Тюрина Татьяна – Необычный человек (страница 5)

– Чтооо? Ктоооо?

Таня немного растерялась, розы были ужасные.

– Кому пришло в голову сделать листья у них бирюзовыми», – вдруг раздраженно подумала Таня и четко повторила.

– Мне нужен Федотов.

– Федотов… ну нет же такого здесь, я же говорю!, – прогудел халат и попытался улыбнуться.

– Валюша, кто там?

Мужской голос приближался из глубины квартиры, но это не был его голос, его Таня узнала бы из миллиона голосов, закрыв глаза. В коридоре включился свет, Таня жадно втянулась глазами в глубину и разочарованно отступила назад – это был не их с Федотовым коридор, из – за плеча халата выглянул довольно молодой мужчина под полубокс. Оглядев Таню, он улыбнулся

– Это кто к нам?

Халат слегка двинул бедром и ответил всем сразу.

– Федотова здесь нет, я же говорю вам, ошиблась она.

Таня растерянно спросила

– Это сорок седьмая?

Мужчина расплылся в улыбке

– Так точно, она самая, но мы тут живем без Федотова, – сказал он и рассмеялся своей шутке, халат тоже подхахакнул.

Таня стояла смотрела на этих людей, на улыбку мужчины, который непрестанно оглядывал ее раз за разом с ног до головы, на опущенные уголки накрашенных губ его женщины, на синие с бирюзовыми листьями шелковые розы и не понимала, что она еще должна сказать этим людям, чтобы получить ответ на свой вопрос. Она собралась с мыслями и снова пошла в наступление.

– Мне нужен профессор Федотов, он здесь жил, понимаете? До вас жил, видимо переехал, я его ищу, он мне нужен, вы давно тут живете?

Дама, слушая Танину тираду, чуть вытянула шею и благосклонно улыбнулась

– Я живу здесь с самого рождения, моя дорогая. Мой папа был летчиком, он летал с самим Чкаловым, ему дали эту квартиру и мы тут все время жили.

Таня вглядывалась в красный рот, которые произносил этот текст и понимала, что исходя из слов этой женщины – Федотова здесь не могло быть никогда. Но их знак на подоконнике между третьим и четвертым этажом, он был на месте!

– Это какое – то недоразумение, наверное, – произнесла Таня и отступила на пару шагов от порога, чтобы собраться с мыслями и спросить еще что-то,

– Это точно – ответил ей халат, и закрыл дверь.

Таня стояла не лестничной площадке Федотовской квартиры, которая как оказалось, никогда не была Федотовской и мало что понимала. Она стала медленно спускаться вниз, равнодушно осматривая ступеньки под ногами.

– Этого не может быть, я же не сумасшедшая – сказала она вслух.

Ей никто не ответил. Во дворе почти никого не было, Таня вышла из подъезда и побрела к лавочке на детской площадке, сбоку залаяла собака.

– Бус, Бус, фу.

Черный лохматый пес радостно уткнулся в Танины колени, молотя хвостом и немного подпрыгивая, Таня вспомнила, что в квартире напротив жил смешной пес, который почему – то всегда ластился к ним с Федотовым. Теперь он вырос, но Таню узнал – о чем говорила его дружелюбная морда и активно ходящий из стороны в сторону мохнатый хвост. Она присела на корточки, а пес радостно подставил ей свою морду и лизнул ее щеку горячим розовым языком. Таня потрепала его за шею

– Привет. малыш, как ты вырос.

– Бус, ко мне.

Таня сразу узнала хозяйку Буса. Всегда очень ухоженная чопорная дама с красивыми густыми волосами пшеничного цвета тянула поводок на себя, однако это не меняло положения игры. Веса пса было достаточно, чтобы не слушаться.

– Эмм, простите пожалуйста, он вообще к чужим не подходит, какой – то нонсенс, – дама была вынуждена сама подойти к собаке, которая не собиралась слушать ее команды.

– Он наверное узнал меня, я тут жила несколько лет назад, а вы что меня разве не помните? – спросила Таня.

Она сидела в обнимку с Бусом и понимала, что у нее есть право здесь сидеть, что несколько минут назад с ней произошло какое – то странное происшествие, которое совсем скоро разрешится, потому что вензель на месте, пес ее узнал и она прекрасно помнит эту даму, которая в отличии от Тани все – таки немного постарела за эти годы, но не утратила ни своей чопорности, ни густой шевелюры

– Мне кажется знакомым ваше лицо, вы чья – то дочка?

– Нет, я жила здесь несколько лет назад, профессор Федотов, он был моим мужем.

– Федотов? – вскинула брови дама с собачкой, – конечно я прекрасно его помню, мы же соседи! Импозантный замкнутый мужчина, у него еще был такой странный взгляд…

Таня улыбнулась и кивнула в ответ, в ожидании, что сейчас все разрешится.

