Тория Дрим – Слова на виражах (страница 4)
– Я серьезно. Мне плевать. Делай, что хочешь, этому не бывать!
Я вспоминаю, что стою в одних боксерах и иду в ванную.
– Мне нужно в душ. Располагайся. И даже не думай меня переубеждать, Итан.
– Иди. Я пока разложу продукты. Твой заботливый друг уже все устроил.
Он не мог организовать все за ночь. Наверняка есть возможность все отменить. Я закрываю за собой двери и включаю ледяной тропический душ. То был всего лишь сон. Очередное воспоминание. Возьми себя в руки, слабак.
Глава 4
Даниэль Дюран
Итан не терял времени, пока я был в душе. На кухонном столе лежат сэндвичи, а сам друг пьет кофе и ест круассан. Выглядит завтрак аппетитно, но я не спешу к нему притрагиваться. За такой добротой Итана точно что-то стоит.
– Садись, я сделал завтрак, – говорит он.
– Спасибо, мамочка, – язвлю я.
– Хм, – задумывается Итан, – а тебя когда-то называли папочкой в постели? И что думаешь насчет этого фетиша у некоторых девушек? Как по мне, это странно и даже отчасти безумно, потому что идет ассоциация с родителями. А как смешивать родаков и секс? Жуть, правда?
Из Итана льется словесный поток… А я уж начал гадать, когда же его прорвет на очередной монолог.
– Меня так не называют.
– И правильно. Агент Белароз подтвердил согласие Мии, Даниэль. Так что ты теперь занятой парень.
Я сажусь напротив жующего Итана и достаю из упаковки сэндвич, стараясь максимально спокойно изложить все:
– Ты не понял, Итан? Я отказываюсь от этого вранья.
– Это вранье принесет тебе огромные бабки, известность и увеличит шансы на лидерство в медиапространстве! Ты в своем уме, чувак? Ты сам понимаешь, от чего отказываешься? Я придумал нечто гениальное!
Итан роняет ветчину из круассана на пол из-за того, что активно жестикулирует руками. А я откусываю сэндвич, качая головой.
– Мия уже согласилась. Поздно давать заднюю, Даниэль. Хоть раз возьми себя в руки, когда дело касается женщины.
Последняя фраза, кажется, срывается с губ в порыве раздражения. Итан ошарашенно смотрит на меня, ожидая реакции. Его губы комично приоткрываются, а на лбу не хватает капельки пота. Не даю ему рассыпаться в извинениях и вскидываю руку, заранее останавливая словесный поток, который вот-вот польется из его рта:
– Если бы ты не был моим другом, я бы врезал тебе как следует.
Как бы я ни злился, я знаю, что Итан как профессионал прав. Он как пиарщик делает все правильно. Вот только мне совсем не нравится его план.
– Я прочитал твои заметки, Даниэль. Мы внесем в договор как можно более точные условия и сделаем так, чтобы для тебя эта бумажка стала щитом, а не кровавым клинком. Ты будешь в полной безопасности. И тебе необязательно с ней мутить. – Искренность и беспокойство в его голосе сбивает меня с толку.
Пытаюсь рационально подойти к этому вопросу, отбросив в сторону внезапно нахлынувшие эмоции. Пиар-отношения в нашей сфере так же привычны, как и проход по красной ковровой дорожке. На рассвете карьеры многие спортсмены прибегают к ним, чтобы вызвать в прессе волну разговоров о себе. Некоторые пользуются эскорт-услугами, другие договариваются на взаимный пиар.
Я глубоко вдыхаю. Голова проясняется, и теперь предложение Итана не висит надо мной дамокловым мечом.
– Я и не собирался с ней связываться. Четко пропиши, чтобы она ничего не ждала. Ее дело – играть на публику.
Если игра и случится, то играть мы будем по моим правилам. Я не привык проигрывать.
– Без проблем. Все так и будет… – Итан засматривается на книгу на верхней полке шкафа, которую мне передал нутрициолог, и замолкает. Извилины в его голове шевелятся. Это не к добру. Сейчас взорвется вулкан под названием «Фантазия Итана». И лава, состоящая из идей, выльется наружу, подпалив все вокруг. Один. Два. Три.
– Ну? – спрашиваю, уже ожидая его взрывной монолог.
– Мы устроим ваше первое свидание на крыше ресторана с мишленовской звездой! Позовем музыкантов: гитариста? Нет! Лучше скрипача. И певицу. Хм, нет, певца, чтобы все внимание было на Белароз. Ты будешь одет в смокинг. Закажем букет самых красивых красных роз. За соседний столик посадим своего человека, он сделает крутые фотографии. И они как будто бы случайным образом попадут в Интернет. Гениально, да? Про тебя все будут говорить как о романтике из книг. Девочки будут пускать слюни на тебя после такого!
Я закатываю глаза. Прекрасно. Еще играть в героя-романтика не хватало.
