Ульяна Муратова – Проклятье снова между нами (страница 9)

Я было открыла рот, чтобы начать спорить, но закрыла, когда Кайра прыснула, одобрительно глядя на мужа.

Это что, у него такая странная манера общения? Доводить всё до абсурда?

— А ну, проваливай-ка лучше отсюда, — не выдержал командор.

— То есть как срываться и искать твой маголёт, так Десар, а как выражать профессиональную оценку — так проваливай? — ни капли не впечатлился тот и с места не сдвинулся.

— Я всего лишь пытаюсь разобраться в ситуации! — рявкнул командор.

— А, ну тогда подождём ещё немного, пока разберёшься, — миролюбиво заметил Десар. — Согласен, тут всё очень неочевидно. Жертва похищения явно сильнейшим образом пострадала от поступков злоумышленника, который, конечно же, действовал исключительно хладнокровно и расчётливо, преследуя свои эгоистичные интересы! Кстати, какие? — нарочито озадаченно спросил он.

— Что?

— Мотивация какая у нашего кузена была? Опорочить честь нобларины и надругаться над ней, так ведь? Ну не меньше, судя по твоей реакции.

— Ничего он не опорочил и не надругался! Он даже пальцем ко мне не притронулся! — заверила я.

— Ничего, дадим ему время, может, ещё исправится, — подмигнул мне Десар и одарил такой обаятельной улыбкой, что я наконец поняла, почему Кайра выбрала именно его.

Из них получилась очень красивая пара — оба высокие, атлетически сложенные, насмешливые и какие-то… необычные, что ли?

— Это не отменяет того факта, что Дервин угнал мой маголёт! — хмуро припечатал командор.

— Однозначно! — горячо поддержал Десар. — Воистину так! Ужасная, отвратительная привычка — брать чужие вещи, а потом терять их, ломать, мочить… Ну, знаешь, как один мой знакомый без разрешения взял у меня любимую книгу и оставил в беседке под дождём, отчего она пришла в полную негодность, потом сломал мою подзорную трубу, которую я запретил ему трогать…

— Да причём тут это? Мы тогда были детьми! — рыкнул командор.

— Да? А разве мою ту самую удобную кобуру ты без спроса взял и потерял не когда уже был курсантом в своей эскадрилье? — ехидно спросил Десар. — К чести Дервина нужно отметить, что твой маголёт он хотя бы не потерял и не разбил, однако соглашусь на все сто: дико раздражают родственнички, которые без спроса берут твои вещи и потом делают вид, что ничего страшного не случилось.

— Ты вообще на чьей стороне?

— На стороне «посмотреть, как ты бесишься», — ответил Десар, дразня старшего брата своим невинным видом. — Разве я мог пропустить это? Честно, я бы себе ногти от досады сгрыз. На ногах.

— Угон маголёта из части — совершенно недопустимое поведение со стороны курсанта! — не отступал командор. — И за это я могу отправить Дервина под трибунал.

— Можешь, — тут же согласился Десар. — Однако смею тебе напомнить, что ты сам хотел, чтобы он служил в твоей части, и обещал тёте за ним присматривать. Сам вызвался. Я ей, кстати, подкину мыслишку задать тебе вопрос, почему ты не сообщил о ранении Дервина и не отправил его куда-нибудь на воды лечить нервишки после того, как всё произошло.

— Я не могу просто вот так взять и отправить подчинённого «куда-нибудь на воды лечить нервишки», — передразнил командор. — Рапорт я написал, однако до тех пор, пока идёт расследование причин крушения, а сам курсант получает медицинскую помощь в полном объёме, он должен оставаться в части как свидетель. Все вопросы — к уставу и Имперской Канцелярии.

— Ты всё же записывай, — снова легонько пихнул принцессу норт. — Опять к бате твоему вопросики.

— Да я не удивлюсь, если окажется, что это он во всём виноват, — шёпотом ответила она. — Где всё случилось? В Империи! А кто Империей управляет? Папа! Значит, плохо управляет, очевидно же!

Я не выдержала и рассмеялась.

В общем, если командор Блайнер и собирался меня отчитывать, то уже понял, что дело не выгорит. Он перевёл на меня взгляд и тяжело вздохнул:

— Лиора, я спрошу вне протокола и даю слово, что твой ответ никак не будет использован против тебя или Дервина. Спрошу не как командор, а как муж твоей сестры: ты в порядке? Тебе нужна помощь? Ты хочешь вернуться домой?

Подумав, я ответила:

— Я хочу быть рядом с Дервином. Я действительно считаю, что у него случился посттравматический или даже постоперационный психоз. И я, возможно, виновата в этом сама. Дело в том, что я его прооперировала, забыв усыпить, — наконец призналась я. — Он несколько часов вынужден был смотреть, как я собираю его ногу по кусочкам. Поверьте, это тяжёлое зрелище. Неудивительно, что он… ну… не в себе. Извините. Мне очень жаль. Я не нарочно.

