Ульяна Соболева – Халид. Его черная любовь (страница 3)

Настя захихикала, и я невольно улыбнулась. Шейх. Принц. Это звучало так романтично, так сказочно. Где-то в глубине души, в самом потаённом уголке, я мечтала об этом. О встрече с тем самым, кто изменит мою жизнь, кто увидит во мне не просто очередную студентку, а личность, талант, душу. Но я не говорила об этом вслух. Это была моя тайная мечта, моя маленькая, наивная фантазия.

Я не знала, что эта фантазия обернётся проклятием. Что этот «принц» окажется демоном во плоти.

---

Каждый день я отправляла маме сообщения. Короткие, бодрые, полные восторга.

«Мам, всё отлично! Так красиво здесь! Сегодня были на Бурдж Халифе! Скоро вернусь, расскажу всё!»

Я старалась передать свой восторг, свою радость, чтобы она перестала волноваться, чтобы её тревога не отравляла мне это путешествие. Я хотела, чтобы она гордилась мной, чтобы она видела, что я справляюсь, что я взрослая, что я могу о себе позаботиться.

Она отвечала смайликами, сердечками, но я чувствовала её беспокойство даже через экран телефона. Материнское сердце не обманешь. Оно знало. Оно чувствовало. Оно пыталось предупредить меня. Но я не слушала. Я была слишком опьянена свободой и новыми впечатлениями, чтобы услышать этот тихий, тревожный голос.

---

День пятый. Элитный пляжный клуб. Лера каким-то чудом достала приглашения через своих знакомых — я не спрашивала, как именно, меня это не интересовало. Главное, что мы здесь, в этом мире роскоши и гламура, который казался таким далёким от нашей московской реальности.

Клуб был воплощением богатства и красоты. Огромный бассейн-инфинити, который сливался с горизонтом, создавая иллюзию бесконечности. Шезлонги с белоснежными балдахинами, где лежали девушки в дизайнерских купальниках и мужчины с дорогими часами на запястьях. Музыка звучала негромко, создавая атмосферу расслабленности и неги. Запахи дорогих сигар и парфюма смешивались с солёным морским воздухом.

Я чувствовала себя немного не в своей тарелке. Мой купальник из масс-маркета казался таким дешёвым рядом с этим великолепием. Моя кожа, не тронутая солярием, — слишком бледной. Но я старалась не показывать своей неловкости, старалась наслаждаться моментом.

Я лежала на шезлонге, прикрыв глаза, и слушала шум прибоя, смех людей вокруг, плеск воды. Солнце пригревало кожу, и я чувствовала себя кошкой, нежащейся на солнышке. Это было блаженство. Простое, невинное блаженство.

— Кать, смотри!— Настя ткнула меня локтем. — Красавчик какой!

Я приоткрыла глаза и скосила взгляд в сторону, куда показывала Настя. У барной стойки стоял мужчина. Высокий, атлетичный, в дорогих солнечных очках. Он разговаривал с барменом, но я чувствовала, что его взгляд скользит по нам.

— Ну и что?— пробормотала я, закрывая глаза обратно. Мне не хотелось пялиться на незнакомцев, как на экспонаты в зоопарке.

Но Настя не унималась.

— Он на тебя смотрит!

— Не неси чушь,— отмахнулась я, но сердце моё почему-то забилось чуть быстрее. Неужели правда?

Я не стала оглядываться. Я не хотела казаться заинтересованной. Я просто лежала и притворялась, что загораю. Но внутри меня зародилось лёгкое любопытство, маленькая искра, которая вот-вот разгорится в пламя, пожирающее всё на своём пути.

---

Прошло минут пятнадцать, когда я услышала голос.

— Извините.

Я открыла глаза. Надо мной стоял тот самый мужчина. Он снял очки, и я увидела его глаза — карие, тёплые, с лёгкими искорками, которые танцевали в глубине. Красивый. Очень красивый. Смуглая кожа, правильные черты лица, лёгкая щетина, которая делала его ещё более привлекательным. На вид ему было лет тридцать с небольшим.

— Да?— выдохнула я, чувствуя, как краска заливает щёки. Господи, какая же я неловкая.

Он улыбнулся, и эта улыбка была обезоруживающей — белоснежные зубы, лёгкие морщинки у глаз, которые говорили о том, что он часто улыбается.

— Я ужасно неловок,— сказал он по-английски, с лёгким, мелодичным акцентом, который звучал невероятно притягательно. — Я случайно задел вашу сумку, и ваш коктейль... Боюсь, он пролился на ваше полотенце.

Я села, оглянулась. Действительно, на полотенце красовалось мокрое пятно от какого-то яркого напитка. Но я даже не заметила, когда это произошло.

— О,— только и смогла выдавить я. — Ничего страшного.

— Нет, нет, это моя вина,— он уже махал рукой бармену. — Позвольте мне загладить свою неловкость. Что вы пили?

— Мохито,— неуверенно ответила я. — Безалкогольный.

— Прекрасный выбор,— он заказал бармену, а потом повернулся ко мне, протягивая руку. — Меня зовут Карим. Карим Халаф. Я из Бейрута.

Я пожала его руку. Его рукопожатие было крепким, но не грубым. Его кожа тёплой.

