Цви Найсберг – Цунами тоталитарной идеологии (страница 10)
А еще всякое людское чрево, как правило, буквально доверху переполнено тем самым откровенно же скотским страхом за всю свою задушевную сущность в преддверии вечного атеистического небытия.
29
То, что продолжение явно грядет и если не для нас лично, то вот для всех тех других точно таких, как и мы, грядущих людей, в мыслях законченных эгоистов, пожалуй, занимает самое незначительное, исключительно же крохотное место.
Они, несомненно, живут с тяжким предощущением собственного будущего конца, а именно потому им и надо было весьма беззастенчиво переделать сразу-то весь этот подлунный мир, дабы максимально прочно тем и оставить о себе в нем память на все те некогда лишь только грядущие последующие тысячелетия…
Ночное небо и поныне бездонно согревает их томные сердца всякими сладостными мыслями о том, что, уж, будучи полностью само собой почти так идентичным нынешнему, оно и впрямь некогда навевало думы и создавало сладостные грезы в душах многих и многих поколений тех еще древних греков и римлян.
Однако поэт Маяковский был нисколько при этом явно не прав: вовсе не для нас сегодня зажигаются далекие звезды, а куда вернее – для тех, кто будет жить через многие сотни лет после этого нашего уж сколь еще чрезвычайно бурного катастрофическими событиями века.
Хотя уж доведется ли кому-либо там когда-нибудь вообще жить или нет, то вот как-никак, а окажется всецело зависимым, прежде всего от той даже и невольно намеренной сколь необъятно еще и еще расширяться вовсе-то необузданной нынешней тупости.
Ну а впрочем, точно также довольно многое будет зависеть и от всего того до чего же всесильно безответственного невежества всяческого рода представителей нашего сегодняшнего научного мира.
30
Хотя нет, конечно, мы ведь все сегодня очень уж даже невероятно умны, а необычайно высокие сферы духа совершенно вот четко и ясно проникнуты неземной красотой, исходящей из некоего абсолютно иного, а именно куда только поболее, нежели чем все это наше нынешнее прозябание невообразимо изумительного бытия.
Причем что есть, то есть, нет никакой к тому особенной причины более чем безоглядно и бездумно сходу разом чисто на ходу все сразу непременно отрицать?!
Ну, уж нет, то ведь совсем абсолютно на деле бесспорно…
Как-никак, а тот неистово стремительный ход развития высокого творческого сознания у сугубо отдельных личностей и впрямь во многом на редкость многозначительно схож именно с тем безумно и яростно низвергающим свои воды горным потоком.
Причем он действительно же вполне безупречно реален во всей своей четко и ясно осязаемой да и полностью доступной всякому взору основе.
Чье-либо воспаленное воображение (само по себе явно бесталанное или по сущей лености и близко не способное ко всякому подлинному творческому труду) может создавать одни яркие блики, кидая их в равнодушную толпу, которая между тем, если чему и внемлет, так это разве что тому ничем уж ненасытному инстинкту самого еще массового потребления.
Поскольку буквально всякое простодушно мыслящее население только лишь и всего немыслимо уж радостно жаждет наиболее наилучшего освоения всех тех хоть сколько-то ему на деле доступных во всем этом мире благ и удобств.
31
А при таких донельзя прискорбных делах и без того безгранично невзрачная действительность в том еще самом истинно наихудшем своем виде явно вот затем уж предстанет перед глазами именно тогда, когда всеблагие народные просветители и впрямь-таки полностью и до конца всецело уверуют в свою единственно верную «святую ложь».
Им было вполне свойственно более чем исступленно исповедовать принцип священной силы, способной разом одарить весь этот мир сущей радостью самого еще полноценного освобождения от всех тех, прежде уж всего именно что внутренних его вековых оков.
Причем сколь радостно и весело добиться данного всеобщего блага было бы в их глазах на деле уж как-никак, а действительно так возможно разве что исключительно же внешними и безнравственно насильственными действиями.
Ну а в результате всех тех изумительно высоких и благих весьма задушевно же возвышенных намерений затем и возникнет то самое чрезвычайно воинственное государство извечно как есть и близко никем невыполняемых насквозь лживых обещаний.
И сердце народа будет снова тогда буквально доверху переполнено дикой тоской по некоему новому избавителю от всего того до чего крайне совсем же неприглядного засилья той-то самой ныне разом вот и повылезшей в господа бывшей голодранной черни.
И ведь окажется она, куда и впрямь вороватее и ухватистее всех тех, кто как-никак, а сразу уродился барчуком, ибо, откуда тем вообще было, собственно, знать про все те чисто житейские народные хитрости?
