгляд перемещался, словно он читал письменные инструкции, висевшие перед ним в воздухе.
– Я должен с ними сражаться, – сказал Уттербак. – Значит, так тому и быть.
Я прервал раздумья лорда Уттербака вопросом:
– Как скоро они появятся?
– Их авангард будет здесь через час, – ответил Фрер. – Основная часть подойдет часа через два или позже. Мои люди попытаются их задержать, но драгуны не могут сражаться в поле против кавалерии.
«Интересно, – подумал я, – как часто за время всей нашей кампании драгуны вообще
– Сможем ли мы внезапно напасть на их авангард? Нанести неожиданный кавалерийский удар, застав врасплох?
Фрер нахмурил брови и задумался.
– Да, такое возможно. Но нужно действовать без промедления, а на тот случай, если мерзавцы окажутся готовы к нашей атаке, суметь быстро перегруппироваться.
Наконец лорд Уттербак сделал нужные выводы и повернулся ко мне.
– Я поскачу вперед с кавалерийской атакой, – сказал он. – А ты подготовь пехоту и артиллерию на тот случай, если нам придется отступить.
– Милорд? – Но душой Уттербака уже овладела буря, он привстал на стременах, повернулся и подал рукой сигнал кавалерии.
Он повел колонну влево, чтобы все смогли развернуться в линию, и воздух наполнился зовом горнов и громкими приказами.
– В колонну по три! Коновалов в тыл! Правое плечо вперед! Стой, равняйсь! Марш! Стой, равняйсь! На знамя – марш! Стой! Равняйсь, в линию!
Отряд Уттербака хорошо научился исполнять такие команды и сумел достаточно быстро и правильно завершить маневр, как и рассчитывал капитан Фрер. Вскоре лорд Уттербак построил конницу в два ряда, лицом к востоку, так что отряд лорда Баркина остался посередине. Пехота, не получившая никаких приказов, осталась в колонне и с некоторым удивлением наблюдала за кавалерией.