Уиллоу Роуз – Никогда-никогда (страница 39)
– Возможно, но теракты не моих рук дело. Я не жестокий человек. Я верю в просветление. Я верю, что мы с тобой можем достичь высшего уровня понимания себя не через жестокость, а заглянув внутрь и избавившись от своей прежней личности. Я верю в то, что половой акт способствует этому. Я верю, что нас освобождает подчинение другому человеку, достигшему более высокого уровня просветления.
Я уставилась на него, не в силах вымолвить ни слова.
– Н-но этого не может быть, – прошептала я. – Если за всем этим стоишь не ты, то кто? И где моя дочь? Нет, это должен быть ты. Ты просто пытаешься меня провести. Если только… О боже.
Огромный кусок пазла вдруг встал на место, и я уставилась на Кристофера Дэниелса, а затем приложила пистолет к его голове:
– Мы уходим, и ты идешь с нами.
– Это может оказаться непросто, – произнес Райан, выглянув в окно. – Место окружено копами и репортерами.
– Думаю, у меня есть решение этой проблемы, – сказала я и одарила Кристофера Дэниелса тем же взглядом, что и Райана в лифте.
Глава 94
– Вылезай.
Мэтт послушно вылез из патрульной машины. Картер схватил его за плечо и потащил в сторону многоэтажного здания. Мэтт не знал, что именно происходит, но понимал, что это связано с Евой Рэй, и это пугало его до чертиков.
– Твоя дамочка похитила кое-кого и завела в здание, – пояснил Картер, когда они подошли к припаркованным патрульным машинам и группе полицейских, которые их ждали. Они не сводили с Мэтта нервных взглядов. Каждый из них без раздумья пристрелит Еву Рэй, как только у него появится такой шанс. Слишком опасной ее считали полицейские. Это было написано на их лицах.
– Что это за место? – спросил Мэтт и поднял взгляд на высокое здание. – Почему она выбрала его?
Картер вздохнул:
– Ее дружок, Кристофер Дэниелс, прячется от прессы в одной из квартир на верхнем этаже. Предполагаю, что она решила нанести ему визит. Может быть, хотела убедиться, что он не обратится к нам и не сдаст ее. А может, пришла убить его. Кто знает? Дамочка сошла с ума. Непонятно, каким будет ее следующий шаг. Но все закончится сегодня: мы возьмем ее, и ты нам в этом поможешь.
– От меня будет мало пользы, – устало произнес Мэтт. Он всю ночь шагал по камере, беспокоясь о Еве Рэй. Он видел кровь на лестничной площадке отеля и знал, что она ранена. Сейчас же Ева Рэй явно застряла в этом здании, и, судя по всему, она в тупике. Все выходы заблокированы до зубов вооруженными копами. Только что прибыло подразделение по освобождению заложников, в пути был спецназ.
– Дело в том, – сказал Картер, – что шеф хочет заполучить ее живой. Так что тебе придется с нами сотрудничать, Миллер. Ты ее последняя надежда. Либо ты уговоришь ее выйти из здания, не причинив вреда ни одному из заложников, либо мы войдем внутрь и пристрелим ее. Тебе решать, как все закончится. Так или иначе, сегодня мы ее возьмем. Понимаешь, о чем я говорю?
Он понимал, но сомневался, что Ева Рэй станет его слушать. Ей необходимо было вернуть дочь, а значит, она ни перед чем не остановится. Если ей придется выбирать между Мэттом и детьми, очевидно, что дочь для нее важнее. Так уж она устроена.
– Подразделение по освобождению заложников сейчас пытается установить с ней контакт. И когда им это удастся, мне нужно, чтобы ты поговорил с ней. Я дам тебе всего один шанс уговорить ее выйти из здания живой. Если не сработает, то прости, но спецназ войдет внутрь по моему сигналу.
Мэтт тяжело сглотнул, а затем кивнул, давая Картеру понять, что ему все ясно. Он стал подбирать слова, которые скажет, но тут один из полицейских неожиданно выкрикнул:
– Кто-то выходит!
Все полицейские разом повернулись к главному входу, целясь в показавшегося в дверях человека. Это был мужчина в свободной белой одежде, который шел, опустив голову.
– Это Кристофер Дэниелс! – воскликнул Картер. – Осторожно! Он может быть вооружен.
