Уитни Грация Уильямс – Турбулентность (ЛП) (страница 24)
Если хотите знать, как раздавить чей-то дух, рецепт довольно прост: одна часть безработицы, две работы (с частичной занятостью), которые не будут официально оформлены в течение тридцати дней, и еще одна часть переезда в потрепанную квартиру в Бруклине со случайной соседкой, с которой вы познакомились через газету объявлений.
Хорошо перемешайте. И подавайте холодным.
Я никогда не думала, что скажу это, но Нью-Йорк официально утратил для меня свой блеск. Этот ослепительный свет, которым я когда-то восхищалась, теперь перепачкан более темными оттенками безнадежности, о которой все пытались меня предупредить.
Я не могу ходить по Пятой авеню без чувства падения и отныне не чувствую, что мои невероятные мечты могут сбыться. Все они усмирены манией величия.
На долю секунды я решила вернуться домой в Бостон — сказать семье, что они были правы.
Я подумала, что смогу сесть в своей старой комнате и решить, куда двигаться дальше, игнорируя все бесконечные нападки родственников и их повторяющиеся фразы «Я же тебе говорил». Но вчера, когда мне позвонила старшая сестра со словами «Я только что поспорила с папой на еще тысячу долларов, что ты вернешься к этому Рождеству», я решила, что лучше буду иметь дело с новой страницей в жизни, чем вернусь.
Говорю все это к тому, что сегодня я деактивирую данный блог. Нет смысла вести блог для аудитории троллей, или постить вещи, которые не увидит никто в ближайшее время, засоряя уголки интернета.
Вероятно, у меня в любом случае не будет времени на блог. Между работой «домохозяйкой» (милое название для уборщицы) и резервной стюардессой (отличное название для «летающей официантки»), я буду смеяться над иронией всего этого.
И так как мой диплом теперь практически бесполезен, и я нахожусь в черном списке большинства мест, в которых на самом деле хочу работать, то покончу с этим блогом следующими словами: ИДИТЕ НА ХУЙ.
Иди на хуй, Нью-Йорк.
Иди на хуй, «Нью-Йорк Таймс».
Идите на хуй, сами знаете, кто вы.
И иди на хуй, Кимберли.
Иди. На. Хуй.
Напишу позже.
Никогда не напишу.
**Тейлор Дж.**
1 комментарий:
КейТРОЛЛЬ: Кто эта аудитория «троллей» (во множественном числе), о которой ты говоришь? Я по-прежнему твой единственный чертов фоловер…
Выход на посадку В8
Джиллиан
Будильник в моем гостиничном номере прозвенел ровно в 6:00 утра, и мне потребовалась вся сила воли, чтобы не расплакаться, желая, чтобы это оказалось нелепой шуткой. Из-за того, как болел каждый мускул в моем теле, а ноги настолько онемели и ныли, что едва могла ощущать их вообще, я бы убила за еще несколько часов отдыха. Или по крайней мере за другое распределение…
Меня назначили работать в кабине первого класса Элиты, и это подобно бесконечному тюремному заключению, а так как божественное вмешательство мне не светило в ближайшем будущем, то я была уверена, что скоро отдам концы.
За четыре недели я подала бесконечное количество вина и закусок, обедов из пяти блюд, и придерживалась правила «проверять пассажиров первого класса каждые двадцать минут», пока летала от Портленда до Форт-Лодердейл, от Сиетла до Лос-Анджелеса, от Атланты до Пекина, от Пекина до Нью-Йорка. Не говоря уже о многочисленных городах и остановках между ними.
Я спешила через терминалы в новой паре утвержденных компанией туфлей — с каблуком на целый дюйм выше, чем у моих предыдущих — и заставляла себя улыбаться, когда сталкивалась с грубостью пассажиров. Адаптируясь к постоянным изменениям часового пояса, я была потрясена, что мне все еще удавалось сохранить свое разочарование в тайне, особенно учитывая то, что я работала в паре с одним из своих руководителей, которая все время говорила мне о моих ошибках.
«Халк». Мисс Коннорс.
Одержимая совершенством, она отслеживала каждый мой шаг, контролировала каждый вдох. По ее словам, невидимки у меня в волосах были всегда «слишком перекошенными влево», а напитки я наливала «словно слепая официантка», и я не «была достойна» делить с ней один график, летая во множество «роскошных мест».
Она всегда была где-то рядом.