– Так, а что ты думаешь насчет украшения для нее? Можем подарить ей кольцо…
– Кольцо? Ты рехнулся? Это первое свидание или помолвка?
– Ладно-ладно, погорячился. В общем, столько всего нужно обдумать. Я в офис, составлять план и обдумывать все.
Итан вскакивает с места и идет к двери, попутно печатая что-то в телефоне.
– Только давай без цирка, ладно?
– Я что, настолько дебил, что отправил бы вас в цирк на свидание?
Итан смеется, а мне не смешно.
– Я имел в виду, что все это не должно выходить за рамки разумного. Я не хочу погружаться в ложь настолько глубоко, чтобы делать фейковое предложение.
– Понял.
Дверь захлопывается. Тишина наконец возвращается на свой трон и завладевает квартирой. Как я по ней скучал.
Во что я влез, решив притвориться плейбоем с фейковой девушкой, непонятно. Я твердо уверен, что не позволю Мии Белароз сблизиться со мной. И это единственное, чем я себя успокаиваю. Мне нужно сконцентрироваться на подготовке к сезону. Победа не ждет. Ее постоянно кто-то вырывает из рук, так что я приложу все усилия, чтобы в этот раз самому забрать трофей.
Дисциплина. Составляющая, без которой невозможно представить жизнь. И я всегда ей следую. Распорядок дня гонщика в сезон – это бесконечная страница с пунктами того, что необходимо сделать. Договариваюсь о встрече с главным инженером. Нужно еще раз обсудить состояние болида на последней тренировочной гонке.
После встречи – съемка рекламы геля для душа, за этот контракт мы с Итаном получили бешенные деньги. И, по словам друга, после этой рекламы меня должны полюбить тысячи девушек в социальных сетях. Вечером массаж и созвон с нутрициологом. Вокруг меня всегда большое количество людей. Моя команда. Она для моей профессии чрезвычайно важна. Благодаря этим людям я стремлюсь к своей лучшей форме.
За Серхио, например, стоит группа инженеров, которые следят за болидом, моей техникой и многим другим, что связано с гонками.
За мою физическую форму отвечает не только Тодд, тренер из зала, но и Сильвия, Райан, Луи. Сильвия – мой физиотерапевт, Райан – массажист, а Луи – нутрициолог. Нагрузки у нас бывают серьезнее, чем у космонавтов.
За пиаром и рекламными кампаниями стоит Итан. Безумный Итан.
Мне комфортно находиться в одиночестве, но гонки – это точно не про волка, отбившегося от стаи. Суть в готовности быть кем-то для окружающих и умении принимать помощь.
Есть еще десятки людей, которые координируют меня на гонках, организовывают мои путешествия, неприкосновенность частной жизни (насколько это возможно в этой среде). Они облегчают жизнь. Время от времени я встречаюсь с психологом. Он помогает настроиться на сезон. К заездам нужно подходить с холодной головой, а мои мысли часто теряются в хаосе эмоций.
Я паркуюсь и перед встречей с Серхио просматриваю новые уведомления на телефоне. Итан отправил несколько сообщений с пометкой «Срочно».
Нажимаю на диалог и вижу ссылки на статьи. Проклятие… Только не это. Не сейчас.
Я сразу же набираю номер Итана и, как только он поднимает трубку, кричу:
– КАКОГО ЧЕРТА ОНИ УЗНАЛИ МОЮ НАСТОЯЩУЮ ФАМИЛИЮ?
Итан закашливается.
– Я пытаюсь выяснить.
– Сделай все, чтобы ни слова не появилось про моего отца. Ты понял? Ни. Слова.
Стискиваю зубы и сбрасываю звонок. Черт! Ударяю по рулю и откидываюсь на спинку сидения. Это очень плохие новости.
Читаю первые заголовки и в ужасе блокирую экран мобильника. Отвратительно. Горечь на языке от прочтения одной фамилии, не то, что от упоминания о винодельне. Меня воротит. Еле сдерживаюсь, чтобы не кинуть телефон в окно.
Фамилии Гроссо для меня не существует. И никто не должен меня с ней ассоциировать.
Глава 5
Эвелин Грэйвс
Из рассказов Дарлин для своих книг я могла бы взять ее характер. Таких персонажей многие любят. Она свободная, смешная, очень болтливая и всегда найдет, чем занять твой вечер. Именно поэтому из фитнес-зала мы направляемся в бар. Дарлин абсолютно не смущает, что выглядим мы, мягко говоря, не под стать вечернему заведению.
– Как много ты уже написала в новом романе? Кстати, как ты вообще успеваешь? Мия тебя не сильно загружает?
Съеживаюсь под ее взглядом и перевожу внимание на лужи, которые успели появиться за время нашего занятия. Дождь прекратился, но все еще ощущается сильная влажность.
– Я ничего не пишу сейчас. Работы действительно много. У Мии сейчас большое количество съемок. И мы пытаемся развить ее TikTok.