Цзюлу Фэйсян – Путешествие с Фениксом. Книга 1 (страница 4)
Ворота были приоткрыты, и снаружи доносилось множество звуков. Девушка незаметно выглянула на разведку. На освещенной факелами улице стояли две конные повозки, а рядом девчонка, которая заходила накануне, вместе с матушкой. Мужчины, среди которых был и Син Юнь, загружали повозки вещами. Закончив, все стали рассаживаться, и только девчонка с матерью остались стоять.
– Твои родители рано покинули этот мир, Син Юнь, и, пусть мы были соседями все эти годы, нам мало чем удалось тебе помочь, и за это я себя виню. Теперь, боюсь, мы больше не встретимся снова. Пожалуйста, береги себя.
– Не переживайте, тетушка, я все понимаю, – с улыбкой ответил Син Юнь.
Женщина, казалось от переизбытка эмоций, вздохнула и, прикрыв лицо, села в повозку. Напротив молодого мужчины осталась лишь ее дочь. Девчонка свесила голову и не говорила ни слова, лишь беспокойный свет факелов искрился в ее блестящих глазах.
– Сейчас дорога на юг наверняка полна цветущего персика. – Молодой мужчина посмотрел в конец улицы и неожиданно шепотом добавил: – Я не хороший человек.
В этих словах послышалась некая недосказанность, и Шэнь Ли невольно подняла взгляд на Син Юня. Его подсвеченный профиль был волнующе прекрасен, однако глаза оказались совершенно спокойны – не жестоки, но от природы полны глубокого равнодушия. Шэнь Ли смотрела на него в растерянности, а потом вдруг подумала, что, пожалуй, этот юноша сложнее, чем она прежде себе представляла.
У девчонки же от его слов покраснели глаза, а потом из них выкатились две слезинки. Она склонилась в низком прощальном поклоне.
– Береги себя, Син Юнь.
Она уезжала, и им вряд ли суждено встретиться вновь. Шэнь Ли горестно вздохнула. Син Юнь провожал взглядом удаляющиеся повозки, что громыхали колесами… Наверняка в этой суматохе шорох от ее побега останется незаметен?
Глаза Шэнь Ли загорелись, и она огляделась: вокруг никого не осталось, только один Син Юнь все так же смотрел вслед старым соседям. Птица протиснулась в щель в воротах и понеслась в сторону переулка.
Когда она добежала до большой улицы, там уже собирались продающие завтрак мелкие торговцы. Шэнь Ли обернулась и, не обнаружив преследования, облегченно выдохнула. Слишком уж этот Син Юнь загадочен: понимал ее птичью речь и при этом совершенно не боялся. Она была серьезно ранена, к тому же скрывалась от войск Демонического царства, у нее вовсе не было духовных сил разбираться еще и с ним…
«Подождите-ка…»
Шэнь Ли удивленно взмахнула крыльями. Откуда после вчерашних страданий у нее вдруг появились силы, чтобы вот так промчаться весь путь сюда?
Если хорошенько подумать, то и вчерашним утром, когда она проснулась, все было в точности так же: ее физическая сила невероятно быстро восстановилась. Неужели этот Син Юнь с ней что-то делал? Или все благодаря пище? Вспомнив о необычно вкусных паровых булочках и съеденном вчера на ужин чересчур ароматном рисе, Шэнь Ли невольно вытянула шею и проглотила слюну.
– Откуда взялась эта странная курица?! – вдруг раздался позади грубый мужской голос. – Выбежала прямо на дорогу! А не сготовить ли мне тебя?
«Странная курица» обернулась и увидела здоровенного мужика, тянущего свои руки к ее крыльям. Наученная вчерашним опытом, она не собиралась так легко попадаться, поэтому, вытянув шею, как следует клюнула огромную ладонь. Мужик вскрикнул от боли и гневно выпалил:
– Ах ты ж! Вот как сверну тебе шею!
Шэнь Ли нырнула под стол одного из торговцев, и разозленный мужчина, бросившись за ней, опрокинул лоток. Вот только его хозяин не собирался с таким мириться, и тут же завязалась ссора. Шэнь Ли, воспользовавшись моментом, понеслась под торговыми столами, пока дорогу ей не преградила доска. Она остановилась лишь на мгновение, но тут кто-то схватил ее за шею, а затем поднял над землей.
– Хватить уже голосить, курица у меня. – И торговец понес птицу обратно.
Задержав дыхание, Шэнь Ли вскинула лапу и украсила тыльную сторону его руки тремя кровавыми полосками.
– Ай! Да она же совсем дикая!
От боли мужчина сразу разжал ладонь и уронил добычу. Шэнь Ли же, и глазом не моргнув, немедленно перевернулась и стрелой шмыгнула в переулок. Лишь когда преследователи остались далеко позади, она наконец-то решила перевести дыхание и распласталась на земле.
«Как же нелегка жизнь обыкновенной курицы…» – только и успела подумать она, как вдруг за спиной раздался скрип двери, и сверху на нее выплеснули ушат грязной воды с овощными очистками.
– Что-то шумно сегодня на улице, – послышался женский голос.
Гнилая ботва, соскользнув с макушки Шэнь Ли, глухо шлепнулась на землю. Полная изумления и готового вот-вот вырваться наружу гнева, птица медленно повернула голову и взглянула на молодую женщину за спиной.
