Ульяна Соболева – Иль Аср. Перед закатом (страница 14)

Взгляд Самиды упал на беременную Алену, которая гуляла в саду. На лице женщины появилось выражение раздражения. Как же она ее терпеть не могла, но именно эта тупая, недоразвитая сучка должна была сыграть ключевую роль в её планах.

- Алена... отвлекающий маневр, - прошептала Самида себе под нос. Она хорошо знала о страсти Ахмада к Аллаене и понимала, что Алена могла стать идеальным инструментом для отвлечения его внимания. Ахмад должен был заботиться о своей беременной жене, а не обращать внимание на других женщин.

Но была и другая причина, по которой Самида должна была мириться с присутствием Алены в своей жизни и в своем доме. Ребенок, которого она вынашивала, был чрезвычайно важен для Самиды. Он должен был стать любимым и желанным в семье, наследником, который укрепит их род и статус. И кое-что еще…невероятно особенное для нее. Настолько особенное, что она готова была терпеть недоумка Алену даже рядом с собой.

Самида отпила глоток воды, размышляя о своих дальнейших действиях. «Этот ребенок... он должен стать символом нашего величия. А Алена... она просто средство для достижения цели, контейнер, матка, как только она опустеет я от нее избавлюсь» - говорила она себе, и в её глазах мелькал холодный огонь ярости и решимости.

Она поставила стакан на подоконник и, еще раз взглянула на Алену. Самида знала, что каждое её действие должно быть четко спланировано и тщательно рассчитано. В этой игре с такими высокими ставками не было места ошибкам, и она была настроена довести свои планы до конца.

Только Ахмад притащил в дом снова эту дрянь, впустил ее, приютил. Ненавистную гадину. Эта мысль вызывала у Самиды смесь гнева и дикий злобы. "Если Ахмад не может отказаться от своих чувств к этой твари, я найду способ заставить её пожалеть об этом," - подумала она.

Самида стиснула челюсти так, что ощутила, как сводит скулы. "Аллаена пожалеет, что когда-либо родилась на свет," - прокручивала она в голове. "Я превращу её жизнь в ад. Каждый её день в этом доме будет наполнен страданиями и унижениями."

О у нее было много планов как извести несостоявшуюся невестку. Самида знала, как изощренно и тонко действовать, чтобы каждый шаг Аллаены был омрачен трудностями и бедами. "Она должна чувствовать себя беспомощной и одинокой, отвергнутой всеми," - размышляла Самида и потирала костлявые руки, унизанные перстнями.

Но была ещё одна вещь, которая особенно беспокоила Самиду - ребенок Аллаены и Ахмада. "Она никогда не найдет его! НИКОГДА!," - твердо решила Самида. Этот ребенок был ключевым моментом в её сложном плане, и она не могла допустить, чтобы Аллаена смогла его обнаружить. Это было бы крахом всего, что она задумала…Можно конечно его убить. Но в этот раз не смогла. Потому что это плоть от плоти ее Ахмада, любимого Ахмада. Мальчик. Возможно, однажды он пригодится ей и она использует его в своих целях. А пока что он надежно спрятан.

Самида отошла от окна и медленно прошла по комнате. Её шаги были мягкими, но каждое её движение было властным, царским, повелевающим. Она была готова делать всё, что можно и все, что нельзя ради того, чтобы сохранить своё доминирование в доме и свою власть над семьей. Аллаена была лишь незначительной помехой, и Самида была твердо уверена, что сможет контролировать её каждый шаг.

Самида бродила по комнате, словно хищник в клетке, её мысли были полны яда и злобы. Она думала о Вике, и каждая мысль была словно укол шпильки. "Эта женщина... она воображает, что может просто войти в наш дом и жить здесь, есть, пить, как ни в чем не бывало? Я покажу ей, что такое настоящий ад," - злобно думала Самида. "Я сделаю её жизнь такой мучительной, что она будет молить об избавлении."

Сердце Самиды буквально раздирала ненависть, горячая и ядовитая. "Она думает, что может украсть у меня Ахмада, моего льва, мою скрытую страсть, мою адскую любовь? Никогда!" - в её глазах блестела бешеная ярость. Самида не могла смириться с тем, что Ахмад, объект её запретных таких острых и сумасшедших желаний, испытывает чувства к другой женщине. Недостойной, грязной, чужой.

"Ахмад... он должен быть моим," - мысли Самиды были полны одержимой страсти. "Я люблю его гораздо сильнее, чем кто-либо может понять, чем кто-либо когда-то мог бы его полюбить. Но эта... проклятая Аллаена... она стоит между нами." В своём извращенном чувстве к Ахмаду, Самида видела в Вике не просто соперницу, а угрозу своим самым тайным желаниям. Ей казалось, что если она избавится от Аллаены что-то сможет измениться…Она найдет любовницу для него и все будет как прежде…Подсматривание, сладко огненные оргазмы, а еще…еще у нее будет ребенок от Ахмада… А Вика! Вики однажды не станет!

