Тянь Хань – Современная китайская драма (страница 57)

Д у. Правильно! Когда я буду знать ее мнение, приду к вам.

Г о  Г у й. Согласен. (К Сунь.) Пошли, считай, что вопрос с квартирой решен.

В а н  Л и ж у н. Хорошо придумали! Даже если старушка уедет, все равно комната тебе не достанется. Квартира моя. Я ее спалю, а вам не оставлю.

Г о  Г у й. Ты что? Сэкономила на оплате за больницу и лекарства, думаешь еще комнату прихватить? Посмей только!

Т р о е  р о д с т в е н н и к о в, продолжая ругаться, уходят. Старшая сестра не может прийти в себя.

Ч ж э н. Сестра, у бабушки Го с сердцем что-нибудь серьезное?

С т а р ш а я  с е с т р а. Главным образом это сердечная недостаточность, длительное отсутствие надлежащего питания. К тому же еще и переутомление. Болезнь вызвана неврозами. Если настроение у нее улучшится, то и болезнь отступит наполовину. Когда сталкиваешься с такими детьми, то, честное слово, думаешь, уж лучше бы их совсем не было… Вы оба такое доброе дело сделали!

Д у. Скажите, а можно ее взять из больницы?

С т а р ш а я  с е с т р а. Если только дома обстановка будет нормальной и окружение приятное, то почему же нет.

Д у. Спасибо вам за заботу и внимание.

Свет гаснет. Новый свет. Б а б у ш к а  Ф а н, Х о у  и  Ю й, о б а  Ч ж а о, Т а н ь  пришли навестить  б а б у ш к у  Г о, у каждого в руке гостинец.

Т о л с т ы й  Ч ж а о. Старина Ду, вы уже здесь!

Х о у. Видели ее? Как она?

Ф а н. Ела что-нибудь?

Ю й. Войти к ней можно?

С т а р ш а я  с е с т р а (тронута). О! Не часто бывает, чтобы столько немолодых уже людей пришли навестить своего друга. Палата вот маловата, столько людей…

Х о у (смеется). Сестра, все мы с бабушкой Го знакомы лет десять с хвостиком. Войдем, поговорим с ней, может, она и выздоровеет. Нам в этом возрасте собраться да прийти было непросто. Вы уж сделайте для нас, стариков, исключение!

С т а р ш а я  с е с т р а. Добрая душа у вас. Ну ладно! Так и быть. Беру все на себя. Только потише, не тревожьте других больных.

Ф а н. Не беспокойтесь! Мы понимаем. В больнице должна быть тишина. Каждый из нас скажет только одну фразу. Позвольте узнать, она по-прежнему отказывается принимать пищу?

С т а р ш а я  с е с т р а. Как будто из духа противоречия. Не ест, не принимает лекарства, а теперь и говорить не желает! Идемте со мной.

Все идут гуськом на цыпочках за сестрой в палату.

С т а р ш а я  с е с т р а (тихонько). Тетушка Го, тетушка Го…

Го молчит.

Тетушка Го, вас пришли навестить ваши друзья из парка. Тетушка Го, вы откройте глаза, посмотрите…

Ф а н. Мы пришли тебя навестить…

Ю й. Откройте глаза, все без вас так скучают!

Х о у. Все твои старые друзья пришли навестить тебя. Открой глаза, посмотри, кто пришел!

Го молчит, из-под прикрытых век непрерывно текут слезы.

Ю й. Нельзя так близко все принимать к сердцу. Здоровье-то одно, нельзя так мучить себя, нельзя не есть, не пить!

Ф а н (подносит молоко). Расскажи нам обо всем, что наболело. Мы сможем решить любые, самые трудные проблемы. Послушай свою старую сестрицу, выпей эту чашечку молока… Мы тут посоветовались, все ваши дела берем на себя. Ты сначала попей молочка, а потом мы сообща что-нибудь придумаем.

