Трэвис Болдри – Книжные магазины & костяная пыль (страница 43)

Новый стол Ферн они установили в конце двух стеллажей, стоявших вплотную друг к другу, и устроили небольшой уголок отдыха с дополнительными креслами у передних окон. Все еще пустые вазы они расставили по углам. В измененном интерьере появилось больше места для первоначальных мягких кресел и приставного столика, а когда они наконец развернули новый ковер, его темно-бордовый цвет придал комнате удивительное тепло.

К тому времени краска высохла настолько, что Вив смогла вбить гвоздь в стену за прилавком, куда она аккуратно повесила картину, выбранную Мэйли.

Это и в самом деле выглядело очень мило.

— Так в чем же заключался план для этого стола? — спросила Вив, постукивая по нему костяшками пальцев.

— Сейчас увидишь, — сказала Ферн. Она прошлась по магазину, выбрав несколько разных книг, изучая их обложки и покусывая при этом лапу. Вив и Портфель в замешательстве наблюдали, как она ходит взад и вперед к столу, расставляя тома вертикально или под углом, подкладывая другие книги или складывая их просто так. Иногда она брала одну из них обратно и ставила на полку только для того, чтобы заменить другой.

В конце концов, она схватила с прилавка подставки для книг в виде чаек — или кроликов — и расставила их в стратегическом порядке, разложив между ними несколько томов в нескольких разных положениях, пока не осталась довольна.

Вив не поняла, какой невидимый сигнал означал, что она закончила, но Ферн отступила на шаг с удовлетворенным кивком.

И она должна была признать, что это тоже выглядело мило.

Крысолюдка, казалось, очнулась от оцепенения.

— Что ж, — выдохнула Ферн, осматривая интерьер и приподняв брови. — Трахни меня.

Портфель в тревоге отпрянул от нее, и его глаза, казалось, расширились, когда пламя в них разгорелось ярче.

Вив наклонилась к его голове и прошептала:

— Это просто фигура речи, а не требование.

— Это чертовски хорошая работа, — сказала Мэйли, одобрительно оглядывая комнату. — Выглядит практически как новая. — Она оглянулась через плечо на Вив. — А новая труба от лампы действительно объединяет это место.

Вив отвесила шутливый поклон, и Ферн фыркнула.

Галлина схватила одно из лимонных пирожных, принесенных кондитершей, и с аппетитом запихнула его в рот, затем откинулась на спинку мягкого кресла. Она издала неопределенные утвердительные звуки, набив рот крошками.

Ферн собрала траву на берегу и наполнила ею новые вазы, и лампа тихо шипела внутри своей прекрасной — и неповрежденной — новой трубе, когда снаружи спустились сумерки. Свежая белая краска приятно блестела, а в сочетании со сладким ароматом травы было удивительно, насколько улучшился запах после удаления старого отвратительного ковра.

Даже книги на полках казались богаче. Чище. Опрятнее.

— Вив говорит, у тя скоро будет новая партия книг? — продолжила гномка.

Ферн сидела за стойкой, рассеянно покусывая свой кусочек торта, в то время как Портфель листал брошюру.

— Ммм? Да, в ближайшее время. Думаю, я просто... останусь закрытой, пока они не приедут.

— Больше книг? Кажется, здесь все еще много, — сказала Галлина, разглядывая выпечку, которая блестела на оберточной бумаге.

— Не думай, что мы не заметили: ты пришла за пирожным, а не ради того, чтобы помочь красить, — сказала Вив. Ее шея и спина все еще болели, и она развалилась на одном из кресел рядом с Мэйли.

— Мой рост меньше четырех футов. Чем я могу помочь? — Галлина потянулась за очередным пирожным, но, увидев удивленное выражение на лице Вив, нахмурилась и откинулась на спинку кресла.

— Итак, — спросила Вив, — ты уже использовала свободное время, чтобы почитать какую-нибудь из этих книг? Ну, знаешь, пока мы красили?

— Нет, — ответила Галлина, доставая один из своих ножей и демонстративно подравнивая ногти.

Но ее лицо слегка покраснело, и Вив удивилась.

Мэйли поглубже уселась в кресле, поставив ступни на скамеечку для ног.

— Здесь достаточно уютно, чтобы вздремнуть, — мечтательно произнесла она. — Похоже на убежище. И мои ноги болят, словно побывали в аду.

