Цзюлу Фэйсян – Путешествие с Фениксом. Книга 1 (страница 5)

Разгневанная собственным смущением, Лазурная Принцесса резко прикрикнула:

– Какая наглость!

Острый клюв дернулся вперед и угодил прямо в кончик носа юноши. Син Юнь, совершенно не ожидавший нападения, завалился назад и смог вернуть равновесие, только сделав несколько шагов, после чего схватился за нос и опустил голову.

Гнев еще не угас, однако при виде его понуренной головы Лазурная Принцесса задумалась: а не была ли она слишком резка? Что, если она причинила ему серьезный вред? Да и к тому же… вдруг он теперь решит с ней расквитаться? Шэнь Ли молча ждала, что случится дальше.

Пока она мучилась догадками, плечи Син Юня вдруг слегка затряслись. Птица недоуменно взглянула на него, но услышала только смех, который озадачил ее лишь сильнее. Неужели клюв у нее волшебный и превратил его в дурачка?

Син Юнь отнял руку от красного опухшего носа, потом бесстрашно вернулся к ней и легонько похлопал по голове.

– Мастерства у тебя и правда не отнять, – произнес он без намека на злость и, подняв люффу, принялся чистить женьшень.

Удивленная Шэнь Ли уселась в деревянном тазу. Никогда прежде она не встречала настолько непонятного человека…

– Глупая птица.

Услышав эти тихие слова, она подняла голову и тут же получила прямо по клюву комком мокрой земли. Земля стекла, забив и без того маленькие ноздри. Шэнь Ли открыла клюв, чтобы вдохнуть, но грязь попала и туда, отчего птица принялась кататься в приступе кашля по всему тазу. А Син Юнь продолжил как ни в чем не бывало мыть корни.

«Да он же… да он же как дите малое! Мстительный маленький ребенок!»

Шэнь Ли все же решила остаться на время в доме Син Юня, и причин на это у нее было две. Во-первых, здесь восстановление ее физических сил протекало очень быстро: не прошло и нескольких дней, как рана, оставленная Мо Фаном, окончательно перестала стеснять ее в движениях. Во-вторых, ей не очень-то хотелось, чтобы кто-то поймал ее и сварил.

Вот только Шэнь Ли беспокоило, что духовная сила не спешила к ней возвращаться. Она не знала, как снова обретет свою человеческую форму, не знала, когда сможет покинуть это место, и не представляла, когда ее настигнут войска Демонического царства. К счастью, время наверху текло иначе, чем в Царстве людей, а значит, у Шэнь Ли его было с запасом.

– Пора есть, – донесся из дома голос Син Юня, и птица запрыгнула на краешек стола.

Шэнь Ли была уверена, что именно еда хозяина дома способствовала настолько быстрому восстановлению сил, поэтому каждый день подчистую сметала его стряпню. Одна лишь беда…

– Почему мы снова едим паровой хлеб?

Уставившись на тарелку с едой, она недовольно клацнула когтем по краю. Неважно, насколько вкусно блюдо, оно приедается, если готовить его каждый день. Но что важнее, хорошо бы уже и мяса поесть!

– Тебе невкусно?

– Вкусно, но мясо вкуснее.

– На него нет денег.

Такой прямой ответ удивил Шэнь Ли. Она подняла голову и окинула взглядом жующего хлеб Син Юня.

– Даже иногда? Ты пусть и не похож на зажиточного мужчину, но и не бедняк же?

Тот лишь спокойно улыбнулся:

– Бедняк, зато характер у меня прекрасный.

Несмотря на то что слова эти не радовали, они были правдивы. Отвернувшись, Шэнь Ли посмотрела на сохнущий в саду дикий женьшень.

– А что с продажей? Наверняка можно выручить немало.

– Взамен я беру травы в лавке лекаря, – как ни в чем не бывало ответил он, словно собственная болезнь его совсем не заботила.

А вот Шэнь Ли удивленно застыла, но, так и не решившись что-либо сказать, просто молча склонила голову к паровому хлебу.

Глубокой ночью, когда, по ее расчетам, хозяин дома уже видел десятый сон, Шэнь Ли вышла в освещенный луной сад. Долгое время она восстанавливала внутреннее дыхание[5], после чего протянула лапу к белому камню перед собой и коснулась его. Тот засветился, словно став на мгновение золотым, но сияние тут же рассеялось, а камень так и остался камнем.

Шэнь Ли горестно вздохнула. Чего и следовало ожидать, никакого результата. Внутри нее не осталось даже капли духовной силы на то, чтобы превратить камень в золото. Расстроенная, она уселась на землю. Впервые за всю свою жизнь Лазурная Принцесса ощущала подобное бессилие.

Она взглянула на чернеющий в ночи дом. Ветер приносил из его комнат легкий запах лекарств. Птица взмахнула пару раз крыльями, собралась с силами, вновь встала и, подняв клюв к луне, сосредоточилась.

Этот Син Юнь проявил к ней милость, а Шэнь Ли прекрасно знала, что за добро платят добром. Вот только, хоть она и была Лазурной Принцессой, занималась она делами военными: убивала врагов и вела бои, а не спасала людей и не излечивала недуги. И поскольку исцелить этого доходягу она не могла, ей оставалось лишь сделать так, чтобы остаток его жизни прошел лучше, чем прежде.