32
К тому же и в само сердце тех, кто (в той ныне полностью прежней царской России) сразу так уродился богатым, и близко не заползала зимняя стужа большевистской идеологии, что самым целевым образом обволакивала людские сердца всем тем кровавым кумачом.
Ну и как раз-таки она, между тем, и обхватывала до чего многие души ледяными нитями совершенно уж абстрактной логической правоты…
И это именно данная идеология весьма ведь простецки и обезличенно все и вся безразлично взвешивала именно что на весах всеобщего и крайне обезличенно абстрактного блага.
Причем это самое пресловутое «всеобщее благо» явно вот всецело при этом проецировалось именно на чьи-либо самые конкретные насущные нужды, попросту разом спешно же надеваясь на них, словно бы чулок на изящную женскую ножку.
Ну а прежние господа были людьми степенными, пожалуй, излишне кичливыми, но, однако при всем том во всей своей основной массе никак не было им свойственно сколь еще явное злорадство по поводу всех тех весьма извечных и чисто бытовых народных трудностей.
Да и не страдали они в свое время от холода и голода, а также и не испытывали на самих себе все тяготы самого подчас до чего только непосильного физического труда.
Однако коли прямиком на деле завести разговор именно обо всех тех, считай ведь новоявленных господах-товарищах, то чего это тут вообще возможно было бы поделать, раз и впрямь чисто как есть вполне еще надо на самом-то деле весьма ответственно сходу подметить.
Уж чего-чего, а совсем ненароком упустив из своих загребущих лап власть, они как минимум рисковали попросту прямиком к тому самому весьма простому и крайне незатейливому житью-бытью вслед так, затем более чем незамедлительно и возвратиться…
33
А впрочем да они явно хотели только как лучше, стремились всею душой к счастью и освобождению угнетенных и голодных народных масс.
И, кстати, были те массы в те времена, впрочем, как и сегодня до той уж самой последней ведь нитки всецело обобраны, да и самым непосильным трудом до чего вконец совсем обездолены и заморены…
А впрочем, может еще быть, что те нисколько небезызвестные прекраснодушные либералы, поигрывая при этом стальными мускулами своих праздных и надуманных убеждений, и впрямь-таки безмятежно всею душой стремились к самому явственному улучшению жизни серых масс простого народа.
Однако все их рьяные последыши, идя след в след по их откровенно кровавому пути, некогда сколь явно уж затем перешли от бесшабашных и взбалмошных планов по принципиально бессмысленному облагораживанию всего рода людского к делам лишь значительно поболее неприглядно темным, да и попросту КАТАСТРАФИЧЕСКИ БЕЗОТРАДНЫМ…
34
Цели всех тех, кто на редкость обезличенно уж более чем наскоро присобачил все свое изуверски потребительское мировоззрение ко всем, тем довольно-то аскетическим революционным нуждам, были гораздо прозаичнее, а души – куда только весьма безнадежно черствее.
И все это до чего многозначительно разве что потому, что были те рьяные прихлебатели истыми врагами буквально всякого, считай еще изначального уж еще донельзя гиблого своего неблагополучия.
Да и вообще они вполне ведь являлись сущими нахлебниками из столь как есть самой бесславной породы тех, кто всеми силами тянулся к одной той большой и малой личной выгоде и совсем уж ни к чему, собственно, большему.
Однако и те праведно благие в самой глубине своей души «благодетели народные» были уж явно без царя в голове, а именно потому и весьма несусветно как есть садистки жестоки.
Ну а также исключительно же непроглядно были их души более чем яростно фанатичны и темны, а потому и главная их житейская психология сколь доблестно до самого дна была пропитана сурово идейным невежеством.
А чисто потому и были они на редкость воинственно слепы…
Причем всю их беспримерно лютую бессердечность полностью и до конца выразил большой писатель Владимир Тендряков в своем автобиографическом рассказе «Хлеб для собаки».
35
Может быть, конечно нечто подобное было их весьма вот уж трудным, но верным путем исключительно продуманного и постепенного достижения всеобщей грамотности, культурного развития нации – превращения аграрной державы в техногенно вполне разумно сформированное современное государство?
Что же, пусть чисто формально оно и будет именно так, однако защищать своих сограждан нужно бы не только от некоей той и впрямь почти начисто подчас пресловутой внешней угрозы.
Нет, крайне ведь важно будет их точно также оберегать и от всех тех сугубо внутренних факторов, что могут подчас полностью и до конца явно нарушить пасторально обыденное и крайне неспешное течение всякой той еще их обывательской жизни.