У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 4 (страница 63)
– Наставник! Ты, верно, забыл сутру о смешении, сочиненную У Чао[34], благочестивым наставником-созерцателем! – сказал Сунь У-кун.
– Нет, я ее помню! – отвечал Танский монах.
– Может быть, ты и помнишь, но к ней есть еще хвалебное четверостишие, которое ты наверняка забыл, – усмехнулся Сунь У-кун.
– Что же это за четверостишие? – спросил Танский монах.
Сунь У-кун прочел его наизусть:
– Неужто я не знаю? – сказал Танский монах. – Если придерживаться того, о чем говорится в этом четверостишии, то выходит, что все священные книги сводятся лишь к совершенствованию духа!
– Само собой разумеется, – поддержал Сунь У-кун и добавил:
Для таких пугливых, как ты, – закончил он, глядя с иронией на своего наставника, – никогда не знающих душевного покоя, Великий Путь так же далек, как чертоги Будды в храме Раскатов грома. Перестань же зря сомневаться и следуй за мной!
После этих слов у Танского монаха на душе стало легко и покойно: все заботы и думы разом покинули его.
Путники, не останавливаясь, шли дальше и вскоре оказались на горе. Тут их взорам открылась картина удивительной красоты: