Тянь Хань – Современная китайская драма (страница 22)

П е с (в порыве чувств). Ци… хозяин!

Ц и (испуганно). Нет, нет… мое дело угодить!

П е с. Как думаешь, стоило покупать участок?

Ц и (оживившись). Конечно, стоило! Почва там песок и глина, место сухое и вода для полива есть, к тому же близко от деревни. Так дешево выпустить из рук — просто удивительно!

П е с. И впрямь удивительно!

Ц и (забывшись, рассуждает вслух). Старина Су со своими ножницами и бритвой колесит по белу свету, все слышит, примечает… уж не пронюхал ли он чего о третьей мировой войне, а?

П е с. Что? Ты… ты думаешь, будет переворот?

Ц и. Ни-ни, я ничего не говорил, ничего не знаю! (Порывается уйти.)

П е с. Стой.

Ц и. Прошу тебя, уважаемый…

П е с. Ладно, я ничего не слышал, свернем на другое… раз уж все, что тут есть (показывает на дом и двор), все равно теперь не твое, отдай мне зараз и ту (рисует в воздухе) коробку, и еще брусок… может, мне сгодятся? А? Ци… хозяин!

Ц и (поняв, в чем дело). Нет, это невозможно! Ты не можешь пользоваться моей печаткой.

П е с. Пустое! Отчего ж не могу? Только тебе дозволено, что ль?

Ц и. Дело в том, что на ней вырезаны мои имя и фамилия — Ци Юннянь.

П е с. Что за беда, затрем твое, заново вырежем мое — Чэнь Хэсян.

Ц и. Видишь ли, во время борьбы с помещиками вы у меня все отняли, а это я уже себе оставлю, кто знает, может, придет время, понадобится.

П е с. Ах ты, скотина, все еще что-то замышляешь!

Ц и. Нет-нет, я просто имел в виду, если в деревне меня снова попросят составлять официальный документ, как сегодня, печать мне как раз и пригодится. Ну ладно, пойду, не провожай… (Уходит.)

П е с. Ну и подумаешь, оставь себе на закуску! Велика важность — коробочка да брусок, да мне на базаре за одно доу зерна целых две печатки вырежут!

Появляется  Ф э н  Ц з и н ь х у а.

Ф э н. С кем скандалишь-то?

П е с. С Ци Юннянем, чтоб ему сдохнуть!

Ф э н. Человек живет одночасьем, вспомнить, каким внушительным с виду был, а вдруг стал что сморщенный желтый огурец.

П е с. Этот тип еще о чем-то размечтался! Черт с ним, пойду… (Самодовольно.) Погляжу на наши три му земли.

Слышно конское ржание.

Не забудь добавить сена и намешать корм нашему жеребцу, сукина хозяюшка!

Ф э н. Только забот у меня, что о твоем любимце!

П е с. Пойду погляжу на нашу землю. (Бросает ключи с колокольчиком, они со звоном падают.)

На сцене могила семьи Чэней. Тусклый свет молодой луны. Время от времени раздается стрекотание осенних насекомых. Неверной походкой, шатаясь, входит  П е с.

П е с. Погляжу на землю, на свою землю, погляжу-ка на свою землю! Вырвали из рук против воли — последний разок пришел… чайник вина с собой, полный до краев, ему — рюмку, мне — рюмку, мне — рюмку, ему — рюмку, чайник дном вверх, чайник опустел, захмелел я… лошади нет, телеги нет, земли нет…

Слева и справа в лучах света появляются лица  Ц и  Ю н н я н я  и  Ч э н ь  Д а х у.

Ц и. Солнце не висит всегда в зените, счастье переменчиво, десять лет солдат служит к востоку от реки, десять лет — к западу. Видишь, и пару дней в благополучии не прожил, как все смешалось. Пусть будет беспорядок, пусть все смешивается в сплошной хаос!

Д а х у (одновременно с Ци). Опять ты за старое, отец! Неужто не можешь придумать что-нибудь поновее? Говори, выговорись, наконец! Говори и сам поймешь, почему всю жизнь кланялся Богу богатства и матушке земле, а напоследок так ни с чем и остался. Слава те Господи, я не пошел по твоим стопам, хоть у меня глаза не на затылке!

Оба исчезают в темноте.

