Цзюлу Фэйсян – Путешествие с Фениксом. Книга 1 (страница 2)

– Цып-цып-цып.

Вот же ж! В порыве гнева Шэнь Ли аж подскочила. Она изо всех сил попыталась подпрыгнуть, но едва подлетела на один чи[1], как тут же вновь приложилась о землю и совершенно случайно угодила острым клювом прямо в кусочек брошенного хлеба.

– Незачем так бросаться, у меня еще найдется.

Молодой мужчина скрылся в доме и вышел уже с большим кругляшом паровой булочки в руке. Он присел перед Шэнь Ли и, протянув ей еду, тепло улыбнулся.

– Держи.

– Нужны мне твои подачки!

От гнева Шэнь Ли заскрежетала клювом. Вот только в нынешнем состоянии ей оставалось лишь закрыть глаза и, выклевав в земле ямку, зарыться в нее головой. Как жаль, что нельзя было просто закопаться целиком да там и остаться навеки!

Молодой мужчина уставился на лысую макушку птицы, а потом вдруг улыбнулся:

– Не хочешь? Ну тогда давай для начала тебя умоем.

Он ухватил ее за оба крыла и понес прямиком к пруду рядом.

– Ай! А ну погоди! Что это ты удумал?! Какое еще мытье, бесстыжий ты гад?! А ну отпусти меня! Хоть одно перышко мое тронешь – я…

Шэнь Ли глупо уставилась на собственное отражение в глади пруда… Даже одного перышка… и того не осталось.

Удар Мо Фана накануне вернул ей изначальную форму, в которой она и упала в лесную глушь, а там ее схватил охотник. Она знала, что ее ослепительные золотистые перья повыщипывали, но никак не представляла, что у того неотесанного мужика окажутся настолько умелые руки! Неужто он ее и кипятком обдал разок?! Ни одного перышка ведь не оставил! Ни единого! И как только умудрился?! Шэнь Ли захотелось разрыдаться, вот только слезы не шли. Она вдруг вспомнила, как несколько дней тому назад сама посмеялась над лысиной одного из чиновников при дворе, а потом недоумевала, почему это он плачет. Как бы ей хотелось проклевать пару дырок в себе прошлой, ведь теперь ей приходилось расплачиваться за собственную бестактность…

– Время купаться.

Не дав Шэнь Ли вдоволь «налюбоваться» новым обликом, юноша одним движением отправил ее прямо в пруд. Стоило ей оказаться в воде, как та забилась в глотку, а желание жить заставило лысые крылья двигаться. Молодой мужчина, который сначала посмеивался над ее трусостью, при виде яростного барахтанья птицы нахмурился и с тревогой спросил:

– Ты что же, не умеешь плавать?

– Да разве курицы плавают?! Головой бы хоть подумал!

Тело Шэнь Ли серьезно пострадало, и духовных сил у нее не осталось, поэтому после нескольких потуг продолжать она уже не могла. Когда Шэнь Ли уже решила, что сегодня ей предначертано быть замученной до смерти каким-то человеком, рядом вдруг появилась бамбуковая жердь и подтолкнула ее к берегу. Юноша, присев на корточки, осторожно надавил на ее совершенно лысую грудь:

– Дыши, это поможет тебе выжить.

Мокрое птичье тело дергалось в конвульсиях, и, перед тем как потерять сознание, Шэнь Ли строго уставилась на незнакомца. Неужели этот тип нарочно над ней издевается? Наверняка так и есть!

Лишь увидев, как глаза птицы закатились и сознание покинуло ее, юноша улыбнулся и, ткнув в ее лысый лоб, тихонько произнес:

– Ну что за манеры? Мое имя – Син Юнь, а не какой-то там «тип».

Когда Шэнь Ли проснулась вновь, уже наступило утро следующего дня. В лучах рассветного солнца ей удалось разглядеть все того же молодого мужчину: он лежал у воды и кормил рыб кусочками паровой булочки. Похоже, он их очень любил, раз даже не заметил, что рукав его одеяния весь вымок в воде. Подсвечивающее его профиль солнце придавало ему некий трудноописуемый ореол божественности.

«Божественности? Но он же простой человек?»

Воспоминания о вчерашних пытках вновь хлынули в сознание Шэнь Ли, и она с усилием зажмурила глаза, чтобы избавиться от временного помутнения. Ей следовало оставаться настороже.

Возможно, ее взгляд оказался слишком испепеляющим: юноша мгновенно обернулся и посмотрел на нее.

– Меня зовут Син Юнь, – спокойно произнес он, словно нарочно четко проговаривая слова.

Шэнь Ли застыла в удивлении, но Син Юнь лишь поднялся, отряхнулся от пыли и, стуча по онемевшей ноге, пробормотал:

– Пора принять лекарство.

После этого, прихрамывая, он вошел в дом, причем двигался так неловко, что выглядел смешно. Шэнь Ли даже подумала, что прежде глаза ее обманули: разве в таком человеке могла быть хоть капля божественности? Да он же… сама заурядность.

Утомленная размышлениями о смертном, Шэнь Ли полежала еще немного и попробовала встать. Исходя из ее вчерашнего состояния, она и не надеялась, что получится, однако, несмотря на прожитые пытки, ци в теле, к ее удивлению, успела восстановиться быстрее, чем обычно!

