Тюрина Татьяна – Необычный человек (страница 6)
Таня металась по комнате, открыла шкаф и стала выбрасывать оттуда вещи, заглянула под кровать, и все время что – то кричала, искала, спрашивала, но не находила. Она сорвала покрывало, раскидала подушки, вытряхнула на кровать ящики туалетного столика, и снова кричала, но мать почему – то не слышала звука ее голоса. Она стояла в дверях комнаты, наблюдая за дочерью и молча плакала. Ей было страшно.
…
XXХII
Утро медленно и неизбежно проступало, за окном. Таня вскрикнула во сне, Федотов нежно склонился над ее лицом и тихо прошептал е й в лицо
– Та – ня, Та – неч – ка.
Таня резко открыла глаза.
– Господи!
– Где ты была?
Таня: не знаю где, но я рада, что я здесь, в не там.
Федотов: там?
Таня: ну да… я же проснулась.
Федотов: а если нет
Таня: Ну в смысле нет?)
Федотов: да без смысла, – улыбнулся Федотов. – просто спрашиваю что случилось.
Таня: да, без смысла наверное было бы легче, хотя я не знаю.
Федотов: тебе нужен смысл? Что ты видела? Там был смысл?
Таня: нет, бессмыслица какая – то, если честно, и Слава Богу.
Таня встает, надевает халатик, смотрит в окно, садится на кровать, она еще отчасти там, в своем сне.
– Господи, – бормочет Таня, прикрывает глаза и проводит рукой по лицу, словно хочет смыть все, что увидела и пережила.
Федотов, подложив голову под руку с интересом наблюдает за не й.
– Странно, только что ты сказала. что без смысла было бы легче, а сама недовольна что тебе приснилась бессмыслица.
Таня с удивлением смотрит на Федотова
– Ну я же не виновата что тебе не сняться сны, а мне вот приснился кошмар
Федотов выжидающе смотрит на Таню
– Ну что? Ну пожалуйста, у меня был ребенок, твой, мы с ним жили у мамы, а потом я поняла, что не могу без тебя и решила вернуться, а тебя там нет, хотя пес меня узнал, он кстати вырос там, а зарубка наша в подъезде все – таки была на месте – я проверила, в общем я вернулась домой, а Вовки нет… представляешь какой кошмар.
Таня встает с кровати, она взволнована
– Ты назвала его Вовкой?
Таня смотрит в окно и немного успокаивается
– Ага, знаешь он такой был замечательный, и глаза как у тебя, все время смотрел на меня твоим взглядом.
Таня оборачивается и смотрит на Федотова.
– Вот так и смотрел, как ты сейчас, а потом я прихожу, а его нет… не в смысле куда то делся, что тоже ужас, а вообще не было никогда …как буд – то.
– Ты хочешь ребенка?
Таня улыбается.
Федотов легко вскакивает с кровати и обнимает Таню. Они стоят и смотрят в окно на выглянувшее солнце
Федотов тихо говорит Тане в ухо
– В следующий раз, если будет страшно – попробуй что-то положить в карман.
Таня улыбается, потому что ей немного щекотно, она пытается убрать ухо от его губ, но Федотов держит ее в объятьях и продолжает шептать в ухо.
– Ну щекотно. А что там можно взять
– Да неважно, ты главное вспомни, что нужно что-нибудь взять.
…
Солнце светит в окно квартиры, тихо, утро. Таня спит в своей комнате в квартире родителей. Просыпается, садится в кровати. Она сидит и словно вспоминает что-то, что она не очень помнит, но пока не может отпустить, потому что это что – то было было удивительным, странным и временами страшным. Тане немного не по себе, словно морок, но она встает из постели и идет на кухню, в квартире тихо. светло и просторно. На кухонном столе сервирован завтрак, рядом листок бумаги – записка от родителей. Таня читает записку, открывает тарелку – видит там сырники, берет один, нюхает его, кусает, машинально жует и кладет откусанный сырник обратно в тарелку.
Таня выходит из подъезда и идет по улице, на ней плащ, на ногах туфли на небольшом каблучке, на плече болтается сумочка. Она идет довольно быстро, где – то перебегая улицу без перехода и по диагонали.
(какой год???) Продумать года эпизодов, чтобы подчеркнуть в одинаковых эпизодах РАЗНОЕ время (!!!)
ХХIII
Таня позвонила в дверь, через мгновение она открылась, Федотов стоял на пороге в одних трусах и улыбался, словно он стоял за дверью и ждал, когда она позвонит
– Привет, – его немного скрипучий голос обдал ее волной, с которой было трудно совладать. Таня перешагнула порог и уткнулась лицом в его голую грудь. Он обнял ее. Так и стояли, даже дверь не закрыли.
– Прости меня, я без тебя не могу, – выдохнула Таня не поднимая головы и заплакала.
Федотов стоял молча, погладил ее рукой по голове.
– Горячо, – вдруг сказал он.
Таня подняла лицо, Федотов одной рукой осторожно вытер слезы с ее щеки и попробовал их на вкус.
– Ммм? Очень соленые, но не горчит.
Он легко, без малейшего усилия приподнял Таню, сделал шаг вперед, и прижимая ее к себе одной рукой, закрыл дверь.
– Ты почему голый дверь открываешь?
– Я не голый.
– Все равно
– Нет не все равно, я знал что это ты.
– Серьезно?
– Конечно.
– Ты ждал меня?
– Я жду тебя все время и ты все время приходишь, правда хорошо?
Федотов аккуратно поставил Таню на пол, нагнулся и внимательно посмотрел ей в глаза, убрал волосы с лица. Она чуть пошатнулась.
– Что?
– Ничего, голова вроде закружилась.
– Не бойся, все в порядке.
Федотов снова поднял ее, на этот раз двумя руками, так же без малейшего усилия – так сильные отцовские руки берут маленьких детей, и дети взмывают вверх, так Таню поднимал папа в детстве. Теперь она смотрела на Федотова сверху вниз, смотрела очень любопытно, словно впервые его видела, может быть она действительно видела его заново, прошло почти три месяца, после того как она ушла.
– Откуда ты такой свалился на мою голову?, – Таня обняла его за шею. Федотов очень серьезно и очень пристально смотрел ей в глаза.