Тривия – Нехорошая вакансия (страница 8)

БАБАХ!

Когти монстра в щепки разорвали плотный картон. Тысячи крупных крупинок поваренной соли высшего сорта брызнули во все стороны, словно соляная шрапнель из дробовика. Большая часть этого белого облака попала оборотню прямо в разинутую пасть и на влажные, сочащиеся изумрудным светом глаза.

— «Продукт сертифицирован! Без ГМО! Помол номер три!» — на всякий случай заорал Ярослав самое главное заклинание.

Эффект превзошёл все ожидания. Соль, вступив в реакцию с оживлённой Зеркалом резиной, сдетонировала. Морда оборотня зашипела, как брошенный на раскалённую сковороду кусок сливочного масла. Тварь захлебнулась собственным визгом, её лапы потеряли опору, и на очередном крутом вираже монстра сдуло с бортов вагонетки. Он тяжело шмякнулся на рельсы позади, мгновенно сдуваясь и превращаясь обратно в безобидный, облезлый поролоновый коврик для прихожей.

— Минус один, — тяжело дыша, Ярослав вытер рукавом пот со лба. Рука дико дрожала, а на ладони остались мелкие царапины от когтей.

— Не расслабляйся, салага! — Кот наконец переполз с затылка парня на его плечо, судорожно поправляя несуществующее пенсне. — Мы выходим на финишную прямую лабиринта! Гляди вперёд! Там туннель заканчивается!

Впереди действительно забрезжил слабый, серый свет настоящей ночи. Грохот колёс сменился звонким, открытым гулом — вагонетка на полной скорости вылетела из ангара «Комнаты страха» наружу, на проржавевшие, заросшие вьюнком эстакады старых американских горок, которые хитрым узлом переплетались прямо над центральной аллеей парка. Холодный осенний дождь мгновенно ударил Ярославу в лицо, принося мимолётное отрезвление. Но радоваться было рано: рельсы впереди круто уходили вверх, под углом почти в сорок пять градусов.

Вагонетка со скрежетом преодолела верхнюю точку подъёма. На секунду Ярослав почувствовал себя в невесомости — тележка оторвалась от ржавых рельсов, зависла в холодном ночном воздухе, а затем с диким свистом ухнула вниз, на затяжной вираж американских горок. Мелкий дождь больно сек лицо, превращая встречный ветер в поток ледяных игл.

— Держись, двуногий! Моя карма такого аттракциона не заслужила! — орал Иннокентий, зажмурив глаза и превратившись в тугой, дрожащий розовый комок на плече Ярослава.

Эстакада американских горок петляла на высоте третьего этажа, пролетая прямо над раскидистыми кронами старых тополей. С этой высоты ночной парк казался огромным чернильным пятном, по краям которого тускло мерцали огни спящего города. Но Ярославу было не до панорамных видов. Прямо по курсу, метрах в тридцати впереди, металлическая эстакада сужалась, переходя в узкий технический мостик со сквозным настилом.

И именно там, шатаясь от усталости и порывов ветра, бежал давешний ниндзя в рогатом шлеме. Его латексный костюм в свете далёких фонарей отливал мокрым блеском. Малолетний повелитель клубничного дыма явно переоценил свои физические возможности. Под мышкой правой руки он судорожно сжимал тяжёлое ростовое Зеркало Истины, выломанное из рамы вместе со строительными болтами, а в левой руке всё ещё держал Компас Душ. Артефакты тянули его к земле, парень спотыкался, его длинный кожаный плащ путался в ногах, сводя всю паркурную грацию к нулю.

— Ярик, гляди! Вон он, ниндзя-недоучка! — Кеша приоткрыл один глаз и ткнул голым розовым пальцем вперёд. — Он тащит Зеркало! Если он уронит его со стены, хрусталь разобьётся, и вся эта поролоновая шваль в ангаре останется жить вечно! Нам нужно перехватить его до того, как он спрыгнет на пожарный канат!

— А я по-твоему что делаю?! Педали кручу?! — заорал в ответ Ярослав, тщетно пытаясь найти хоть какое-то подобие руля или тормоза внутри ржавой пионерской тележки.

Вагонетка, подгоняемая силой притяжения и наэлектризованными рельсами, стремительно сокращала дистанцию. Скорость была такой, что стыки металлических балок слились в один сплошной, нарастающий гул: тррррррррр. До технического мостика оставалось пятнадцать метров. Десять. Пять.

Подросток в рогатом шлеме услышал грохот колёс за спиной, испуганно обернулся и от неожиданности выронил электронную сигарету, которая, светясь синим огоньком, полетела вниз, в темноту кустов. Лицо парня за стеклом шлема исказилось от ужаса — на него на полной скорости нёсся ржавый курьерский болид с безумным парнем и орущим лысым котом на борту.

— Стоять, Клан Чёрной Тени! — закричал Ярослав, поднимаясь в несущейся тележке во весь рост и балансируя руками, как заправский серфингист. — Доставка прибыла! Получите, распишитесь!

Подросток в рогатом шлеме не успел сделать и шага к спасительному пожарному канату. Из темноты под техническим мостиком, с треском ломая толстые тополевые ветки, выросла колоссальная тень. Оживший двухметровый Франкенштейн, напитавшийся силой Зеркала Истины, не собирался оставаться в душном ангаре. Он притопал по аллее вслед за грохотом рельсов и теперь, глухо рокоча, обрушил свой гигантский пенопластовый кулак, обрётший вес гранитной глыбы, прямо на металлическую опору эстакады.