Образ его поцелуев, того, как он меня трахает, вторгался в мои самые невинные мысли, и я до сих пор мечтала о том, как его губы завладевают моими. Я пыталась двигаться дальше, последовать совету Мередит и «попробовать кого-то нового», но ни один мужчина не шел с ним в сравнение. Влечение было лишь наполовину интенсивным, сексуальность разговоров даже и близко не стояла.
После того, как будильник прозвонил полные пять минут, я скатилась с матраса и выключила его. Затем схватила стационарный телефон и нажала ноль.
— Вы дозвонились на ресепшн отеля Даллас Эйрпорт Марриотт! — отвечает женщина на первом гудке. — Чем могу помочь?
— Я могу попросить у вас еще несколько пакетиков кофе?
— Конечно! — Она казалась слишком веселой для столь раннего часа. — Без кофеина или обычный?
— Обычный.
— Я отправлю к вам кого-то прямо сейчас!
Я закуталась в один из отельных халатов и села в угловое кресло, готовясь медленно проснуться и провести несколько часов до следующего полета, глядя бессмысленные шоу по ТВ, но вдруг на экране телефона высветилось имя моего старшего брата.
Я сомневалась до того, как ответить, не до конца понимая, хочу ли разговаривать с ним так рано или нет.
Брайан не был таким ужасным, как мои сестры или родители, но он никогда не занимал мою сторону. Он смеялся над их унижениями в мой адрес, но после этого мило мне улыбался. Впуская меня в свою жизнь, он не вел себя слишком высокомерно, но и никогда не пытался сделать хоть что-то хорошее лично для меня.
До того, как его звонок перешел на голосовую почту, я сделала глубокий вдох и ответила.
— Привет, Брайан, что случилось?
— Что случилось? Вот что
Это был вовсе не Брайан. А моя старшая сестра, Клэр.
— Я звонила тебе по два раза каждый день. Каждый день в течение последних двух недель, Джиллиан. И ты не просто отклоняла мои звонки, но и даже не думала о том, чтобы написать сообщение в ответ, тогда как взяла трубку на звонок от Брайана. Интересно, почему это…
— Вероятно, потому что Брайан не такая сука…
— Что ты только что сказала?
— Ничего. — Я откашлялась. — Что-то не так?
— Брайан передумал насчет предложения. Вместо того, чтобы сделать его дома, он собирается отвезти ее в Нью-Йорк, так как именно там они познакомились, и он очень хочет, чтобы ты тоже присутствовала. Так что убедись, что взяла отгул от своей мелкой работенки, если ты еще этого не сделала, и если мы не сможем найти подходящий отель, то вынуждены будем остановиться в квартире на Лексингтон-авеню, которой ты так сильно хвасталась. Я уже упомянула о том, что тебе нужно взять отгул на своей мелкой работенке?
— Моя работа не
— Правда? — Она засмеялась. — Потому что если она
Я стиснула зубы, наполовину веря в самостоятельно состряпанную ложь.
— Как я уже говорила тебе, я была… — я кашлянула. — Я
— Ты права, — сказала она, показавшись искренней. — Я и Эми изучаем вопрос поиска лекарств от известных вирусов, Миа устанавливает основные ориентиры в медицине, Бен выигрывает в суде каждое дело, за которое берется, а ты… — Она вздохнула. — Ты вырезаешь слова из бумаг и отмечаешь красным названия статей, которые никто не читает. Так что, думаю, ты права, Джиллиан. Твоя работа далеко не «мелкая». Она
— Достаточно, Клэр. — Моя мать вдруг появилась на линии, и я сморгнула слезы злости, что так и норовили пролиться. — Джиллиан, мне жаль, — сказала мама. — Мы звонили тебе без устали и просто подумали, что сегодня утром можно было бы попробовать это сделать с телефона Брайана. Ты ведь не против, если мы проведем одну или две ночи у тебя дома во время его предложения руки и сердца?
— Зависит от обстоятельств. — И снова появилась эта ужасная боль, что возникала лишь во время общения с моей семьей. — Зависит от того, не станете ли вы во время своего пребывания вести себя так, словно я некое разочарование семьи.
— О, Джиллиан… — Ее голос стал мягче. — Ты — наше разочарование. Но это нормально. Не все могут быть превосходными, и я люблю тебя так же. Это не конец света, если…
Я положила трубку и заблокировала все их номера. Знаю, я должна была разблокировать их в конце концов, а еще отказать им насчет визита в квартиру на Лексингтон-авеню, которая больше мне не принадлежала, но при этом я не хотела позволять своей семье разрушить мой день до того, как он даже успел начаться.