Уиллоу Роуз – Не надо мне лгать (страница 24)

– Что здесь происходит?

Это были папа и новая мама. Они сбежали по лестнице едва одетые: новая мама – в шелковом халате, папа – в пижаме. Они схватили мальчика и его сестричку, новая мама затащила их в дом, а папа начал орать. Мальчик все слышал из дома, а его сестричка рыдала так, что сердце разрывалось.

– Ты не можешь просто так брать и приходить, когда тебе вздумается!

– Они и мои дети, Томми. Я имею право их видеть.

– Посмотри на себя. Ты даже не осмеливаешься взглянуть мне в глаза. Посмотри, как у тебя дрожат руки, и ты еле ворочаешь языком. Ты опять наширялась, да?

– Нет! Как ты можешь такое говорить?! Томми! – голос мамы звучал умоляюще. Она плакала, и мальчик почувствовал, что тоже не может больше сдерживать слезы.

– Убирайся из моего дома, пока я не вызвал полицию. Ты меня слышишь? Я не хочу видеть тебя здесь.

– Но… Томми… это мои дети… Я хочу их видеть, – плакала мама. – Как ты можешь быть настолько жестоким?

– Убирайся.

– Я не уйду, – прошипела она. – Пока не увижу своих детей.

– Тогда мне придется вызвать копов, – ответил папа.

– Ты не можешь украсть их у меня!

– Пошла вон!

Мальчик выглянул в дверь как раз в тот момент, когда его мать схватила камень с клумбы с ирисами, которые так любила новая мама. Прежняя мама швырнула камень в окно. Оно с грохотом разбилось, и дети закричали. Стекло валялось по всей гостиной. Прежняя мама вскрикнула, когда отец схватил ее и потащил на улицу.

– И не вздумай больше здесь появляться, иначе получишь от полиции запретительный приказ! – проорал он.

Мальчик схватил сестру на руки, а прежняя мама ушла, опустив голову и что-то выкрикивая. Папа вернулся в дом, фыркнул и захлопнул за собой дверь. Он опустился на колени рядом с детьми и заключил их в теплые объятия. Обоих детей била сильная дрожь.

– Что не так с мамой, пап? – спросил мальчик. По его щекам градом катились слезы.

– Ей нехорошо, сынок, – ответил папа.

– А доктор ее не вылечит? – всхлипнула сестричка.

Папа покачал головой:

– Боюсь, что нет.

– Почему? – спросила девочка.

– Она наркоманка, – ответил мальчик. – Это не лечится.

– Мне очень жаль, что вам пришлось увидеть ее в таком виде, – прошептал папа. – Вот что наркотики делают с людьми. Они заставляют человека вести себя ненормально. Ваша мама сейчас находится в невменяемом состоянии. Ей нельзя доверять. Но я вам обещаю, что больше этого не повторится. Я не позволю. Я буду вас защищать.

Глава 43

На следующее утро, отправив детей в школу, я пошла наверх, открыла сейф и достала оттуда свой пистолет. После того как мы переехали в Коко-Бич, я убрала оружие, думая, что мне не придется здесь его использовать, но теперь я больше не чувствовала себя в безопасности где бы то ни было, даже в своем маленьком родном городе. Возможно, у меня уже началась паранойя, как считала дочь, не знаю. Но мне слишком хорошо было знакомо это чувство, и я знала, что оружие придаст мне уверенности.

Я вздохнула и посмотрела на телефон. Честно говоря, я до сих пор не была убеждена в невиновности тренера Томаса, но в то же время продолжать за ним слежку было сложно – это могло навредить Мэтту. Придется действовать осторожно.

Нужно было проверить кое-какую информацию. В мою голову пришла одна интересная мысль, надо было ее проработать. Я села за компьютер и открыла поисковик. Нашла несколько старых статей, прочла их, позвонила бывшим коллегам в Калифорнию и исписала десяток страниц в своем блокноте. Потом позвонил папа, и мы болтали с ним около получаса. Как только я повесила трубку, раздался стук в дверь. Я выглянула в окно.

На пороге стоял Мэтт.

– Что он здесь делает? – пробормотала я.

Возможно, пришел наорать на меня за то, что я разрушила его карьеру.

