Тянь Хань – Современная китайская драма (страница 50)

Дедушка Фан непрерывно кивает, показывает большим пальцем в сторону Ду.

Он говорит, хорошо, что его заметил садовник и спас ему жизнь. Он любит всех старых друзей в этом парке (комментируя жесты супруга), говорит, что у них добрая душа.

Дедушка Фан снова кивает головой, смеется.

Т о л с т ы й  Ч ж а о. Бабушка Фан, вы молодец. Ваш перевод — высший класс!

Х о у. Это уж точно! Без всяких слов, по одним только движениям рук все перевела.

Ю й. Эх! Тяжело с ним бабушке Фан.

Х у д о й  Ч ж а о. Старина Фан, такого спутника жизни, как у вас, днем с огнем не сыщешь. И медсестра, и переводчик, повезло вам!

Дедушка Фан показывает большим пальцем в сторону жены, кланяется ей.

Б а б у ш к а  Ф а н (с радостью и печалью). Эх ты! Все заставляешь меня краснеть перед людьми… Пойдем, пойдем, посмотрим цветы.

В с е. Вот что, вы тут отдохните, а мы его отведем.

Б а б у ш к а  Ф а н. Спасибо! (Дедушке Фану.) Осторожней ступай.

Мужчины отводят  Ф а н а  в оранжерею.

(Вздыхает.) Эх! Прошло уж сорок с лишним лет, как мы поженились. Скажите, ну кто бы стал за ним ухаживать, если бы не я! В коляске мне его возить было бы намного проще, но он хочет разрабатывать ноги. Он как-то сказал, что, если я буду жива, тогда и он не испустит дух…

Ю й. Верно сказано! Золотые и серебряные горы не сто́ят хорошего спутника жизни. Бабушка Го, скажите, верно ведь?

Г о (думая о другом). Куда опять подевался этот ребенок? Пойду поищу.

Ю й (останавливая ее). Послушай, что ты все отмалчиваешься, что у тебя на душе, о чем думаешь? Мы тут все в этом парке знакомы уже не один год. Нужно же подумать о своем будущем.

Г о. Одной ногой в могиле, какое тут будущее. Дети ко мне относятся неплохо, я помогаю им, чем могу! Я ведь всю жизнь…

Х о у. Не подумай, что я тебя осуждаю. Но ты все чего-то тянешь. В твоем возрасте пора бы подумать и о себе. Нельзя же так вот жить в сплошных обидах. С тех пор как я увидела, что наша политика действительно претворяется в жизнь, я поверила коммунистической партии. Возникнут затруднения, государство тебя не оставит.

Г о. Я верю! Но как бы тебе сказать… на пороге старости пойти по такому пути… ведь засмеют, да и детям за меня будет стыдно…

Б а б у ш к а  Ф а н. Вот тут ты ошибаешься… Нельзя же быть все время совершенно одинокой, даже не с кем словом перекинуться. Если бы не встретился садовник Ду, мы бы тебе ничего не советовали. А раз повстречался да у обоих вас возникли чувства, то чего же тут так долго сомневаться. Будет кому на старости лет друг о друге заботиться.

Ю й. Бабушка Фан дело говорит! Такие ответственные решения нужно принимать самой, а не оглядываться по сторонам да бояться чего-то. Пусть себе смеются, кто хочет.

Х о у. Слыхала? Видишь, какая у нас сестрица премудрая! Тебе бы надо поучиться у нее уверенности, она достойна быть бабушкой восьмидесятых.

Ю й (с подъемом). А что! Я просто не встретила, а если бы встретила, то сама бы пошла к нему. В законе о браке не сказано, что старушкам не разрешается подыскивать себе старичков!

Б а б у ш к а  Ф а н. Ну что, бабушка Го, надо дать ответ! Садовник ждет тебя уже больше десяти лет.

Ю й. Верно! Скажи нам честно, чтобы мы-то хоть не выглядели незнающими.

Г о. Вы так обо мне заботитесь, переживаете за меня. Я знаю о его чувствах… только я… не могу принять решения!

Вбегает  М э н м э н.

М э н м э н. Бабушка, а вот и я.

Г о. А! Молодец! Наигрался? Залезай в коляску, отдохни, бабушка тебя покатает.

М э н м э н. Не хочу, я хочу эскимо.

Г о. Нельзя! Погода прохладная, а ты уже съел одно по дороге сюда, больше нельзя.

М э н м э н (капризничая). Нет! Нет! Я хочу!

Ю й (достает эскимо). Бери, хороший мальчик не должен плакать, бабушка даст тебе мороженое.