БАБАХ!

Толстая швеллерная балка согнулась, словно пластилиновая. Технический мостик под ногами воришки ухнул вниз на добрый метр. Заклёпки полетели во все стороны со свистом пистолетных пуль.

Ржавая вагонетка Ярослава в этот момент как раз влетала на стык мостика. Лишившись опоры, передние колёса тележки с жутким скрежетом сорвались со сломанных направляющих. Вагонетку подбросило вверх. Парень на секунду очутился в абсолютной, звенящей тишине свободного полёта, созерцая под собой разинутую пасть Франкенштейна и летящего рядом в воздухе лысого кота, который растопырил все четыре лапы и дико орал на ультразвуке.

— Лови-и-и-и его-о-о-о! — эхом разнёсся кошачий вопль.

Ярослав в воздухе сгруппировался и выставил вперёд руки, целясь аккурат в скользящий латексный силуэт подростка.

ХЛЫЩ! БУМ!

Парень всем телом протаранил воришку-ниндзя. Они лавиной покатились по накренившемуся деревянному настилу мостика. Коробка с Зеркалом Истины выскользнула из рук подростка, со свистом пролетела над перилами и зависла, зацепившись краем серебряной рамы за торчащую строительную арматуру прямо над бездной. Золотой Компас Душ со звоном покатился по доскам.

Конструкция мостика окончательно сдалась под вторым ударом Франкенштейна. Деревянные щиты лопнули, и Ярослав, воришка, кот и куски настила весело полетели вниз с высоты добрых семи метров.

Смерть от удара о разбитый асфальт казалась неизбежной, но у судьбы были свои планы. Прямо под мостиком располагалась летняя детская зона, где огромной жёлто-зелёной горой высился надувной батут в виде сказочного замка.

БП-П-П-Ф-Ф-Ф-Ф-Х!

Удар получился знатным. Ярослав спиной пропахал упругую виниловую крышу надувного дракона, подпрыгнул метра на два вверх, сделал невольное сальто и со всего маху зарылся носом в бассейн, доверху наполненный разноцветными пластиковыми шариками. Рядом с сухим шорохом приземлился воришка.

Через секунду из кучи зелёных и красных шаров вынырнула абсолютно безумная, розовая и сморщенная морда Иннокентия. Кот отплевывался от пыли, его уши мелко подрагивали.

— Ярик! Ярик, ты живой, мешок с костями?! — заорал Кеша, карабкаясь по шарикам к борту. — Если ты сдох, я не смогу один дотащить это Зеркало, оно весит как средний холодильник!

— Живой я, живой… — раздался глухой стон со дна пластикового бассейна. Ярослав кое-как перевернулся на бок, чувствуя, что все кости целы, хотя в глазах до сих пор летали разноцветные круги, никак не связанные с пластиковыми шарами.

Пластиковые шарики с сухим шуршанием расступились. Ярослав рывком поднялся на ноги, тяжело дыша и выковыривая из-под воротника куртки застрявший там синий пластмассовый шарик. Его левый бок после всех кульбитов дико ныл, но адреналин в крови всё ещё глушил основную боль.

В паре метров от него, в том же сухом бассейне, судорожно барахтался чёрный латексный ниндзя. Столкновение с надувным драконом окончательно выбило из него весь маговский пафос. Рогатый мотоциклетный шлем съехал набок, закрыв парню обзор, и тот беспомощно махал руками, напоминая перевернувшегося на спину жука.

Ярослав сделал два тяжёлых шага по шатающемуся дну батута, наклонился и одним резким движением сорвал со злодея шлем.

— Клан Чёрной Тени, говоришь? — тяжело выдохнул курьер, нависая над пленником.

Под шлемом обнаружилась вовсе не зловещая морда чернокнижника, а абсолютно зачуханный, испуганный физиономия бледного подростка лет семнадцати. На его лбу красовались три сочных юношеских прыща, а из носа вытекала тонкая струйка крови. Парень зажмурился, вжал голову в латексные плечи и запричитал тонким, ломающимся голоском, растерявшим все эффекты электронного вокодера:

— Не бейте! Пожалуйста, не бейте! Я всё верну! Я просто хотел стать крутым, как в аниме! Меня в школе все чморят, девчонки не смотрят! А в даркнете на форуме написали, что с этими штуками можно вызывать суккубов и повелевать одноклассниками!

— Суккубов он захотел, повелитель прыщей, — Иннокентий вальяжно подошёл по краю батута, брезгливо подёргивая голым хвостом. Кот выглядел сурово, несмотря на то что к его лысому лбу намертво прилипло искусственное крыло от резиновой летучей мыши. — Ты хоть понимаешь, дитятко, что если бы мы не замкнули этот контур, твои «верные слуги» из Комнаты страха к утру пустили бы тебя на фарш для чебуреков? Оккультизм — это тебе не в телефоне кнопочки тыкать. Это суровая мужская работа со шваброй наперевес. Марш отсюда, пока я не натравил на твой телефон проклятие вечного спам-обзвона от стоматологических клиник!