Я спустилась и открыла дверь, приготовившись выдать ему целую тираду с извинениями, но одновременно и защищать себя, если потребуется. Однако, взглянув на него, я сразу поняла, что он пришел по другому поводу. Похоже, повод этот имел мало общего с тем, что произошло накануне.

– Нам нужно поговорить. Можно мне войти?

– Конечно, – сказала я, впуская его в дом.

Под мышкой у Мэтта был ноутбук, который он положил на мой кухонный стол. Глубоко вздохнув, друг детства опустился на табурет. Я поспешила смахнуть со стола крошки и вытереть разлитое молоко.

– Похоже, чашка кофе тебе не повредила бы, – сказала я.

– Да, если можно. – Мэтт попытался улыбнуться, но улыбка вышла вымученной. Он кусал губу и, судя по ее виду, занимался этим все утро, если не всю ночь.

Я налила нам обоим кофе, достала печенье и поставила его на стол, но Мэтт к угощению даже не притронулся. Он сделал несколько глотков кофе и посмотрел мне в глаза.

– Что происходит, Мэтт? Ты меня пугаешь. Что-то случилось? У тебя проблемы с шефом Энни из-за меня?

Он потер лоб.

– Это шеф Энни и прислала меня сюда. Но не ругаться с тобой, а умолять тебя о помощи. Пришло время закопать топор войны и признать очевидное. Сами мы не справимся. Я пришел просить тебя помочь нам с этим делом. Все плохо. Очень плохо, Ева Рэй. Нам нужна твоя помощь. Ты поможешь? Шеф Энни велела мне упасть на колени и умолять тебя, если будет нужно. Нужно?

Я сидела на табурете рядом с ним в абсолютном изумлении, держа кружку с кофе обеими руками.

– Я… У меня…

– Я знаю, что ты должна писать свою книгу, – перебил он меня, – и что ты крайне занята другими делами, но мы реально не справимся без твоей помощи. Со вчерашнего дня все стало еще хуже, а у нас просто нет опыта работы с такими делами. Пожалуйста!

Я дотронулась до его руки, чтобы прервать поток слов:

– Я не это хотела сказать. Я хотела сказать, что с удовольствием помогу. Но у меня должны быть развязаны руки. Я должна иметь возможность делать все так, как сама считаю нужным.

– Чего бы это ни стоило, – сказал Мэтт. – Приказ шефа. И я тоже буду подчиняться.

Я улыбнулась:

– Это можно считать извинениями?

– Кажется. Я по-идиотски себя вел пару дней назад. Извини, – сказал он. – Флиртуй сколько хочешь. Я не знаю, с чего я тогда взбесился.

– Извинения принимаются, – хмыкнула я. – На тебе груз ответственности. Ну а теперь давай показывай, что там у тебя в ноуте. Вряд ли ты принес его, чтобы проверить почту.

Глава 44

– С чего начать? – спросил Мэтт мрачно. Он открыл ноутбук и стал кликать мышкой. – А, да. Результаты вскрытия. Давай начнем с них.

Он открыл документ, а я придвинула свой табурет ближе, чтобы читать через его плечо. От него пахло точно так же, как в юности. Это вызвало множество приятных воспоминаний и даже слегка меня успокоило.

– Согласно их заключению, Софи Уильямс умерла от асфиксии, – сказал он.

– Когда? – спросила я. – Когда ее задушили? Ее похитили за три месяца до того, как нашли, но тело не было разложившимся.

– Да, время смерти между восемью и одиннадцатью вечера той ночью, когда ее нашли, пятого октября.

– Понятно. Иными словами, он где-то держал ее три месяца перед тем, как убить и принести тело туда, – задумалась я. – Что еще? Сексуальное насилие?

Мэтт отрицательно покачал головой.

– Окей, значит, это не связано с сексом, что меня удивляет, если честно. Ее расчленили, что мы с тобой видели, – сказала я. – Они определили, каким инструментом?

Мэтт кивнул и проглотил комок в горле.

– Острым предметом, вероятно топором, согласно заключению.

Я снова кивнула и сделала глоток кофе.

– Обычный бытовой инструмент. Что меня крайне удивляет, так это тот факт, что он расчленил труп, но не избавился от частей. Расчленяют обычно для того, чтобы труп не сразу нашли, но здесь это явно не было мотивом убийцы. Суть не в самом убийстве, а в демонстрации жертвы – вот что им движет.

– Что приводит нас к следующему пункту, который всех нас озадачил.