Шэнь Ли глубоко вздохнула, вбирая в тело силу лунного сияния[6], после чего вновь склонилась к белому камню и легонько его клюнула. Ночь озарилась. Шэнь Ли открыла глаза и увидела, как внутри камня мечется золотистый свет, вот только в итоге он тоже исчез без следа. Она со злостью наступила на камень.

– Никакого от тебя толку! – Не успела она договорить, как вскрикнула от боли и поджала лапку. – Ай!

Попрыгав на одной лапе пару кругов, птица гневно уставилась на обидчика и в сердцах добавила:

– Глупый камень!

В конце концов она вновь оказалась перед ним, собираясь все же превратить камень в золото. Полностью погруженная в свое дело Шэнь Ли и не подозревала, что за темным порогом маленького дома за ее действиями все это время наблюдала пара глаз. Когда ее очередная попытка закончилась провалом, подол светлых одежд качнулся, и молодой мужчина исчез внутри дома. Син Юнь порыскал в шкафу и, достав оттуда с десяток медных монет, прикинул в ладони их вес.

– Нужно бы прикупить завтра пару лянов мяса.

Ночь, проведенная за впитыванием лунного света, оказалась безрезультатной. К утру подавленная Шэнь Ли положила голову на камень, чтобы поспать, вот только неожиданно услышала скрип ворот. Сон как рукой сняло, и птица немедленно выбежала во двор. Син Юнь как раз собирался выйти на улицу, но за спиной у него не было корзины, да и узла в руках тоже.

– А женьшень? – удивилась Шэнь Ли.

– Он еще сушится. – Склонившись, Син Юнь похлопал ее по голове. – Я иду за покупками, а ты присмотри за домом.

– Я с тобой, подожди!

Развернувшись, Шэнь Ли побежала в сад, схватила клювом камень, который не смогла превратить в золото ночью, и так же бегом вернулась.

– Тепевь мовно, – едва разборчиво произнесла она.

Шэнь Ли решила, что раз луна ей не помогла, то не помешает попробовать энергию солнца. Если удастся обратить камень в золото, можно будет и прикупить что-нибудь полезное.

Син Юнь на мгновение удивленно уставился на камень в ее клюве, но лишних вопросов задавать не стал и только улыбнулся.

– И куда ты так собралась? На рынке полно людей: если разделимся, то ненароком и в суп угодить можешь. Давай повяжу тебе на шею веревку, чтобы не потерялась?

Услышанное привело Шэнь Ли в ярость.

– Какая наглость! – Она захлопала крыльями. – Я из доброты своей иду с тобой на рынок! В благодарность ты, естественно, должен нести меня… на руках! Поторопись!

Син Юнь смерил раскинутые в стороны крылья долгим тревожным взглядом, но затем вдруг улыбнулся и действительно склонился, чтобы взять ее. Шэнь Ли повертелась у него в объятиях и, наконец-то отыскав удобное положение, велела:

– Шагай аккуратнее, чтобы без лишней тряски.

– Хорошо. Как прикажет курица, – улыбнулся молодой мужчина.

Всю дорогу Шэнь Ли пыталась применить духовную силу, но безрезультатно. Син Юнь же, не обращая внимания на ее потуги, спокойно шагал вперед. Когда они добрались до рынка, послышался голос, озвучивавший цены на мясо. Син Юнь призадумался. Не годится, мясо снова подорожало, теперь ему и двух лянов не купить… а аппетит у этой курицы хороший, она так не наестся, да еще и ворчать начнет, и уже непонятно, до каких пор будет ковырять свой камень…

В этот момент рядом вдруг раздалось:

– Гадание на богатство за десять медных!

Син Юнь обернулся на голос: там стоял мужчина лет тридцати с флажком торговца, явно выдающий себя за колдуна-предсказателя. В это самое мгновение он сжимал руку какого-то юноши, а из его рта непрерывным потоком лились слова:

– Крест на ладони сулит большую удачу! Господин, ждите скорого блага…

Син Юнь молча понаблюдал немного, а затем вдруг шагнул ближе.

– Братец, – встрял он, обратившись к молодому человеку, – сегодня в полдень в твоем доме случится пожар. Если вовремя не вернешься, сильно пожалеешь.

Стоило словам прозвучать, как оба – и предсказатель, и юноша рядом – удивленно застыли, даже Шэнь Ли в руках Син Юня вскинула голову и в недоумении взглянула на него. Первым опомнился колдун.

Он нахмурил брови и раздраженно ответил:

– Чепуха! Ступай-ка отсюда и не порти удачу молодого господина.

– Чепуха или нет, станет ясно, когда он вернется домой, – спокойно улыбнулся Син Юнь. – Сегодня после полудня я буду ждать тебя на этом же месте.

Раз молодой человек изначально решил получить предсказание, значит, и без того верил в это дело, поэтому такое уверенное заявление, разумеется, заставило его занервничать. Помешкав немного, он все же вырвал ладонь из хватки предсказателя и торопливо зашагал домой.