В комнате воцарилась тишина, и именно благодаря ей стали слышны торопливые, тяжёлые шаги за дверью. Она резко распахнулась, и в малую гостиную влетел Дервин. Он в два неловких шага оказался рядом со мной, целиком заслонил собой от собравшихся и посмотрел на командора Блайнера:

— Ким, Лира ничего плохого не сделала. Ответственность целиком на мне. Это я похитил её из части и убедил выйти за меня замуж, сказав, что знаю, как снять проклятие.

Я вынырнула у него из-за спины и встала впереди, обратившись к остальным:

— Это совершенно не так, я настаиваю на консультации профильного специалиста. Налицо навязчивая идея и структурированный бред, которые поначалу могут казаться очень убедительными и логичными.

Дервин снова задвинул меня себе за спину и сказал:

— Я полностью отдавал себе отчёт в своих действиях!

Я снова обогнула его и встала перед ним лицом к остальным:

— Совершенно не отдавал никакого отчёта, даже самого завалященького, в связи с чем применять какие-либо дисциплинарные меры категорически нельзя. Это я как врач говорю.

Он снова загородил меня собой, а я снова упрямо встала перед ним. Так как он всё ещё прихрамывал, то у меня было некоторое преимущество.

— Лира! — возмущённо развернул он меня к себе.

— Дервин! — тем же тоном отозвалась я.

— Никто твою Лиору не ругает, мы всего лишь хотели убедиться, что она в порядке, — раздражённо вклинился командор Блайнер. — И даже тебя никто ругать не будет до тех пор, пока мы не убедимся, что ты тоже в порядке.

Дервин ощутимо расслабился, наконец оставил попытки спасти меня от несуществующего гнева командора и позволил встать перед собой, но положил ладони на плечи, а на кузенов смотрел теперь поверх моей макушки — он как раз был ровно на голову выше. Я чуть подалась назад, опершись на его грудь и давая понять, что я рядом и не злюсь на него.

— Даже не знаю… — протянул вдруг Десар. — Ким, тебе сколько ещё времени нужно, чтобы разобраться в ситуации? Месяца хватит? Ты — парень хваткий и намёки ловишь обычно на лету, но тут действительно всё очень и очень неоднозначно…

— Да ладно вам, ребята, — миролюбиво пробасил норт. — Чего вы? Как говорится, и не такие метели нам в рожу летели.

Ответить никто не успел. В дверях появилась Альтара и сказала:

— Там прибыл врач и хочет осмотреть Дервина, а мама настаивает на том, чтобы переговорить с ноблариной Боллар. Наедине.

— Думаю, нам всем стоит привыкать называть её ноблариной Местр, — наконец заметил Десар.

От осознания, что я теперь делю имя с той самой Моэрой, которая прокляла наш род, меня бросило в нехороший жар.

Шутки шутками, но… ответить за свои действия всё же придётся.

Дервин повернулся к сестре и сказал:

— Категорическое нет.

Альтара иронично выгнула бровь:

— То есть как жертвовать собой и оставлять её тут вообще одну, без одежды и денег в незнакомом городе, так это ты первый. А как ей с мамой поговорить в доме, полном гостей, включая её старшую сестру — так это ни в коем случае. Очень последовательно и рационально, ноблард Похититель.

Дервин смутился, порозовел и огрызнулся:

— Ничего бы ей мама не сделала!

— А теперь и подавно ничего не сделает, — уверенно парировала Альтара, глядя на старшего брата с насмешливым вызовом. — Но если хочешь, я попрошу, чтобы па-а-апа тоже присутствовал.

Не знаю, с чего она решила, что от наличия при разговоре ещё и па-а-апы мне должно стать легче, однако окружающих это почему-то успокоило. Лица собравшихся, включая даже Кайру, сделались такими понимающими и расслабленными: «а-а-а, ну раз па-а-апа будет, тогда ладно».

Стало любопытно: что там за папа такой? Какой вообще может быть муж у Моэры Блайнер? То есть Местр?

И если Дервин пошёл не в неё (а мне упорно казалось, что совсем не в неё), то ничего страшного в па-а-апе нет. Пусть присутствует.

Я взяла Дервина за руку и сказала:

— Не беспокойся, всё будет нормально. Иди поговори с врачом, это важнее.

— Я в порядке и никакой врач мне не нужен! — насупился Дервин. — И никакого психоза у меня нет, зря ты переполошила родителей и Тару.

Я осуждающе посмотрела на золовку. Вообще-то такие вещи надо сообщать пациентам крайне осторожно и лучше — уже после исцеления.

Она широко распахнула аквамариновые глаза и заверила:

— Я ему ничего не говорила!

— Я сам услышал, — отрезал Дервин. — Но в любом случае я прекрасно себя чувствую и полностью осознаю свои действия. — Он повернулся к командору и сказал: — Прошу прощения за свой неблаговидный поступок, я крайне сожалею о том, что подорвал твоё доверие и без спроса взял маголёт. Этого больше не повторится, можешь быть уверен.

— А мы-то думали, что ты каждую неделю будешь что-нибудь угонять, похищать какую-нибудь нобларину и жениться на ней! — саркастично ответил Кеммер. — Между прочим, ни разу не слышал об угоне поезда или корабля, а у Болларов ещё три незамужние сестры. Честно говоря, рановато ты решил завершить карьеру...