Шэнь Ли не стала долго над этим думать и немедленно направила ци внутрь на проверку, а затем разочарованно вздохнула. Как и ожидалось, духовная сила не могла восстановиться настолько быстро… Но и в этом была своя польза, ведь так демоны не могли ее обнаружить. Вот только, учитывая жесткость Владыки демонов, поимка Лазурной Принцессы – всего лишь вопрос времени, и тогда уж без духовной силы…

– Цып-Цып, иди-ка сюда, – вдруг раздалось позади.

Занятая своими мыслями, Шэнь Ли сердито обернулась и вновь увидела Син Юня. Облаченный в свое светло-синее одеяние, он сидел на ступенях из серого камня и протягивал ей паровую булочку.

– Поешь.

Шэнь Ли холодно хмыкнула про себя и отвернулась, но тут вдруг поняла, что причиной ее вчерашних мучений стал именно отказ от еды. Терзаемая сомнениями, она застыла на месте, но в конце концов стиснула клюв и, вытянув шею, с огромной неохотой горделиво зашагала к хозяину дома.

От его тела исходил слабый аромат лекарств. Только теперь Шэнь Ли присмотрелась к Син Юню внимательнее и заметила, что его губы темноваты, а под глазами залегли едва заметные тени – явный признак, что век ему отмерен короткий.

«Вот и замечательно!» – подумала Шэнь Ли. Пусть этот человек и видел ее во всяких нелестных состояниях, так хотя бы помнить ему об этом осталось недолго, а после смерти, в следующем перерождении, он и вовсе ее забудет. Шэнь Ли же останется блистательной Лазурной Принцессой с незапятнанной репутацией. Мысли об этом смягчили ее обиду, и она, вытянув шею, клюнула хлеб. От вкуса нежной мякоти ее глаза внезапно засияли. Эта… эта булочка была совершенно несравнима с обычной!

Неожиданно для Син Юня птица выхватила угощенье и, положив на чистую ступень, принялась жадно клевать.

Демоны отличались от небожителей, которым не требовалась еда и питье для жизни: они, как и люди, нуждались в еде. Вот только Шэнь Ли с давних пор предпочитала есть одно мясо и не переносила что-то иное. Заставить ее отведать хлеба было делом не из простых.

Лишь когда от угощенья не осталось и крошки, птица подняла голову и взглянула на Син Юня. Тот, подперев щеку ладонью, мягко смотрел на нее. На губах у него мелькнула тень улыбки. На самом деле взгляд его совсем не отличался от того, каким обычно смотрят на домашнее животное, однако сердце Шэнь Ли невольно взяло да екнуло. Вдруг почувствовав себя неловко, она отвернулась.

Никто не смел смотреть на нее вот так. Чиновники Демонического царства ее страшились, воины почитали, а остальные начинали трястись, стоило им оказаться в трех шагах от генерала. Ей хватило мгновения, чтобы успокоиться: как-никак Шэнь Ли – закаленная дождем и ветром Лазурная Принцесса. Она быстро вырвала из сердца пробившийся росток чувства и жестко его раздавила, после чего бесцеремонно хлопнула лысым крылом по колену Син Юня и ткнула клювом туда, где только что лежала булочка.

– А? Хочешь еще? – улыбнулся молодой мужчина. – Больше нет, это все, что я приготовил на сегодня.

Он поднялся и зашел обратно в дом. Шэнь Ли опешила, а затем поспешила за ним. Вот же наглец! Хотел от нее одной паровой булкой отделаться?! Надо хотя бы две!

Она пыталась поспеть за Син Юнем, вот только ее тело было слабым. Преодолев всего лишь порог, птица тяжело задышала. Ей оставалось беспомощно наблюдать, как молодой мужчина взял в руки узел и, пройдя через двор, вышел за ворота.

– Присмотри за домом, Цып-Цып, я продам все и вернусь, – спокойно бросил он напоследок.

Негодяй! Еще и посмел оставить ее за сторожевого пса! Так не пойдет… Шэнь Ли уставилась на ворота, за которыми скрылась фигура Син Юня. «Продамся»? Кому это он… собрался продаваться? Неужели женщинам?

Лазурная Принцесса уселась на полу и окинула взглядом жилище. Не сказать, что этот человек жил богато, но и на дом бедняка это место не походило. Новый знакомый был видным молодым человеком, руки и ноги у него на месте – разве для такого не нашлось бы нормального дела? А он… Хотя, возможно, подобное ему, наоборот, по вкусу. Шэнь Ли вдруг все поняла, но, посмотрев на небо снаружи, снова невольно нахмурилась. Разве такими делами промышляют среди белого дня?.. Впрочем, неважно, против желаний народа не пойдешь. Она передохнет здесь пару дней, а этот тип пусть делает, что ему по нраву.

Шэнь Ли положила голову на порог двери в сад. Солнце, миновав середину неба, медленно катилось дальше, в ушах стоял шелест молодой листвы на виноградных лозах. Давно у нее не было таких спокойных дней, и на мгновение Шэнь Ли даже забылась. Тяжелые думы, казалось, совсем покинули ее, вот только, когда она уже почти провалилась в сон, раздался тихий шорох.

Обладая чутьем закаленного в боях воина, Шэнь Ли тут же открыла глаза и устремила хладнокровный взгляд в направлении источника шума. Однако увидела там всего лишь девушку в простой одежде. Вытянув голову над оградой сада, та осмотрелась, после чего неуклюже вскарабкалась на стену и уселась там, не зная, как теперь спуститься. В конце концов, видно от избытка переживаний, ее фигура накренилась вбок, и девушка тяжело упала на землю. Очень… очень тяжело упала.