П е с. Нет у нас земли, отец! Вино не мое, Ли Ваньцзян принес, целый чайник. Хороший человек Ли, добрый, он со всем уважением ко мне, как было не выпить. Он — рюмку, я — рюмку, я — рюмку, он — рюмку, так и опрокинули чайник, чайник опустел, захмелел я, и ничего у меня не осталось. Не то что не осталось — староста Ли сказал, вышел приказ начальника уезда, чтоб деревня стала «красной», все станут красными, не оставаться же Псу «черной заплатой». Я говорю, мол, ни в войну, ни в земельную реформу Пес не отставал от других, только как же, не пойму, взять людей, скот, землю да стащить все в одну кучу? Будет ли прок, ежели один человек всеми мотыгами командовать будет? Не забывай, случается, и братья родные, с одной грядки росточки, и те друг дружке шишки набивают! А он говорит, будет тебе, послушай-ка лучше, дурья башка, что я тебе скажу, здесь и ахнуть не успеешь, как все изменится, наверху, внизу — всюду электричество и телефоны будут, знай пей себе молочко, печеньем закусывай. А я ему, мол, не желаю. Он говорит, у тебя из-за имущества совсем ум зашелся, ты земляной червь, говорит, твою дубовую башку и камнем не прошибешь. Я тоже распалился, буду «черной заплатой», говорю, мне все одно! А он: мы сдерем «заплату»! Спрашиваю: как сдирать-то будете? А вот, говорит, отберем у тебя землю у Косого угла да этот семейный могильный участок, названный «тыквой-горлянкой», а заместо них прирежем мелкие участки, разбросанные на краю села… Брось мне голову морочить, говорю, кто ж не знает, что «дочь вдали и земля вблизи — бесценные сокровища»? Опять же земля на краю деревни тощая, солончаки одни, доу посеешь — восемь шэнов[61] соберешь, как же, стану я менять! А не сменю, отец, значит, все в одну кучу свалят, все сплошь красным сделают, по всей деревне уж трубят о радостном событии. Пей давай! Пей! Жена тоже поперек мне встала: все люди как люди, мол, ты один у меня как белая ворона. Погляди-ка, говорит, на брата Ли, ради кого он день-деньской как очумелый носится, ради нас, поди! Всяких пакостей она мне наговорила, пригрозила — не вступишь в коммуну, разделимся, возьму Хуэра и вдвоем с ним вступлю, не хочу «черной заплатой» быть! Оказывается, женщин-то тоже на митинг сгоняли. Невестка, та с пониманием, но и та наседает, не рвись, говорит, старик, на части, тут скоро кругом — электричество… ну их, взялись за меня, словами — уши, вином — душу растравляют, хранитель очага черта на подмогу позвал, обступили меня со всех сторон, ну я и сдал все в общую кучу, в общую кучу, отец! Лошадь Хризантема, так та уходить не хотела, я ей намедни ясли из новых досок сколотил… Отдал я, Пес, нашу землю, зазря, выходит, ты съел собачонку, отец! Виноват я, окаянный, перед тобой… (Вскрикнув, падает ничком на землю.)

Подходит  Ц и  Ю н н я н ь, останавливается, хлопает Пса по плечу.

Ц и. Время за полночь, осенний ветер холодный, а ты лежишь на голой земле, смотри не простынь!

П е с (в забытьи). Отец, отец, я, Пес, пришел…

Ц и. Брат…

П е с (непонимающе). Кто ты?

Ц и. Пес, ну что? Землю в руках не успел как следует подержать, как отобрали, словно ребенка от груди кормилицы оторвали, теперь твоя земля — общая! Я давно говорю, волчья шкура к вам, собакам, не лепится…

Мелькнувший вдали свет ручного фонарика осветил их обоих.

П е с. А, это ты, проклятый помещик! Для тебя что похороны, что пожар — все едино, трын-трава! Земли лишился, вот и исходишь злобой… катись-ка отсюда! (Дает Ци пощечину.)

Входит  Л и  В а н ь ц з я н.

Л и. Здорово ты его! Пес, мы не допустим, чтоб он над нами издевался! Завтра на большом собрании начальник уезда Лю прикрепит тебе на грудь огромный цветок славы! А ты, Ци, смотри, полегче!

Ц и. Да.

Л и. Не то как бы не просчитаться. С тобой-то мы всегда начеку, чуть подует ветерок, мы тебя сразу потащим к ответу.

Ц и. Да.

П е с (удовлетворенно). Братец, коль скоро ты нашел управу на этого негодяя, ты, выходит, герой, и я всегда буду слушать тебя.

Л и. Идем, Пес, домой, завтра большое собрание…

П е с (подумав). Постой, а зачем мне собрание, слава, мне нужна земля, лошадь, телега…

Л и. Старик, пойми, нельзя сворачивать на старый путь!

П е с. На старый путь?

Л и. Ну да! Поздно уж, жена заждалась, пошли домой!

П е с. Домой, домой… (Быстро оборачивается.) Нету больше земли… отец! (Припадает к земле.)

Ци издали наблюдает.

Л и. Ци Юннянь!

Ц и. Здесь.

Л и. Чего рот разинул? Бери его на спину и тащи в деревню!

Через несколько лет. Осень. Тропа в поле. Слышится чей-то безумный смех. Как сумасшедший на сцену выбегает поседевший, постаревший  П е с. Ф э н  Ц з и н ь х у а  едва поспевает за ним; в руках у нее пакетики с лекарственными травами. Они возвращаются после осмотра врача.

Ф э н. Черт, не беги как очумелый, слушайся…

П е с. Потерял духа-хранителя у ворот, метлой смел звезду с неба… откуда взялась эта скверная баба? Не давай воли рукам, знать тебя не знаю! (Бежит.)

Ф э н (удерживает его). Не лезь на вспаханное поле, после дождя в глине увязнешь. Слушайся же, иди по дороге.

П е с. Не трожь меня.

Ф э н. Прошу тебя, не носись где попало, идем домой, лекарство выпьешь.