Г о. Не надо. Ему больше нельзя.

Ю й. Ничего, от еще одного эскимо у ребенка ничего с животом не случится. (Мэнмэну.) Кушай, это тебе от меня.

М э н м э н. Спасибо! (Берет эскимо и собирается есть.)

Г о. Мэнмэн, ты забыл? А ты, сестрица, возьми пять фэней.

М э н м э н (вспомнив). Бабушка, кушайте! (Предлагает эскимо бабушке Фан.)

Б а б у ш к а  Ф а н. Какой добрый, воспитанный мальчик! Кушай сам, бабушка не хочет.

Мальчик предлагает эскимо по очереди всем бабушкам и, наконец, своей бабушке Го.

Ю й. Мал, а уже понимает, заботится. Вырастет, обязательно станет почтительным сыном.

Х о у. В скором времени твоя бабушка сможет рассчитывать на твою помощь.

Г о (радостная оттого, что хвалят ее внука). Наш Мэнмэн послушный. Мэнмэн, когда уходили, мама велела тебе поменьше есть мороженого. Давай, я откушу кусочек.

Бабушка Го откусывает кусочек, Мэнмэн бросает эскимо на землю и начинает реветь.

(Уговаривая.) Родненький… Бабушка боится, что у тебя заболит животик.

М э н м э н (плачет). А… Я побью тебя… Даром только хлеб ешь.

Присутствующие цепенеют. Бабушка Го бледнеет, не знает, куда деваться. Все смотрят друг на друга. Появляются  Ч ж э н  и  Д у.

Х о у (взрывается). Ах ты, макака несчастная, что ты сказал? Бабушка с утра до вечера с тобой носится, а ты говоришь, что она даром хлеб ест. Был бы ты моим внуком, я бы тебе за такие слова роток порвала.

Мэнмэн испуган, опять начинает реветь.

Ю й (гневно). От горшка два вершка, разве можно так говорить? Не было бы бабушки, не было б тебя. Бабушка даром хлеб ест! Кто тебя этому научил?

М э н м э н (плачет). Это не я придумал, это мама так говорит…

Х о у. Вот и плохо, что мать так говорит… А ты за ней повторяешь! Вот вырастешь и так же будешь говорить о своей маме, спроси, понравится ей такое выслушивать?

Ю й. Не смей больше повторять, понял?

Б а б у ш к а  Ф а н. Да хватит вам! Он еще маленький, что он понимает! (Увидев, что бабушка Го оцепенела, тихонько.) Только травмируете бабушку Го.

Х о у (не остыв от гнева). Гм! Был бы это мой внук, я бы ему задницу распорола! Да в придачу с матерью. Черт-те что.

Г о (сдерживаясь). Сестрицы, прошу, не сердитесь. Все оттого, что я совсем необразованная, не знаю, как воспитывать детей…

Д у (покупает еще одно эскимо и дает Мэнмэну). Перестань плакать! Глотка у тебя не маленькая. Пойди извинись перед бабушкой!

М э н м э н (видя эскимо, перестает плакать). Спасибо, дедушка. (Бабушке Го.) Бабушка, извини, я так больше говорить не буду, не сердись…

Г о (обняв Мэнмэна). Хороший мальчик, бабушка не сердится… не сердится… (Плачет.)

Ду, пряча глаза, поворачивается и уходит.

Ч ж э н. А я думаю, не надо огорчаться. Когда дети взрослеют, они перестают в нас нуждаться. Естественно, что мы начинаем чувствовать себя лишними.

Б а б у ш к а  Ф а н. Старина Чжэн верно говорит. Дети вырастают, крылья у них крепчают, и настает им пора улетать. А родители их вырастили, и можно считать, что они свой долг выполнили. На что еще рассчитывать-то?

Х о у. О! Сестрица, ловко это у вас получается. У вас есть и сын и дочь, да и вы со стариком вместе. Так-то оно конечно! А мы-так сказать, одинокие пташки, да еще если дети в грош нас не ставят, куда же деваться? Я-то не боюсь, деньги у меня есть. Пока что им приходится виться вокруг меня. А не будь у меня ни гроша, выгнали — не удивилась бы!

Ч ж э н. Боюсь, что отношения между людьми не могут держаться только на деньгах. Думаю, если не придавать значения деньгам, можно уберечься от многих неприятностей.

Б а б у ш к а  Ф а н. Я с этим согласна. Нет денег — идут ссоры, есть деньги — растут ссоры. Уж лучше смотреть на все шире и жить всем дружно вместе.