Полицейские, окружавшие здание, оставили свои посты и бросились на подмогу. Мужчина вышел через раздвижные двери, а затем опустился на колени и сцепил руки за головой. Картер оставил Мэтта и побежал к мужчине с остальными полицейскими. Когда они приблизились, он поднял голову и посмотрел на них, а затем произнес дрожащим голосом:
– Не стреляйте. Пожалуйста, не стреляйте в меня.
– Это не он! – выкрикнул Картер. – Это не Кристофер Дэниелс.
Как только Картер это понял, он развернулся и побежал за здание с криком:
– Это обманный маневр!
Но он опоздал. Картер добежал до торца здания, а ворота подземного гаража уже открылись, и из него, рыча мотором, выехал «ягуар»[69]. Он пронесся так близко, что Картеру пришлось отскочить в сторону, чтобы не попасть под колеса.
– СТОЯТЬ! – прокричал Картер и поднял пистолет.
Мэтт наблюдал, затаив дыхание.
Картер выстрелил в автомобиль, но тот был уже слишком далеко. Вскоре черный «ягуар» выехал на дорогу и скрылся среди пальм.
– Щучья дочь!
Картер громко выругался и топнул ногой, как ребенок. Он бросился к Мэтту и приложил пистолет к его голове.
– Куда они поехали?
Мэтт пожал плечами.
Картер сердито посмотрел на Мэтта, а затем повернулся, чтобы обратиться к полицейским:
– Я не дам ей уйти. Отследите этот «ягуар». Поднимите вертолет в небо, если понадобится. На этот раз ей не уйти. Только не сегодня. Вы меня слышали? Не сегодня!
Глава 95
Вилка крутнулась в воздухе и устремилась к пакетику под рубашкой Оливии. Но в последнюю минуту Оливия отдернула руку.
Она едва дышала, уставившись на вилку. Дети перед ней все еще болтали, держа родителей за руки; ресторан был наполнен гулом счастливых голосов.
Оливия подняла взгляд и посмотрела на парня в солнечных очках, подпиравшего дверь. Его ноздри злобно раздувались. Рука с пистолетом в кармане дернулась, и Оливия поняла, что он дает ей последний шанс.
– Сделай это сейчас же, – произнес он одними губами. – Иначе умрешь не только ты, но и твои родные.
Оливия почувствовала, как от страха по телу побежали мурашки, и выронила вилку из рук. Тело тряслось, губы дрожали, и вскоре слезы покатились по щекам. Оливия с трудом подняла вилку.
Между всхлипываниями Оливия сделала глубокий вдох, чтобы унять дрожь в руках. Мужчина за спиной заметил ее метания.
– Тебе что, плохо? – спросил он, положив руку ей на плечо.
И тут Оливия окончательно потеряла самообладание и расплакалась, согнувшись пополам.
– Эй… эй, что с тобой? – занервничал мужчина.
Оливия рыдала и даже не заметила, как высокий парень достал пистолет и бросился вперед.
– Я… Я не могу этого сделать, – прошептала Оливия и выронила вилку.
Оливия подняла взгляд и наконец увидела направленный на нее пистолет. Она приготовилась с достоинством встретить свою судьбу. Изменить что-либо было не в ее силах. По крайней мере, она больше никого не убьет и дети в очереди теперь в безопасности.
Оливия, пошатываясь, пошла навстречу парню, который держал ее на мушке. При виде этого зрелища по толпе пробежала волна паники. Кто-то закричал:
– ПИСТОЛЕТ! У него пистолет!
Оливия остановилась в нескольких шагах от парня с пистолетом и зажмурилась, отгораживаясь от всего мира. Люди тем временем с криками бежали к выходам. Оливия уже не обращала на них внимания. Она была готова ко всему.
Она больше не боялась.
Когда прозвучал выстрел, Оливия подумала о родных и понадеялась, что они знают, как сильно она их любит.
Глава 96
Я не дышала. Внутри меня все замерло. Я стояла посреди ресторана в отеле «Бэйсайд»[70], крепко вцепившись руками в пистолет.
Я видела спину высокого парня в гавайской рубашке и солнечных очках. Он смотрел на мою дочь, направив на нее пистолет. Фламинго на его рубашке окрашивались в ярко-алый цвет по мере того, как кровь вытекала из раны в том месте, куда я выстрелила.
Парень дернулся, затем попытался развернуться, чтобы посмотреть, кто в него попал. Но не успел этого сделать. Повернувшись вполоборота, он выронил пистолет и упал на пол.
Ресторан опустел: люди выбежали на улицу. Остались только мы.