"Я уничтожу её, медленно и мучительно," - прошептала она себе под нос. "Вика пожалеет, что когда-либо переступила порог этого дома. Она никогда не сможет быть с Ахмадом, и она никогда не найдет своего ребенка. Я сделаю всё, чтобы она чувствовала себя одинокой, отвергнутой и жалкой тварью."

Самида остановилась у окна, снова глядя на сад, где несколько минут назад гуляла Алена. Её взгляд был полон холодного расчёта и решимости. "Ахмад должен принадлежать мне, даже если он этого не понимает и даже если никогда не окажется со мной в одной постели. Я найду способ удержать его рядом, а Вика... она станет лишь тусклым воспоминанием в его сердце."

Глава 13

Азиза, с презрением в голосе, приказала мне:

- Вымоешь мои комнаты, ванну и туалет. И сделай это тщательно.

Её наглость поражала меня, но я не собиралась подчиняться.

- Я не твоя служанка, Азиза. Я не буду этого делать, - сказала я, пвздернув подбородок и чувствуя как постепенно начинаю ее ненавидеть, больше не оставалось сомнений. Азиза меня презирала и делала все чтобы унизить. Но в тот момент в коридор вошла Самида, её взгляд был холодным и пронизывающим.

- Аллаена, ты забыла, кто ты теперь? - строго произнесла она. Здесь ты никто. И помни, что в один миг ты можешь оказаться на улице. Прошмандовке, которая приползла на коленях, чтобы ее приняли обратно самое место с ведром и тряпкой в руках. Скажи спасибо, что тебя здесь оставили.

Как будто окатила ледяным душем. Ей явно доставляло удовольствие стоять напротив и иметь право теперь унизить меня. Раньше она могла об этом только мечтать.

- Ахмад больше не вступится за тебя. Ты теперь просто шлюха, которая чудом избежала наказания. Для него ты нечистота, грязь. Я б на его месте спустила с тебя три шкуры.

- Вы не на его месте, - тихо ответила я и подняла на нее взгляд.

- Мое место во главе этого дома. А твое возле унитаза с тряпкой в руках. Как быстро человек может упасть, да, Аллаена. Еще недавно ты смотрела на меня свысока и думала, что место в постели эмира даст тебе власть в руки… а теперь в его постели и в его сердце другая. Кажется…твоя родная сестра?

Я вздрагивала от каждого ее слова как от удара кнута. Она словно вонзала мне в сердце лезвия, вспарывала его заставляя кровоточить.

- Теперь ты поймешь, что потеряла. Интересно ты кусаешь себе локти?

Её слова были полны злорадства. Я сжала кулаки, понимая, что мне предстоит тяжелая борьба, но я была полна решимости выстоять. Я знаю зачем я здесь. Ради моего мальчика можно вытерпеть что угодно.

Самида, глядя на меня сверху вниз, продолжала свои унижения.

- Ты будешь мыть унитазы руками, Аллаена. И полы тоже - стоя на коленях. У нас не моют как принято у твоих. Здесь все по другому. Твою работу проверят. И доложат мне лично.

Я почувствовала, как меня разрывает от протеста и отчаяние захлестывает с головой. Мне давали другую работу.

- Я была взята в этот дом няней, а не уборщицей! - твердо сказала я, пытаясь сохранить хоть какое-то чувство собственного достоинства.

На лице Самиды появилась насмешливая улыбка.

- Это я решаю, кем ты будешь в моем доме. И помни, что в любой момент я могу выставить тебя на улицу, Ахмад больше не заступится за тебя, - ответила она, и её голос звучал холодно и безжалостно. - И кто, по-твоему, возьмет на работу шлюху, которая изменяла своему мужу? Все в деревне знают про тебя и Али!

Слова Самиды заставили меня опять вздрогнуть. Я чувствовала, как вокруг меня сжимаются стены, и понимала, что у меня нет выбора. С каждым словом этой старой ведьмы мой мир становился всё более мрачным и безнадежным.

- Хорошо, я сделаю, как ты говоришь, - выдавила я сквозь зубы, стараясь скрыть держать себя в руках. Я должна выстоять. Должна. Ахмад сдержит свое слово и найдет нашего сына. Не поддаваться на провокации. Внутри меня что-то ломалось, но это был единственный путь сохранить хоть какую-то надежду на будущее.

Самида, продолжая и с удовлетворением в голосе добавила:

- Скоро родится настоящий наследник этого дома. У настоящей жены эмира. А ведь это могла быть ты, Аллаена, если бы ты не была конченной шлюхой. Ты могла бы быть на месте Алены, но ты упустила свой шанс. И я не могу не признать, что рада этому. С самого начала я знала, что ты не достойна моего льва!

Я почувствовала, как в моем сердце все сжимается от боли и обиды. Слова Самиды словно острый нож резали мою душу. Я понимала, что моя жизнь могла сложиться иначе, но теперь все было потеряно. И да, это моя вина…я виновата во всем, что сейчас со мной происходит.