Уильям Ходжсон – Тварь среди водорослей (страница 1)

Уильям Хоуп Ходжсон

Тварь среди водорослей

William Hope Hodgson

The Thing in the Weeds

© Шокин Г. О., составление, вступительная статья, перевод на русский язык, 2025

© Малышев К. Ю., перевод на русский язык, 2023

© Сорочан А. Ю., перевод на русский язык, 2023

© Варакин А. С., перевод на русский язык, 2024

© Евтушенков Ю. С., перевод на русский язык, 2025

© Издание, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2025

© Оформление. Т8 Издательские технологии, 2025

В оформлении издания использованы материалы по лицензии агентства Shutterstock, Inc.

Адские флотилии У. Х. Ходжсона

Хотя Говард Филипс Лавкрафт, автор, у современного читателя сразу, через расхожий образ Ктулху, ассоциирующийся с гигантскими спрутами, лишь на более позднем этапе своей литературной карьеры наткнулся на сокровищницу Уильяма Хоупа Ходжсона, нельзя отрицать, что, едва это произошло, он обрел в нем родственную душу. Ходжсон, вероятно, косвенно повлиял на Лавкрафта, несмотря на относительно позднее их «знакомство»; на них обоих повлияли одни и те же авторы – в первую очередь По, но также и Бирс и Блэквуд. В свою очередь, тексты Ходжсона вдохновили писателей, которых Лавкрафт открыл для себя ранее, таких как Роберт Говард, Оливер Онионс, Уолтер де ла Мар и другие.

Биографический материал о Уильяме Хоупе Ходжсоне ограничен в основном тремя источниками: пространным вступлением критика-фантаста Сэма Московица к сборнику рассказов Ходжсона «За пределами бури» (1975), брошюрой Р. Алена Ивертса «Факты из жизни Уильяма Хоупа Ходжсона, мастера фантазии» (1987) и объемной книгой леди Джейн Франк «Душа странника» (2005). Во многом все это – труды энтузиастов, опирающиеся на еще более ранние попытки систематизировать и донести до мира ходжсоновское наследие. Ивертс составил свой биографический очерк в основном на основе записей и материалов, предоставленных непосредственно родственниками Ходжсона: братом и сестрой Крисом и Мэри, а также племянниками Д. Хоупом Уэйтом и Хоуп К. Ходжсон. В начале 1970-х годов Ивертс предоставил эти материалы в распоряжение фантасту и популяризатору хоррора Лину Картеру, так что книга Картера «Воображаемые миры» (1973) содержит, судя по всему, первую точную биографическую справку о Ходжсоне.

Уильям Хоуп Ходжсон родился в 1877 году в Эссексе в семье Лиззи Сары Браун и Сэмюэля Ходжсона, англиканского священника. Из их двенадцати детей трое умерли в младенчестве, оставив «нашу надежду», как называли Уильяма[1], вторым по старшинству сыном. Сэмюэл Ходжсон переезжал со своей семьей из одного прихода в другой, проведя несколько лет в Ирландии, прежде чем в 1890 году окончательно обосноваться в Блэкберне, Ланкашир. В 1892 году Сэмюэл умер от рака горла, оставив семью на грани нищеты в тот период, пока старшие дети не смогли работать, а их мать не унаследовала деньги от деда Ходжсона по отцовской линии в 1900 году. Формальное образование Уиль яма было весьма спорадическим. С 1885 по 1889 год он ходил в школу в Маргейте, а в 1891 году, вопреки желанию отца, сбежал юнгой в море. Беглеца поймали, но в конце концов он получил разрешение, благодаря вмешательству своего дяди, записаться подмастерьем в торговый флот. Он закончил свое обучение в 1895 году, в начале 1890-х годов с перерывами посещал техническую школу в Блэкберне, чтобы получить грамоту третьего помощника капитана; трижды совершил кругосветное плавание в составе торгового флота, прежде чем в 1898 году навсегда вернуться в Блэкберн. Двумя любимыми увлечениями Ходжсона в эти годы были фотография и бодибилдинг – последним он занялся в ответ на издевательства, которым подвергался в море, а фотосъемку практиковал как дома, так и в плаваниях. В его дневнике времен плавания на судне «Кентербери» отмечается, что он обустроил для себя лабораторию проявки снимков в непростых морских условиях. Джейн Франк интерпретирует отношение Ходжсона к своему пребыванию в море как двойственное, разделенное между отвращением к жизни моряка и удовольствием от окружающей среды: «Хотя считается, что он люто ненавидел моряцкую долю, называя ее „собачьей“, согласно переписке с его братом Крисом, ему тем не менее нравилось находиться в море – достоинства стихии перевешивали для него все недостатки, создаваемые людьми, рвущимися эту стихию использовать»[2].

Работа в море, писал Ходжсон в 1905 году, являлась «суровой, бессонной, одинокой, полной разлуки и неуюта; полной поистине неблагодарных трудов, ничем и никем не отмеченных»[3]. Джейн Франк при этом отмечает, что созданные в таких непростых условиях фотографические композиции Ходжсона «мастерски выполнены и артистичны; показывают мощь и величие моря во всех его разнообразных настроениях»[4]. Само море вдохновляло Ходжсона и стало излюбленным местом действия многих его рассказов – как среда благодатная и овеянная романтической дымкой, но при этом порождающая легионы самых кошмарных, агрессивных монстров.

