Тревор Моавад – Главное правило мышления (страница 30)
В день презентации снова вспомните все шаги, которые вы сделали в ходе подготовки. Это факты, на которые вы сможете опереться, чтобы вернуться в нейтральное состояние, если мысли сорвутся с цепи. Перечислите в уме схожие ситуации, когда вы добились успеха или хотя бы выжили. Это поможет вам успокоиться по мере приближения часа икс. Прямо перед презентацией вспомните фильм, который вы посмотрели накануне. Если вы выбрали «Офисное пространство», вспомните, как Питер громит перегородки между столами или дубасит по принтеру бейсбольной битой. Улыбнитесь. Напомните себе, что это не вопрос жизни и смерти, излишняя серьезность тут ни к чему. Если вы выбрали «Каждое воскресенье», вспомните, как спокойно Пачино начал свою речь, а затем перешел на крещендо и довел всех до такого состояния, что они были готовы сквозь стену пройти. Если вы выбрали «Король говорит!», вспомните, как Георг VI восклицает: «У меня есть голос», и не забывайте, что у вас он тоже есть.
Надеюсь, вы не выбрали «Элвина и бурундуков». Они еще никому не приносили пользу.
А если серьезно, выбирайте то, что соответствует ситуации. Главное, чтобы вы подготовились к конкретной цели. И не забывайте, что ваш разум и тело взаимосвязаны. Если вы из тех, кому надо разогнать кровь, чтобы выполнить намеченное, то обязательно сделайте зарядку утром в день презентации. Если вас клонит в сон или тошнит на полный желудок, не ешьте ничего перед презентацией. Если же вам нужно подкрепиться, чтобы показать себя с лучшей стороны, то, возможно, вам следует подготовиться к презентации так, как я готовился к химиотерапии.
Каждый сеанс химиотерапии длился несколько часов. Мне прописали три препарата — гемзар, абраксан и цисплатин, — в день моего первого сеанса я приехал в больницу утром и уехал только после того, как закончилась вечерняя игра Рассела против команды «49». (Я был на Западном побережье, так что до полуночи было еще далеко, но я все равно провел в больнице почти весь день.) В рамках своего плана подготовки в первый же день лечения я собирался предупредить персонал больницы, что ничего не хочу знать о возможных побочных эффектах. Я попросил их дать мне брошюру. Но не стал уточнять, что не собираюсь ее читать. Если появятся побочные эффекты, значит, так тому и быть. Но я не хотел забивать себе голову пугающими вероятностями, которые могут и не произойти. Какая от этого польза? (Я не знаю, повлияло ли это на результат, но у меня были минимальные побочные эффекты от химиотерапии.) Другую стратегию подготовки к химиопроцедурам я позаимствовал у парня, который сам столкнулся со словом на букву «р».
В 2009 году Марк Герцлих был 21-летним здоровым, как бык, лайнбекером Бостонского колледжа. Конференция Атлантического побережья (ACC) назвала его лучшим защитником 2008 года, и впереди его ждала блестящая футбольная карьера. Но готовясь к сезону на последнем курсе колледжа, он никак не мог избавиться от боли в левой ноге. Боль появлялась в бедре, а иногда отдавалась в подколенном сухожилии. Врач решил, что Марк травмировал себе нерв, и отправил его на МРТ. Затем он позвонил Марку, чтобы сообщить результаты, и сказал, что ему нужно проконсультироваться с другим специалистом — онкологом. После дополнительных анализов Марк узнал, что у него саркома Юинга — вид слова на букву «р», поражающий кости. А затем Марку сказали: если окажется, что болезнь не изолирована, придется ампутировать левую ногу ниже колена. К счастью, болезнь осталась изолированной. И Марку назначили агрессивный курс химиотерапии. И она помогла. Марк вернулся в Бостонский колледж на сезон 2010 года, а затем отыграл семь сезонов в команде «Нью-Йорк Джайантс». Он даже помог им выиграть Суперкубок. За семь месяцев химиотерапии Марк многому научился. Но самое главное правило звучит так: ешь как можно больше.
«Еда — как награда. Тебе скажут, что ты потеряешь вес. Но это не обязательно, — сказал мне Марк. — Я ел все, что мог, чтобы удержать вес, и, хотя мои тренировки на беговой дорожке и со штангой оставляли желать лучшего, я максимально старался придерживаться привычного расписания. Как ты и говоришь, Трев. Контролируй все, что можешь, потому что всегда есть что-то, что ты можешь контролировать».
