Цви Найсберг – Цунами тоталитарной идеологии (страница 2)
То есть, может быть те или иные наиболее ретивые фанатики о чем-либо подобном и вправду ведь думали, но основная масса народа совсем не горела жаждой истребления всех гугенотов до самого как есть считай распоследнего из их числа.
Да только в новые времена стало уж разом хватать одного того еще донельзя броского и липкого слова и все то яростно уничтожаемое исключительно мнимое зло незамедлительно перевоплощало до чего многих и многих живых людей в тот как есть совсем ничтожный мусор, который было бы истинно во грех сходу не вымести вон.
А потому и сама смерть тогда перестала быть хоть сколько-то наглядно и впрямь-таки весьма избирательной…
И те самым коренным образом подлежащие истреблению люди при этом никак так не становятся жалкими скотами.
Нет дело тут будет вовсе не в том, а попросту более уж сколь еще явно не видят новоявленные властители чужих судеб в тех кем-то никак так не дрожащей рукой кружочком обведенных личностях хотя бы одного вообще человека…
А следовательно крайне резкие повороты судьбы в жизни всего существующего общества уж до чего только крайне вредны для буквально всякой общественной морали.
И все это именно так чисто уж явно поскольку, что фактически так любое начисто подчас разрушающее сами основы этических норм внешнее воздействие исключительно так поболее сходу отягощает все те весьма давнишние задушевные недостатки…
Да и вообще необходимо иметь в виду, что сходу вот разом поменять надо бы никак не весь строй общества, а только лишь того самого полностью так отдельного человека.
То есть, для вполне всесторонне благоразумного развития индивидуальности любого представителя той или иной общественной среды нужно бы научиться обоюдовыгодному взаимопроникновению частного и общего.
Да вот еще и безо всякого насилия одного над другим.
Ну а всяческая сколь безбожно слепая массовость только и наплодит из людей одних разве что совсем же безынициативных муравьев!
Да и вообще в деле постепенного преображения среднего людского сознания весьма так наиболее еще будет важна именно та самая необходимость создать все те должные условия дабы из средств массовой информации на простого и невежественного обывателя никак так никогда не надвигалась столь непроглядная серая мгла отвратительно мерзких имперских амбиций.
А впрочем даже и самыми наилучшими целями вовсе-то нельзя то самое невероятно огромное человеческое сообщество каким-либо образом на самом ведь деле воспитывать откуда-то совсем уж считай издалека и извне.
И все – это исключительно потому что никакие теории тут ни в чем и близко уж так никогда не помогут.
Нынешние люди вообще почти что никак не восприимчивы к каким-либо довольно-то бесчувственно жестким доводам сухой морали, а эмоциональные воззвания разве что только и смогут пробудить в них весьма вот искреннюю веру.
Однако ничему такому при всем том разом не стать истинным стимулом к какому-либо до чего длительному самоусовершенствованию.
И в подобном виде все это было и есть, да и далее будет именно как раз-таки потому, что тот наиболее обычный же мелкий человек весьма откровенно признает за настоящих людей лишь тех, кого он довольно-то близко на деле знает и вполне по-настоящему любит.
Ну а всех тех остальных ему будет как и понятно никак ненамного, куда так только поболее жаль, нежели чем ту же овцу или курицу.
А, кроме того, ему заодно и сколь еще легко будет разом внушить самую же беспощадную ненависть ко всем тем для него по той или иной причине явно чужим.
Ну а до самых краев весьма вот бескрайне ею, переполнившись, он, в самом так конечном итоге, и станет тогда гораздо опаснее любой ядовитой змеи.
Причем в этом мире и сегодня есть те, кто безумно жаждут превратить почти бесформенные интеллектуально массы народа, в тот считай до конца более чем вполне послушный инструмент для самого скорейшего и наилучшего затем очищения самих же недр всей матушки-земли от людей почему-либо и впрямь на редкость еще отчаянно вредных.
Ну а вследствие всего того никому отныне вообще ведь далее абсолютно так явно не нужных.
И главное, ничего тут никак совсем не попишешь, раз во всем этом пока более чем откровенно примитивнейшем мире, сколь еще безотрадно подчас преобладают самые наглядные тенденции к медленному но верному превращению живых людей в движимых одними социальными инстинктами строителей большого общественного муравейника.
Да и вообще, сама по себе людская натура зачастую весьма тяготит к сущему деспотизму одной той необычайно сильной личности над неисчислимо многими до чего отныне бесправными другими.