— Катя,— представилась я, чувствуя, как моё сердце бьётся где-то в горле. — Екатерина. Из Москвы.

— Москва!— в его глазах вспыхнул интерес. — Замечательный город. Я там был несколько раз. А еще учился в России. Красная площадь, Кремль... Очень красиво.

Он сел на край соседнего шезлонга, и мы заговорили. Лера и Настя переглянулись, ухмыляясь, но я их проигнорировала. Карим был... невероятным. Он говорил о путешествиях, о бизнесе (он был, по его словам, консультантом по инвестициям), о культуре, об искусстве. Он цитировал поэзию — Руми, Хайяма — и это звучало так романтично, так утончённо.

Когда я робко призналась, что изучаю архитектуру, его глаза загорелись.

— Архитектура!— воскликнул он. — Это же потрясающе! Вы знаете, Дубай — это музей под открытым небом для архитекторов. Я могу показать вам несколько зданий, о которых мало кто знает. Настоящие жемчужины, скрытые от глаз туристов.

Я слушала его, завороженная. Он говорил именно то, что я хотела услышать. Он видел во мне не просто туристку, а студентку, профессионала, личность. Он интересовался моими мечтами, моими планами, моими амбициями. И это опьяняло меня сильнее любого коктейля.

Когда он пригласил нас на яхту на следующий день, Лера и Настя захихикали, а я... я согласилась. Не сразу, конечно. Я колебалась, делала вид, что мне нужно подумать. Но мы обе знали, что я соглашусь. Как я могла отказаться от такого предложения? От возможности провести время с таким интересным, образованным, красивым мужчиной?

Вечером в отеле Лера прыгала от восторга.

— Катька, он на тебя запал! Это же твой шейх! Я же говорила!

Я отмахивалась, но внутри меня разгоралась надежда, трепетная, хрупкая надежда. Может, это оно? Может, это та самая встреча, которая изменит всё?

Настя, правда, была менее восторженной.

— Кать, а не слишком ли он хорош?— осторожно спросила она, когда Лера ушла в душ. — Ну, не знаю... Что-то мне не по себе. Будь осторожна.

Я фыркнула.

— Ты просто завидуешь!— сказала я, и сразу пожалела об этих словах. Но Настя не обиделась. Она только вздохнула.

— Может быть. Просто... береги себя, ладно?

Я кивнула, но не приняла её слова всерьёз. Осторожность? Зачем? Карим был идеальным. Слишком хорошим, чтобы быть правдой. Но я верила в сказки. Я верила, что такие мужчины существуют. Я верила, что мне повезло.

Боже, как же я ошибалась.

---

В ту ночь я не могла уснуть. Я лежала в кровати, слушая ровное дыхание Леры и Насти, и думала о Кариме. Его улыбка. Его глаза. Его голос. Слова, которые он говорил, словно были написаны специально для меня.

«Неужели такие мужчины существуют?»— думала я, прижимая руки к груди, чувствуя, как сердце колотится в бешеном ритме. «Он так отличается от московских парней. Он видит во мне не просто девчонку, а личность. Он интересуется мной. Настоящей мной.»

Я представляла, как мы будем проводить время вместе. Прогулки по городу, разговоры до утра, поцелуи под звёздами. Я строила воздушные замки, которые вот-вот рухнут, погребя меня под обломками.

Я улыбалась в темноте, обнимая подушку, и чувствовала себя героиней романтического фильма. Это было начало чего-то прекрасного. Чего-то настоящего. Чего-то... моего.

ГЛАВА 3

Катя

Утро следующего дня я встретила с трепетом в груди, который разрастался, пожирая остатки здравого смысла. Я стояла перед зеркалом, меняя наряды, как безумная. Слишком открыто? Слишком скромно? Слишком по-детски? Господи, почему это так сложно? Почему я не могу просто выглядеть... правильно?

В итоге я остановилась на лёгком белом платье — простом, но элегантном, с цветочным принтом. Оно доходило до колен, не было вызывающим, но подчёркивало фигуру. Минимум макияжа — тушь, блеск для губ. Волосы распустила, позволив им свободно лечь на плечи. Я хотела выглядеть естественной. Собой. Той девушкой, которую, как мне казалось, он увидел вчера.

— Офигенно выглядишь! — Лера присвистнула, оглядывая меня с ног до головы. — Он упадёт в обморок от твоей красоты!

Настя молчала, её взгляд был задумчивым, почти тревожным. Но я не хотела замечать этого. Я не хотела, чтобы её сомнения отравляли мой восторг, портили мою сказку.

— Вы точно не хотите с нами? — спросила я в последний раз, застёгивая сандалии.

— Не-а, — Лера махнула рукой. — Это твоё свидание. Мы тут пошопимся, позагораем. Развлекайся!

Настя кивнула, но её глаза говорили другое. Они говорили: «Будь осторожна». Но я не слушала. Я не хотела слушать.

---

Карим встретил меня у входа в отель, стоя у своего автомобиля — роскошного белого Porsche Cayenne, который сверкал на солнце, словно драгоценность. Он был одет в светлые брюки и рубашку с закатанными рукавами, открывающими загорелые, мускулистые предплечья. На запястье блестели дорогие часы — Rolex, я узнала логотип даже издалека. Он выглядел как герой из глянцевого журнала, как воплощение мечты.