Да как она посмела облить ее этими… Такое уж точно… никуда не годится!
Одна пара глаз встретилась с другой, разница в росте мгновенно напомнила Шэнь Ли о ее нынешнем положении. Вчерашние события быстро сложились с произошедшим сегодня, и едва в ее голове промелькнула мысль о надвигающейся беде, как в крылья вцепилась женская ладонь.
– Чья это курица? Кто ее выпустил общипанную?
Шэнь Ли брыкнулась, сражаясь изо всех сил, но увидела, как из дома вышел мужчина.
– Соседи куриц не держат, а раз ничья, то и место ей в кастрюле. Сегодня работы немало, и плотный ужин как раз кстати.
– Да я тебя самого в кастрюлю кину! – гневно заверещала Шэнь Ли. – Увидели курицу – и сразу на стол? Это ведь живое существо! У вас тут всех совсем совести нет?!
Мужчина между тем поправил на себе одежду и, перед тем как выйти за калитку, погладил по голове провожавшую его супругу.
– Хорошего тебе дня, милая.
Лицо той залилось краской, хватка ослабла, и Шэнь Ли, вцепившись в этот шанс, клюнула женщину. Та закричала, а птица вырвалась на волю и бросилась за дверь, оставив супружескую пару и их неугасающую нежность друг к другу позади.
Бега ее продлились до самого полудня и привели к границе города. За это время Шэнь Ли умудрилась наткнуться не меньше чем на десяток негодяев, желающих отужинать ей, отчего устала и проголодалась так, что больше просто не могла бежать. Она шлепнулась в траву на речном берегу и, поднеся голову к воде, сделала пару глотков, после чего молча уставилась на затянувшие небо свинцовые тучи. На глазах собирался весенний дождь.
– Извести меня хотите? – бессильно обратилась она к небу.
Громыхнула гроза, и по земле застучали капли дождя. Шэнь Ли не без труда поднялась с травы с намерением отыскать укрытие, вот только стоило ей повернуть голову, как взгляд уперся в уже знакомую фигуру: молодой мужчина в светлом одеянии стоял на берегу с плетеной корзиной за спиной. Их глаза встретились, и внезапно Шэнь Ли ощутила внутри нечто теплое – облегчение. Казалось, пройдя восемнадцать уровней Преисподней[3], она вдруг наткнулась на маленький желтый цветок, купающийся в солнечном свете. Пусть молодой мужчина на берегу выглядел куда прекраснее, и пусть сцена встречи человека и птицы была далека от поэтичной.
Сквозь пелену нарастающего дождя Син Юнь смерил долгим взглядом Шэнь Ли, покрытую с ног до головы пылью, а затем, вдруг склонив голову и прикрыв рот ладонью, бессовестно захохотал.
«Да… да он же просто глумится!»
– Глупая птица, – пробормотал Син Юнь себе под нос, но следом достал из наспинной корзины зонт из промасленной бумаги и, раскрыв его, медленно направился к Шэнь Ли.
Сил на побег у нее не осталось, да и желания тоже, и, хоть Син Юнь все еще был загадкой, самую главную опасность для Шэнь Ли представляло дно кастрюли, а с новым знакомым птицу перед смертью хотя бы ждал ужин.
Зонт навис над ней безоблачным пятном, закрывшим дождливое небо.
– Я уже думал, ты не вернешься, Цып-Цып. А ты все это время ждала меня здесь?
Шэнь Ли, опустив голову, оставила его слова без ответа. Син Юнь же, не страшась испачкаться, поднял ее и усадил в свою корзину.
– Нужно настоящее мастерство, чтобы умудриться довести себя до такого вида за какие-то полдня.
– Шагай уже! – не удержавшись, прикрикнула Шэнь Ли: слишком уж много он болтал.
Молодой мужчина тихо усмехнулся, но разговор не продолжил. Бумажный зонт полностью укрыл их от дождя, и на лысое тело Шэнь Ли больше не упало ни капли.
Измотанная этим днем, она быстро заснула под качку наспинной корзины, однако очень скоро ее пробудил холод. Девушка машинально дернулась, вытянула лапы и раскрыла клюв, чтобы наказать обидчика.
– Какая же ты неуемная.
Син Юнь с ковшом в руке отступил. Шэнь Ли отряхнула крылья от воды и настороженно уставилась на него.
– Ты что делаешь?
– А ты как думаешь? – с улыбкой ответил он вопросом на вопрос. – Ты грязная, словно выкопанный из земли корешок, поэтому я и решил помыть тебя вместе с ними. Или тебе больше по нраву пруд?
Шэнь Ли скосила глаза и поняла, что лежит в деревянном тазу, а рядом с ней – кучка дикорастущего женьшеня. Ее когти тут же полоснули по похожему на кусок грязи растению, но молодой мужчина поспешно схватил ее за лапу.
– Тише, испорченный уже не продашь.
– Так вот что… ты продаешь?
– Конечно.
Син Юнь притянул ее лапу и потер ребром люфы[4]. Отмыв одну, он перешел ко второй, как вдруг замер, точно его осенило, и насмешливо посмотрел на Шэнь Ли.
– А ты что подумала?
Его слишком прекрасное лицо на таком близком расстоянии заставило сердце Шэнь Ли пропустить удар. Глядя на его легкую улыбку, она вдруг почувствовала, что с ней заигрывают.