И наиболее неразрывным образом все – это было связано, как раз с той самой глубоко затаенной дикостью всех тех как они ныне есть духовно ни в чем никак и поныне вовсе не развитых обитателей матушки-земли.
Причем дикость эта фактически всегда имеет достаточно большие шансы вырваться куда-либо всесильно наружу, если уж к тому и впрямь еще беспутно создадутся все те наиболее подходящие для того «наиблагие условия».
А впрочем, надо бы тут разом так сходу оговориться, а именно, считай до чего трезво же указав именно на то, что сама как она есть довольно существенная первопричина весьма вот принципиальной же хрупкости всего этого нашего буквально-то всеобщего глобального мироустройства как-никак, а сколь четко очерчена и обозначена самой изначальной общечеловеческой сутью.
2
Причем та наиболее заглавная соль земли и близко ведь явно не будет разом уж полностью заново перепахана из-за всего того небесно сладостного полета совсем так не в меру затейливой и праздной мысли, что и впрямь-то частенько еще достопочтенно встречается посреди с блеском отображенных «бумажных реалий».
Мир сурового быта, несомненно, незыблем, и его вовсе так и невозможно будет переменить даже и в самом ярком свете подчас совсем через край витиевато величественной художественной литературы.
Правда это, конечно, без тени сомнения, прежде всего разве что свойство чисто западноевропейского, всецело на редкость исключительно падкого до всякой суетливой восторженности чересчур уж не в меру узколобого именно ИХ мироощущения.
А все-таки вполне оно нашло свое исключительно наглядное отображение, в том числе и в русском творческом уме.
Причем подобному творчеству весьма уж изумительно свойственна как есть величественно отвлеченная буквально от всех житейских реалий вовсе так не в меру страстная говорливость.
Ну а заодно в ней весьма вот зримо присутствует непомерно вознесенная над всем и вся чересчур возвышенная идейность, да и вообще довольно-таки общая пышность крайне слащавого мышления.
Причем было нечто подобное фактически начисто разом оторвано от всего того, что вообще ведь только могло быть хоть сколько-то на деле увязано со всеми теми чисто бытовыми рельсами до чего еще безбожно примитивнейшей нашей обыденности.
А между тем подобного рода веяния были и впрямь же непременно чреваты самыми всевозможными благими заблуждениями, а потому по временам и сечет данное сладострастно обволакивающее все и вся мировоззрение всяческих нерадивых грешников, словно тот еще меч Божий.
Причем, ясное дело, что как-никак, а осуществляются все эти бравые дела именно что при том крайне так невоздержанном и фанатичном посредстве ее наиболее яростных, да и, кстати, почти беспричинно восторженных почитателей.
Ну а те явно что считай в единый миг уж отчаянно жаждут именно что разом так свести на нет и полностью изничтожить всякое, то доселе вот незыблемое вековое зло.
Более чем сходу разом найдя тех самых вполне конкретных виновных во всем том, что нисколько совсем неправедно везде и повсюду из-за дня в день уж само так собой беспрестанно вовсе-то неправо и поныне само собой разом так происходит.
И вот будто бы нет, как нет той вконец проржавевшей системы напрочь устаревших и очень даже откровенно жестоких взаимоотношений.
Нет уж ныне только лишь и есть как есть те самые люди, которых и впрямь-таки надо бы попросту так именно вывести, словно тех еще тараканов дабы отсель раз и навсегда устранить их присутствие во всем том отныне сколь еще очаровательно славном дальнейшем.
Ну а именно тогда весьма повсеместно сходу и воцариться то самое считай же всеобщее благоденствие, счастье и процветание.
Причем – это именно данная прекраснодушная мысль до чего совсем так безудержно более чем ласково, сияя всею красотой своих чисто внешних и ярких одежд, буквально-то без устали беспрестанно так и глаголет о том попросту считай безграничном величии необъятно широкого вселенского добра.
И главное дело-то ясное давно бы ему пора сходу победить всякое то доселе существовавшее былое зло.
Причем сама ничтожность всех тех благих намерений совсем уж неизменно ускользает от глаз тех, кто пристально глядит на мир через призму ярких и возвышенных чувств.
Хотя прежде-то всего надо бы между тем буквально каждому напрягать зрение, дабы четко и ясно увидеть черствую и серую реальность полнейшего бездушия и пренебрежения властей к простым гражданам фактически любой страны мира.
А впрочем, и среди сильных мира сего есть люди явно иного плана, но их мало и они и близко никак не в почете.
И эти и впрямь-то чисто же чудовищные недостатки власти, не засучив рукава абсолютно ведь никому нигде не изжить.