Какое-то время не было слышно ничего, кроме шипения лампы и усталой, довольной тишины, которая наступает после дня, проведенного в труде вместе с другими.

Внезапно Портфель захлопнул книгу и быстро подошел к боковому окну, прижав к нему свои костяные ладони. Он уставился в сгущающуюся ночь.

Потрост хрипло выдохнул, поднимаясь на передние лапы.

Вив вцепилась в подлокотники своего кресла. «Что это?» Ее разум был переполнен мыслями о Бальтусе и синеглазых зомби в рогатых шлемах, с символом Варин, горящим у них на лбу.

— Мне показалось, я что-то увидел, м'леди, — ответил Портфель, его глухой голос прозвучал странно сдавленно.

Вив мгновенно вскочила с кресла и откинула задвижку. Выскочив на дощатый настил, она побежала по нему к аллее, на которую выходило окно.

Там не было ничего, кроме шепчущей прибрежной травы и теней, медленно ложащихся на песок.

Потрост резко затормозил рядом с ней, громко ухая, его треугольные уши прижались к голове, перья стояли дыбом. На этот раз его гнев был направлен не на нее.

Что-то защекотало ее чувства, какой-то призрак запаха.

Снег. И замерзшая кровь.

Потом все исчезло, и Вив попыталась убедить себя, что ей это показалось.

Когда она вернулась в магазин, Галлина встретила ее в дверях с ножом в руке. Вив покачала головой.

— Там никого не было. Но... — Она посмотрела на Портфель, который в свою очередь посмотрел на нее. — Я думаю, тебе стоит провести ночь со мной. На всякий случай.

31

Я стояла на продуваемом всеми ветрами мысе, мои волосы развевались за спиной, как черный флаг, а темные облака над головой тянулись по небу, как изодранные в клочья знамена. Трава колыхалась, как шелестящие волны, лунный свет освещал их гребни.

Вдали море казалось спокойным, хотя на самом деле это было не так. На таком расстоянии его волны были слишком широкими и медленными, чтобы их можно было по-настоящему разглядеть. Однако, мысленно я ощущала их ярость, скрытую за багровой линией горизонта.

И одинокая как бледное дерево, осенние листья которого треплет буря, она меня ждала.

Ее глаза блестели черным, отыскивая мои через бурлящее расстояние.

Первый…

Вив опустила книгу на грудь и вздохнула. Она посмотрела на крошечное окошко высоко в стене своей комнаты, где дрожала лампа, проливая свой свет на стену. Снаружи поднялся ветер — возможно, он даже усилился, — и каждый вдох, казалось, приносил с собой призрачный запах замерзшей меди.

— Эта про́клятая богами книга не помогает, — пробормотала она, ставя Дом Старков на пол рядом с соломенным матрасом.

Она взглянула на портфель, прислоненный к морскому сундуку. «Ты там не спишь?» — прошептала Вив.

Сумка не зашуршала и вообще никак не отреагировала.

Снова вздохнув, она села, погасила фонарь и легла на спину в темноте. Лунный свет полоснул по потолку, словно просвет в небе, видимый из глубины каньона.

В конце концов, свет растаял, как и она.

Она видела сны, и ей снилась Варин Бледная.

Они стояли лицом к лицу на знакомом темном мысу, трава на котором шелестела на настойчивом ветру.

Конечно, это было знакомо. Она только что об этом прочитала.

Глаза некромантки были такими черными, какими их только можно описать словами, бездонные провалы в белой плоти, волосы спадали темными лентами, густыми, как земля, политая кровью. Ее губы были синими. Безжизненными, но полными и улыбающимися.

Даже на луне, висевшей в небе над некроманткой, был изображен ее символ — ромб с ветвями, похожими на рога.

Дыхание Вив участилось, ее грудь сдавило что-то, похожее на огромные, давящие руки. Трава начала опадать, в то время как другие существа поднимались из-под земли. Их глаза сверкали ледяными синими искорками звездного света, когда они, пошатываясь, выпрямились, земля осыпалась комьями и потоками.

— Я вижу тебя, Вив. — Фигура Варин раздулась, как будто трава была ее мантией, и она собирала ее вокруг себя, увеличиваясь в десятки раз.

Нет, она приближалась, быстро скользя между зомби, которые ковыляли к своей ошарашенной жертве.