Го, не выдержав, тихо плачет.

Т о л с т ы й  Ч ж а о. Старина Ду, ты же сам вызвался все уладить. Пойди уговори ее.

Ду берет молоко и подходит к постели, все ждут. Ду с любовью смотрит на бабушку Го, потом вдруг, набравшись смелости, громко говорит.

Д у. Хэ Ванлань!

Бабушка Го от этого властного приказа вздрагивает и невольно открывает глаза.

(Приказывая.) Ты… Чтобы ты мне эту чашку молока выпила!

Ду приподнимает бабушку Го, придерживая ей голову рукой, подносит чашку ко рту. Бабушка Го послушно делает глоток. У всех отлегло от сердца.

Ф а н. Вот! Вот так… вот так.

Х о у (хлопает в ладоши). Старина, здорово! Все-таки ты молодец!

Ю й. Теперь будет лучше, сможет кушать, и болезнь отступит…

Женщины плачут. Го в конце концов глоток за глотком выпивает почти все молоко. Видя, что ей тяжело дышать, Ду осторожно опускает ее на подушку.

Г о. Мне так неловко перед всеми вами, столько хлопот со мной.

Ф а н. Не говори так, Го, ты что, нас чужими считаешь?

Х о у. Вот именно! Мы кто тебе?

Ю й. Все надеются и хотят, чтобы вы поправились!

Г о. Поправлюсь, а что толку. (Горько.) Смогла вас всех увидеть-это уже большое счастье. Эх! Уж лучше бы умереть!

Х о у. Не нужно так говорить. Хорошая смерть ничуть не лучше, чем плохая жизнь. У кого в жизни не случается трещины. Если пораскинуть умом, то можно утешиться, что наши дети и внуки будут жить счастливее и свободней.

Т о л с т ы й  Ч ж а о. Послушайте, вы, бабушки, не наговорились еще? Мы тут стоим в сторонке уже битый час.

Т а н ь. Вот именно. Теперь пора и нам сказать несколько слов.

Ф а н. В самом деле! А то все мы да мы. Пусть поговорят, пусть.

Г о (с трудом приподнимается). Ох! Дедушка Тань! Дедушка Чжао! И вы оба… Мне как-то совестно… Столько людей всполошила…

Т о л с т ы й  Ч ж а о. Не надо! Вы лежите, лежите, организм сейчас ослаб.

Т а н ь. Вы лежа говорите. Тут все свои.

Ч ж э н. Да не церемоньтесь, нам давно надо было прийти. Ваши старые друзья поручили мне сказать, что ждут вашего скорейшего выздоровления и возвращения в парк. Все вас ждут!

Т о л с т ы й  Ч ж а о. Верно! Как только вы вернетесь, у вас на душе наверняка посветлеет. И всякая болезнь исчезнет.

Т а н ь. Верно! Тоска приводит к болезни. Это я хорошо знаю!

Ч ж э н. Листья клена в парке стали уже красными, еще краснее и красивее, чем в прошлые годы.

Т а н ь. Еще бы! Как известно, листья, покрытые инеем, краснее, чем цветы в феврале!

Х у д о й  Ч ж а о. Мне кажется, что даже цветы в феврале не могут сравниться с ярким цветом кленовых листьев.

Ю й. Точно! Как будто все горы усеяны красными бабочками.

Ф а н. А по мне, так они похожи на огненные облака при закате.

Х о у. Действительно, как будто все горы покрыты красным шелком.

Ч ж э н. Садовник Ду, мы тут заговорили о красных листьях в парке, а мне кажется, вы больше всех имеете право на слово. Скажите вы…

Д у (с большим чувством начинает декламировать). «Мне кажется, что кленовые листья подобны язычкам пламени в печи, которые выбиваются из-под заслонки и согревают человеческое сердце».

Ч ж э н. Ну хватит, бабушка Го устала, пусть отдохнет.