Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 13)

Вино сделало свое дело. Уже без четверти десять гости разделились на небольшие группы и вели оживленную бе­седу.

Крис положила себе на тарелку дымящееся рагу и пошла искать Мэри Джо Пэррин. Она сидела на диване рядом с де­каном иезуитов, отцом Вагнером. Крис при знакомстве ко­ротко переговорила с ним и уже успела составить о нем свое мнение. Отец Вагнер был лысый, весь осыпанный веснушка­ми, очень добродушный и внимательный человек. Крис подо­шла к ним и уселась по-турецки на полу перед столиком с кофе. Пророчица о чем-то весело щебетала.

— Продолжайте, Мэри Джо!—улыбнулся декан и наса­дил на вилку кусок рагу.

— Да-да, продолжайте, Мэри Джо!— поддержала его Крис.

— Ого! Превосходное рагу! — похвалил декан.

— Не очень горячее?

— Нет, в самый раз. Мэри Джо сейчас рассказывала, что когда-то жил на свете иезуит, который одновременно был и медиумом.

— А он мне не верит! — засмеялась пророчица.

— Это не совсем так,—поправил ее декан.—Я сказал, что в это трудно поверить.

— Он, наверное, был медиумом постольку-поскольку? — засомневалась Крис.

— Да, конечно,—согласилась Мэри Джо.—Но ему уда­лось освоить даже левитацию.

— Я занимаюсь этим каждое утро,—спокойно заметил иезуит.

— А он проводил сеансы спиритизма? — спросила Крис у Мэри Джо.

— Разумеется,—ответила та.—Он был очень известен в девятнадцатом столетии. Его, пожалуй, единственного из всех медиумов не считали мошенником.

— А я утверждаю, что он не был иезуитом,—опять вме­шался декан.

— О Господи, да был же, я вам говорю! — Мэри Джо за­смеялась.—Когда ему стукнуло двадцать два, он присоеди­нился к иезуитам и поклялся больше никогда не заниматься спиритизмом. Но его вскоре выгнали из Франции после одного спиритического сеанса, который он проводил прямо в королевском дворце. Вы представляете себе, что он сделал? В середине сеанса он предсказал императрице, что сейчас ее коснется рука ребенка, дух которого вот-вот материализуется и станет осязаемым. Вдруг кто-то включил свет, и все увиде­ли, что иезуит положил свою голую ногу на руку августей­шей особы!

Иезуит улыбнулся и поставил тарелку на столик.

— Ну все, больше не ждите от меня снисхождения, ко­гда я буду отпускать вам грехи.

— Но вы же должны согласиться, что в каждом стаде должна быть одна паршивая овца.

— Наши паршивые овцы вымерли вместе с папами из се­мейства Медичей.

— А со мной один раз вот что произошло,—начала Крис.

Но декан перебил ее:

— Что, уже начинается исповедь?

Крис улыбнулась и заметила:

— Ну уж нет, я не католичка.

— Иезуиты тоже не католики,—усмехнулась Мэри Джо.

— Это сплетни монахов-доминиканцев,—возразил декан и обратился к Крис: — Извините, так о чем вы начали гово­рить?

— Мне кажется, я видела, как один человек возносился вверх. В горах Бутана.

Она рассказала об этом случае.

— Как вы считаете, это возможно? — спросила она, за­вершая рассказ.—Я вполне серьезно.

— А кто его знает? —Декан пожал плечами.—И вообще, что такое гравитация? Или, если уж на то пошло, что такое материя?

— Хотите знать мое мнение? — вмешалась Мэри Джо.

Декан ответил ей:

— Нет, Мэри Джо, я принял обет нищеты.

— И я тоже,—пробормотала Крис.

— Что такое? — заинтересовался декан, наклоняясь к ней.

— Ничего особенного. Я о чем-то хотела спросить вас. Да, вы знаете маленький коттедж, который стоит за церко­вью?—Крис махнула рукой в неопределенном направлении.

— Святая Троица?

— Да, говорят, там проводится черная месса,—зловеще прошептала миссис Пэррин.

— Черная что?

— Черная месса.

— А что это такое?

— Мэри Джо пошутила,—ответил декан.

— Я знаю,—продолжала Крис.—Но я не разбираюсь в этих вещах.

— В общем, это пародия на католическую святую мес­су,— объяснил декан.—Она связана с черной магией и кол­довством. Поклонение дьяволу.

— В самом деле? Неужели такое возможно?

— Я не могу сказать точно. Хотя как-то слышал, что ста­тистика утверждает, будто в Париже ежегодно черная месса проходит не менее пятидесяти тысяч раз.

— Как, в наше время? — удивилась Крис.

— Это только то, что я слышал.

— Да, а источник информации, наверное, секретная служба иезуитов? — поддразнила его миссис Пэррин.

— Совсем нет,—возразил декан,—я слышу внутренние голоса.

— Вы знаете, у себя дома в Лос-Анджелесе, — подхватила Крис,—я часто слышала жуткие рассказы о культах ведьм и колдунов. Но мне как-то не верилось, что это правда.

— Я уже сказал, что не могу ответить вам наверняка,— начал декан.—Но я знаю человека, который в этом разбира­ется. Это отец Джо Дайер. Где Джо?

Декан оглядел комнату.

— А, да вот же он! — воскликнул декан и указал на свя­щенника. Тот стоял около буфета спиной к ним. И уже вто­рой раз накладывал себе в тарелку добавку.

— Эй, Джо!

Молодой священник обернулся. Лицо его решительно ничего не выражало.

— Вы звали меня, святой отец?

Иезуит поманил его пальцем.

— Ладно, подождите минуточку,—пробурчал Дайер, продолжая наступление на рагу и салат.

— Это наш единственный гномик среди всех служите­лей церкви,—с нежностью в голосе сказал декан.—У них в Святой Троице на прошлой неделе произошли оскверне­ния. Джо говорит, что это, похоже, дело рук поклонников дьявола. Мне кажется, что он кое-что знает об этом.

— А что случилось в церкви? — заинтересовалась Мэри Джо Пэррин.

— Это так омерзительно.—Декана передернуло.

— Расскажите, мы все равно уже не едим.

— Нет уж, увольте,—запротестовал он.