Трэвис Болдри – Книжные магазины & костяная пыль (страница 51)

Портфель наклонился через ее плечо и изучил результат:

— Увы, я согласен.

Вив вздохнула и протянула мелок:

— Держи.

Гомункул выхватил мелок из ее пальцев костяной рукой:

— Большое спасибо. Как ты думаешь, какой вариант больше подойдет: каллиграфический почерк или черные буквы?

— Из них обоих можно составлять слова?

Он посмотрел на нее своими горящими синими глазами:

— Я... ну, да, очевидно?

— Мы доверяем твоему мнению, Портфель, — сказала Ферн.

Вив поднялась на ноги, в то время как гомункул начал чертить четкие линии в кажущихся случайными местах по всей поверхности грифельной доски.

Ферн привлекла внимание Вив, сунув ей в руки молоток и набор гвоздей, а затем раздала рекламные листовки:

— Вот, держи. Желяю приятно поработать молотком.

Подняв инструмент, Вив осмотрела его с профессиональным любопытством и попробовала взмахнуть:

— Как здорово снова держать в руках кувалду. Я говорила тебе, что потеряла свою?

Ферн закатила глаза:

— Только, пожалуйста, не морочь никому голову. Во всяком случае, не раньше, чем они купят книгу.

— Ммм, да, я думаю, этого будет достаточно, — сказал Портфель, поглаживая свою челюсть пальцем скелета.

Вив и Ферн, разинув рты, уставились на рекламный щит.

На нем, обрамленные четкими геометрическими рамками, были выведены мелом те же слова, что нацарапала Вив, но четким витиеватым почерком.

Книги

Повторное Открытие

Распродажа

Под ними расцвела великолепная монохромная стрелка.

— Что это, во имя всех восьми адских кругов? — выдохнула Вив.

— Слишком ярко? — Портфель выглядел обеспокоенным.

— Ничего не меняй, — сказала Ферн. — Это идеально.

Портфель с тоской посмотрел на рекламные объявления.

— Хотел бы я познакомиться с леди Грейтстрайдер. Остров Грешников — великолепное произведение.

Ферн и Вив обменялись взглядами поверх его головы.

Вив положила руку ему на плечо. Все еще было странно прикасаться к кости живого существа.

— Может быть, ты сможешь? Ну, знаешь, если тебе это понравится.

— Нет, — твердо ответил он. — Я не могу рисковать.

— У меня такое чувство, что у нее достаточно широкий кругозор, чтобы приспособиться к тебе, Портфель, — сказала Ферн. — Мне она показалась достаточно невозмутимой.

Он постучал себя по черепу:

— Я имею в виду риск для нее, если Леди когда-нибудь узнает, что мы разговаривали.

Вив поморщилась и крепче сжала молоток. «Варин придется за многое ответить», — сказала она.

Они расклеивали рекламные листовки по всему городу — на углах, на боковых сторонах конюшен и на любой поверхности, на которую можно было прибить гвоздь. Хайларк даже разрешил вывесить одну из них на стене своего аккуратного офиса, после того как изучил ее с приподнятыми бровями и задумчивым выражением лица.

Вив встретила Иридию на улице и осторожно ей кивнула. Тапенти остановилась, чтобы посмотреть, как она проходит, и, когда Вив вешала рекламу рядом с дверью гостиницы напротив гарнизона Хранителей Врат, она чувствовала на своей спине взгляд женщины.

Иридия, однако, не сделала ни единого движения, чтобы ее остановить.

Мэйли прикрепила одну из них к своей двери, а другую поставила на прилавок.

Вив приберегла свою последнюю рекламу для Окуня.

— Ничего, если я повешу это снаружи? — спросила она Брэнда, протягивая листок через стойку бара.

Он осмотрел его:

— Я думаю, это просто замечательно. Хм. Ты заставила Грейтстрайдер почтить нас своим присутствием, угу?

— Удивлен?

— Да, клянусь адскими дьяволами. За все годы, что я провел в Мраке, я видел ее только однажды. В основном, она держится особняком.

Вив пожала плечами:

— Она мне понравилась. Она сообразительная.

— Знаешь, я тоже так думаю. Жаль, что она держится в стороне от всех. Так вот, Берк, его я видел раз двадцать.

— Ты читал ее книги? — спросила Вив.

Брэнд снова сосредоточился на своей неизменной медной кружке, его татуировки оживились, когда он принялся ее тереть. Он прочистил горло:

— Может быть, пару страниц.

Вив оперлась обеими руками о стойку бара и понизила голос:

— Слушай... Берк и Грейтстрайдер. Они практически одни в этом большом доме. И ее книги… Я имею в виду, она же должна была откуда-то черпать эти идеи, верно?

— Я думаю, у писателей должно быть хорошее воображение, — заметил Брэнд, — но не всем так везет.

В пятницу Вив поставила на берегу рекламный щит так, чтобы его было видно с того места, где будут высаживаться пассажиры. Воздух был прохладным и медленным, а туман клубился высоко над обрывом, словно разбивающаяся замерзшая волна. Он окутывал прибой серебристой тишиной.

На обратном пути она постучала в дверь Морской Песни, и, когда Мэйли открыла, Вив окунулась в тепло и аромат пекущегося хлеба. В утренней тишине послышался их тихий разговор, потом она обняла Мэйли и быстро чмокнула ее в щеку, положила плату Ферн на прилавок, а затем достала несколько корзиночек со свежими булочками и горшочек со сливками.

Дощатый настил скрипел под ее шагами, а прибой напевал свою утреннюю песню. Она слышала ржание лошадей и позвякивание сбруи, доносившиеся с юга, из-за дюн.

На ярко-красной двери Тистлебурра все еще висела табличка ЗАКРЫТО, но Ферн открыла дверь, чтобы ее впустить.

Аромат поджаренных орехов пекан, масла и жженого сахара смешался с еще свежим запахом чернил и пряным ароматом бумаги. Вив впервые на своей памяти услышала, как в дровяной печи потрескивает пламя, источая восхитительное тепло. Грифет свернулся перед печью пернатым полумесяцем.

— Дай-ка я возьму одну из них, — прошептала Ферн. Затем она рассмеялась над собой. — Я говорю так, будто боюсь спугнуть день.

Потрост поднял голову, и его короткий хвост застучал по полу.