Когда Ходжсон уволился из торгового флота и вернулся к себе домой в Ланкашир, он открыл школу физической культуры в Блэкберне в 1899 году, используя свои знания в области бодибилдинга. Московиц отмечает, что открытки с изображением самого мускулистого Ходжсона использовались для рекламы заведения. В интервью Blackburn Weekly Telegraph в 1901 году Ходжсон описал себя как «маленького человека [его рост составлял 163 см. – Г. Ш.] с совершенно обычным телосложением». После ссоры с задиристым вторым помощником капитана Ходжсон «решил заняться развитием своей формы; я очень усердно работал над собой, изучал физическую культуру и к концу своей восьмилетней жизни на море с удовлетворением осознал, что стал таким, каким вы можете видеть меня сейчас»[5]. Ходжсон пропагандировал разработанную им самим методику укрепления здоровья – систематические упражнения для рук, ног и легких, каковые, по его мнению, люди любой силы и физической подготовки могли выполнять; в культуризме он ценил аспект именно оздоровления, а не приведения тела к эстетическим стандартам. В материале для журнала Cassell’s, вышедшем в 1903 году, автор отмечает: «Физические упражнения, выполняемые должным образом, развивают весь организм и дают новую жизнь не только телу, но также и мозгу»[6]. В число постоянных посетителей «спортклуба» Ходжсона входили даже бывалые блэкбернские полицейские; но через год или два, несмотря на то, что в 1902 году Ходжсон бросил вызов самому эскаписту Гарри Гудини и показал себя в состязании по скоростному освобождению от цепей ничуть не хуже мастера-шоумена («ничью» Гудини вполне охотно признал), школа быстро утратила популярность, и в конце того же года Ходжсон ее закрыл. Примерно в это же время он взялся за писательство. Если не считать интервью и рекламу клуба в местной прессе, самыми первыми опубликованными трудами Ходжсона выступили очерки о физической культуре; Ивертс отмечает, что Ходжсон пекся о своем здоровье вплоть до ипохондрии и был почти одержим идеей здорового питания[7]. Московиц также отмечает ипохондрию Ходжсона и фобии, связанные с плохими санитарными условиями. Интерес Ходжсона к физкультуре, усугубляемый его одержимостью здоровьем и чистотой, нашел отражение и в его произведениях, где всегда особой ценностью представлено сильное, чистое тело – в противовес монстрам, зачастую изображающимся как покрытые слизью, на редкость уродливые «непотребства» (abominations)[8], которые, вдобавок ко всему, представляют серьезную угрозу целостности человеческого тела.

Ходжсон был заядлым читателем. Московиц называет в списке его кумиров Эдгара По, Герберта Уэллса, Жюля Верна, Эдварда Бульвер-Литтона, Артура Конан Дойля и Редьярда Киплинга. В судовом журнале Ходжсона за месяцы, проведенные им на борту судна «Кентербери» в 1898 году, есть, например, такая запись: «3 мая. Одолеваю „Странную историю“ лорда Литтона и поражаюсь фантазии этого человека». «Странная история» (1861), как и большая часть других работ Бульвер-Литтона, черпает вдохновение из викторианского спиритизма и психических исследований, которыми позже займется Ходжсон. Также автор написал для журнала The Bookman рецензию на сборник рассказов Киплинга «Молитва перед боем» (1909); а его неопубликованное стихотворение под названием «Больше никогда» («Nevermore») о бесконечном возвращении отвергнутых рукописей, стилизованное под «Ворона» (1845) Эдгара По также указывает на знакомство с родоначальником жанра.

В «Мастере фантазий» Ивертс описывает Ходжсона как «абсолютного атеиста, с презрением относящегося к церкви и религии в целом», а также сообщает, что Ходжсон «прочитал все книги, какие только смог найти, о том, как писать – в особенности как писать истории о паранормальном, оккультизме, спиритуализме». Ивертс не приводит конкретных имен или ссылок, но подобное описание читательских пристрастий дает предположить, что Ходжсон был хорошо осведомлен о современных ему теориях и взглядах в этой сфере – и, скорее всего, сознательно репрезентировал их в своей прозе. Также Ивертс характеризует Ходжсона как «чувствительного к тонким энергиям» и подробно описывает два «парапсихических инцидента», произошедших с автором поздно вечером дома: Хоуп работал за столом, когда его мать подошла к перилам лестницы этажом выше и постучала по ним, как обычно делала, когда шла спать. Услышав, как затворилась дверь в ее комнату, писатель поднялся наверх – и нашел спальню распахнутой. Он разбудил мать; как оказалось, та не стучала по перилам. Также однажды кто-то якобы подсунул под дверь в комнату писателя коврик – при том, что с другой стороны никого в тот момент не находилось. Похоже, что Ходжсон проявлял неподдельный интерес к экстрасенсорным переживаниям: его творчество пронизывают такие темы, как встречи с потерянными душами («Ночь раскола», «Дом на отшибе») и психические явления наподобие телепатии («Ночная земля»). Впрочем, роль спиритизма и парапсихологии для Великобритании конца XIX века огромна сама по себе и достойна отдельного исследования.