Так что я решил подналечь на поджаренный хлеб с яйцом. Это было очень важно по утрам, когда я готовился к химиотерапии вместе с Джоном Шульцем — моим личным помощником из Moawad Consulting. Мы проходили пешком несколько кварталов в сторону северной части Манхэттен-Бич и усаживались в серф-кафе. Я уплетал столько порций поджаренного хлеба с яйцом, сколько мог. Обычно я придерживаюсь правил здорового питания, но мне нужно было много калорий, чтобы преодолеть это испытание, поэтому я заказывал по две порции поджаренных тостов с яйцом. Возможно, те из вас, кто отказался от углеводов, потеряли сознание, прочитав эти строки, но когда пытаешься справиться с химиотерапией, то прислушиваешься к советам тех, кто пережил ее благополучно. Я был уверен, что чем больше хлеба съем, тем проще будет моему организму переварить химический заряд, который в него будет поступать, не выдавая побочных эффектов. Понятия не имею, так это или нет. Но я твердо знаю, что совершенно не боялся, когда меня подключали к этим препаратам, и у меня не было побочных эффектов, которые так пугают, когда о них пишут в брошюрах, которые я даже не открывал.
Если вы сделаете все возможное, чтобы подготовиться психологически, вы сможете удержать нейтральное мышление, несмотря ни на что.
Глава 9. Сам себе директор
Мой отец много путешествовал, но он всегда оставлял мне маленькие напоминания, чтобы хоть как-то участвовать в моей жизни в Сиэтле, где бы он ни находился. Перед тем как уехать в командировку, он приклеивал разноцветные стикеры на зеркало в моей ванной. На одних стикерах были написаны слова любви. На других — напоминания о привычках, которые мне следует развивать, чтобы достичь своих целей. На третьих были цитаты, посвященные определенному занятию, будь то баскетбол, футбол, театр или контрольная по математике. Одна из этих цитат навсегда врезалась в мою память: «Каждый из нас должен потрудиться, чтобы мир изменился для всех».
В рамках команды, будь то спортивная команда, компания или семья, все мы должны вносить свою лепту. Каждый имеет значение. Коллективное сознание действительно существует. Оно позволяет нам помогать друг другу в стремлении к общей цели. Правильно подобранная команда — колоссальное конкурентное преимущество. В спорте это очевидно. Если добавить Кевина Дюранта к команде «Голден Стейт Уорриорс», где уже играют Стив Карри, Клей Томпсон и Дреймонд Грин, получится еще более замечательная команда. Если вы играете за команду «Тампа-Бэй Бакканирс», добавите в состав Тома Брейди и Роба Гронковски и выиграете Суперкубок, вы обязательно продлите контракт и с другими ключевыми игроками команды, такими как Лавонт Дэвид, Шакилл Барретт и Крис Годвин. В бизнесе это правило тоже действует. Когда в вашей компании открывается вакансия, вы хотите, чтобы генеральный директор нанял своего приятеля или того, кто уже имеет опыт работы на аналогичной должности и достиг определенных высот? Конечно, вы предпочтете опытного эксперта. Даже думать не надо, ответ очевиден.
В спорте главный менеджер и президент команды превращаются в настоящих рок-звезд, если им удается набрать лучших игроков в состав команды. Тренеры ломают голову над расстановкой игроков на поле, чтобы добиться оптимального взаимодействия. И мы радуемся, когда это взаимодействие приносит плоды. Конечно, Леброн Джеймс хочет играть с Энтони Дэвисом. Но Леброн также любит играть с Алексом Карузо, который значительно уступает Энтони Дэвису, но дополняет команду «Лейкерс», делая ее намного лучше. Когда «Лейкерс» шли к чемпионскому титулу НБА в 2020 году, Wall Street Journal[23] назвал лысеющего бывшего игрока низшей Лиги-G Карузо «Леброном, играющим с Леброном». В то время чистый рейтинг «Лейкерс» (насколько лучше или хуже играет команда, когда конкретные игроки или группа игроков находится на площадке), когда Леброн и Дэвис играли вместе, увеличивался на 8 пунктов. Это очень хорошо. Чистый рейтинг, когда Леброн и Карузо находились на площадке одновременно, вырастал на 18,6 пункта. Это потрясающе. Оказывается, Карузо — идеальный партнер для Леброна. Он знает, как поставить заслон и не мешаться под ногами, чтобы Леброн сделал свое дело. Он знает, как создать для Леброна такие условия, которые ему больше всего нравятся. Джеймс сказал в интервью Wall Street Journal, что, когда Карузо на площадке, «нашей команде не о чем беспокоиться».
У вас в жизни есть такой Алекс Карузо? А вы знаете, как это выяснить?
Более двадцати лет я не терял бдительности. Я наблюдал за победами команд Алабамы и Флориды. Я наблюдал за проигрышем Мичиганских футбольных команд. Я видел взлеты и падения мужской сборной США по футболу. Я наблюдал, как отдельные звезды спорта, такие как Мария Шарапова (теннис), Пола Кример (гольф) и Джефф Гордон (автогонки), собирали вокруг себя команду людей, которые помогли им преуспеть. Некоторые из этих команд проводили свои собрания недалеко от моего офиса в Брадентоне, и зачастую они разрешали мне присутствовать. И я внимательно слушал и смотрел.