18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Уильям Йейтс – Избранное (страница 45)

18
Ты — людям и событьям мой ответ. Оставив слабым ложь и опасенья, Я прозреваю, чем душа жила И что она в грядущем бы нашла, Не зная тленья и восстав от тленья. Освободясь, я втаптываю в прах Все, что о Боге люди мнят в веках; В душе их мысли вызывают злобу. Душа — невеста, ей ли не позор Мишурных мыслей нищенский убор! Кто ненавидит Бога — ближе к Богу. С ударом полночи душа стряхнет Покров телесно-умственных забот. Что взять ей, кроме Божьего даянья? Что, кроме дел Господних, увидать? Что знать, пока Он не велел ей знать? Чем жить, пока в ней нет Его дыханья?

ЛЯПИС-ЛАЗУРЬ

Гарри Клифтону

Я слышал, нервные дамы злятся, Что, мол, поэты — странный народ: Непонятно, с чего они веселятся, Когда всем понятно, в какой мы год Живем и чем в атмосфере пахнет; От бомбардировок смех не спасет; Дождутся они — налетит, бабахнет И все на кирпичики разнесет. Каждый играет свою трагедию: Вот Гамлет с книгой, с посохом Лир, Это — Офелия, а это Корделия, И пусть к развязке движется мир И звездный занавес готов опуститься — Но если их роль важна и видна, Они не станут хныкать и суетиться, Но доиграют достойно финал. Гамлет и Лир — веселые люди, Потому что смех сильнее, чем страх; Они знают, что хуже уже не будет, Пусть гаснет свет, и гроза впотьмах Полыхает, и буря с безумным воем Налетает, чтоб сокрушить помост, — Переиродить Ирода не дано им, Ибо это — трагедия в полный рост. Приплыли морем, пришли пешком, На верблюдах приехали и на ослах Древние цивилизации, огнем и мечом Истребленные, обращенные в прах, Из статуй, что Каллимах воздвиг, До нас не дошло ни одной, а грек Смотрел на мраморные складки туник И чувствовал ветер морской и бег. Его светильника бронзовый ствол, И года не простояв, был разбит. Все гибнет — творенье и мастерство, Но мастер весел, пока творит. Гляжу на резную ляпис-лазурь: Два старца к вершине на полпути; Слуга карабкается внизу, Над ними — тощая цапля летит. Слуга несет флягу с вином И лютню китайскую на ремне. Каждое на камне пятно, Каждая трещина на крутизне Мне кажутся пропастью или лавиной Готовой со скал обрушить снег, —