– Я ищу его, но в его квартире какие – то люди – сказала Таня.

– Конечно я его помню, – продолжала дама, словно не замечая Таниных слов,

он всегда был безупречно, исключительно вежлив, такое редко встретишь, я это запоминаю очень четко, вот только он никогда не был женат, деточка, – вдруг добавила она, всегда был один, всег – да, подчеркнуто разъединив слога, – повторила хозяйка Буса, глядя на Таню сверху вниз, подбирая собачий поводок.

– Он уже года два как уехал и его квартира стоит пустая, уж простите там никто не может жить, я в курсе всего, что творится в этом доме, – завершила свою тираду дама и, потянув собаку к себе, негромко добавила:

– Я конечно не знаю, но вы ему в дочери годитесь, я бы заметила, уж поверьте. Бус, ко мне, рядом, пойдем уже, всего вам доброго – добавила она напоследок и, слегка кивнув Тане головой на прощание, медленно повела пса по двору.

Тот сначала оборачивался, словно их разговор с Таней был еще не закончен и он намеревался его продолжить, но хозяйка в очередной раз резко одернула его, и он послушно потрусил рядом, теперь уже на коротком поводке.

ХХХI

– Мам, он пропал.

– Кто?

– Федотов, мам!

– Ты что, ходила к нему?

Таня кивнула в ответ. Она стояла в коридоре, прислонившись к косяку, и не могла сделать шага, словно порог ее квартиры был тем финишем, до которого она добежала, но на большее уже была неспособна. Мать протянув руки к ее лицу втянула ее в квартиру. Таня рухнула в ее объятия и заплакала,,

– Ах ты девочка моя, дурочка, ну что же теперь делать.

Таня всхлипывала в ее руках, слезы и материнской тепло облегчали ее страдания. Так и стояли посреди коридора, Таня плакала, а мать обнимала ее и молча гладила по спине.

– А Вовка где?, – вдруг спросила Таня, утирая слезы рукой.

– Какой Вовка, Танюш? – мать отстранилась от Тани, но не отпустила, придерживая ее за плечи. Таня растерянно хлопнула ресницами, вытирая слезы, которые вдруг перестали литься.

– Мам, ты что? Вовка где, я говорю, папа с ним гулять пошел?

Мать выпустила Таню из рук и испуганно вглядывалась в ее лицо сбивчиво выдохнула:

– Танечка, что с тобой?

Тане показалось, что мать сошла с ума, и это было так страшно, что Таня сразу отказалась от этой мысли и взяла себя в руки. Происшествие с Федотовым странным образом моментально отскочило на второй план. Она дотронулась руками до материнских плеч, набрала в легкие воздуха и сказала на выдохе, как только могла спокойно, голос ее дрожал.

– Так мам, это уже не смешно, все нормально, не волнуйся, да я ходила к Федотову, да я не смогла его найти, мам, я справлюсь, и вообще я завтра пойду в институт, там же должны что – то знать, а сейчас я дома у себя и я тебя свою маму спрашиваю – где Вова? Вова, мам – мой сын, и твой внук?

Мать охнула, и на ее лице промелькнул ужас, она вдохнула и стала хватать губами воздух, словно забыла как дышать, схватилась за грудь, глаза налились слезами и она стала медленно оседать на пол.

– Мама, мамочка. – Таня кинулась к матери, стараясь ее поддержать, но ей это не удалось, они обе осели на пол. Мать плакала и обнимала Таню, Таня была в недоумении – она видела, что мать в шоке, старалась ее утешить, но внутри был вопрос, который разрастался по всему телу и парализовал его, ведь ответа на вопрос так и не прозвучало.

– Мама, что случилось, с ним что – то случилось? Почему ты плачешь, где он, просто скажи, мама, маааамааа— маааам – мааамаааа…

Таня трясла мать за плечи и кричала, но мать смотрела на нее расширившимися от ужаса глазами и молчала.

…

Таня и Федотов стоят спальне, постель неубрана, раннее утро. Они смотрят в окно на выглянувшее солнце. Он обнимает Таню сзади своими руками, потом наклоняется к ее уху и что то шепчет.

Таня улыбается, потому что ей немного щекотно, она пытается убрать ухо от его губ, но Федотов держит ее в объятьях и продолжает шептать в ухо.

…Две женщины сидели в коридоре, обе были в слезах. Та, которая моложе, вдруг, встала, немного отстранившись от старшей и пошла по коридору не очень ровными шагам. Старшая растерянно смотрела ей вслед, пытаясь встать и последовать ее примеру. Молодая женщина зашла в прибранную комнату, видимо это ее спальня – там кровать, туалетный столик, старинный шкаф для одежды с чуть приоткрытой дверью, этажерка с книгами, на стуле какая то женская одежда.