Тория Дрим – Слова на виражах (страница 3)

Чтобы отвлечь себя от неприятных мыслей, я ищу новый источник вдохновения. Что-то, что захватит меня и вернет к рукописи. Пока идей для книги и заданий от Мии нет, я решаю пойти в спортзал.

Через несколько минут выхожу из квартиры. И, пока иду в зал, успеваю написать сообщение маме.

Привет, мам! Как ты? Как Элоиза? Она уже закончила свой последний портрет? Если все готово, пусть скинет мне!

Мама сразу же читает сообщение. Похоже, у нее был открыт наш диалог. Я осматриваюсь, чтобы не врезаться в людей. Дождь мелкими каплями падает на землю. Небо затянуто тучами, и, похоже, такая угрюмая погода установилась надолго. Накидываю капюшон и вновь смотрю в телефон. Пользователь печатает. Что за поэму мама пытается уместить в сообщении?

Как только я подхожу к зданию, телефон решает отключиться. Черт! Я знала, что его нужно поменять, но решила отложить покупку до дня рождения. Класс! Теперь я без телефона.

– Эвелин!

Я оборачиваюсь на голос позади, придерживая дверь. Дарлин машет мне, закрывая свою машину. Она бежит ко мне, впопыхах убирая ключи в карман.

– Ты тоже на йогу? – спрашивает она, широко улыбаясь.

– Дарлин, какая встреча! – Мы обнимаемся, и я радуюсь ей, как лучику солнца, в котором так нуждалась. – Вообще-то, я планировала побегать.

– Может, сначала на йогу со мной? Мне столько нужно тебе рассказать!

Мы с Дарлин познакомились полгода назад на групповом занятии по йоге. С тех пор мы пару раз пили кофе вместе, ходили в клуб и всегда обсуждали ее парней.

– Уговорила, – соглашаюсь, хотя не совсем уверена, что осилю йогу сегодня.

– Я так рада! Прекрасно! Как чудесно, что я тебя встретила. Итак, ты помнишь Оливера? Того, с кем я познакомилась на сайте знакомств.

Я смутно припоминаю имя, но многозначительно киваю, чтобы не обидеть Дарлин.

– Он оказался, – она наклоняется ко мне, – несовершеннолетним.

Ее смущенное выражение лица вызывает смех. Я еле сдерживаюсь.

– Ого! Кто бы мог подумать? – подыгрываю я.

– Ужас! Ой, даже не знаю, что именно рассказать дальше. Так много новостей. Ладно, давай зайдем внутрь, а то промокнем. И я продолжу.

– Конечно.

Ближайшие два часа я точно не буду говорить. За меня это сделает Дарлин. Может быть, что-то из ее рассказов послужит идеей для книги. Вдыхаю полной грудью и готовлюсь быть внимательным слушателем. Пока за окном плачет природа, а во мне плачет безнадежный автор, хоть кто-то будет смеяться от своих же историй.

Глава 3

Даниэль Дюран

Ну что? Ты выбрал себе фейковую девушку? Кто она? Чувак, я накидал тебе сотни вариантов. Поэтому если ты напишешь, что не выбрал, я нахрен уволюсь!

Сообщение от Итана – вот что я вижу первым на экране мобильного после тренировки.

Я был в зале. Посмотрю ночью.

Убираю телефон в карман и надеваю кепку с очками. Журналисты снова караулят меня у машины. Проклятие!

– Мистер Дюран, как вы оцениваете свой неудачный сезон? Есть ли вам что сказать своим фанатам?

– Не разочаруете ли вы их снова в этом сезоне?

– Даниэль, как прокомментируете череду поражений?

Я протискиваюсь сквозь толпу журналистов, закрывая рукой лицо. Инстинктивно сжимаю челюсть. Их вопросы заводят меня. Хочется послать всех к черту, но я сдерживаюсь, потому что важно держать лицо.

– Новый сезон вернет все на свои места, – единственное, что говорю я.

Папарацци делают снимки. И, вероятно, ужасные. Я после изматывающей тренировки, недовольный и злой. Сейчас придумают очередную желтуху. Они любят делать из меня того, кем я не являюсь. В особенности в последнее время. У них теперь другой фаворит, а ко мне можно относиться как к куску дерьма. Пару недель назад в СМИ просочилась новость о том, что я в порыве гнева толкнул журналистку в лужу, хотя на деле все было не так. Она хотела взять интервью, но я вежливо отказал. Ее каблук сломался, и я пытался поймать ее за локоть. Но кому нужна скучная правда, когда есть материал поострее?

– Даниэль, многих девушек волнует вопрос, а свободно ли ваше сердце? Вы также никогда не высказывались насчет своих прошлых отношений. Скажите, а вы…

Едва не отрывая ручку, я сажусь в автомобиль и хлопаю дверью. Голоса затихают. Спасибо хорошей звукоизоляции. Кидаю сумку на заднее сиденье и восстанавливаю дыхание. Если я сейчас же не отъеду с парковки, случится нечто ужасное.

Прежде чем снова открыть этот чертов каталог с девушками, я в заметках пишу свои правила. Раз уж этот пиар-роман так необходим для карьеры, то я сделаю его наиболее выгодным для себя. Первым пунктом добавляю: «Никаких отношений между нами вне камеры». Я должен быть сконцентрирован только на сезоне. Вторым пунктом идет конфиденциальность, которую нельзя нарушать даже после окончания сезона. Последнее, что мне нужно, – видеть, как СМИ выставляют меня засранцем, который платит девушке за фейковую любовь. Третьим пунктом пишу: «Никаких отношений на стороне». У меня их точно не будет, но девушке нужно предельно ясно объяснить: если ее поймают с другим мужчиной, у всех будут проблемы. И так список увеличивается до десяти пунктов, пока я не беру планшет.

Все девушки, которых подобрал Итан, достойные. Модели, актрисы, певицы. Я обращаю внимание на трех, гуглю их имена и ради успешного будущего все же делаю свой выбор. Останавливаюсь на француженке с русским корнями.

Мия Белароз. В переводе ее имя означает «прекрасная роза». Выглядит Мия, впрочем, под стать имени. Высокая, стройная, со светлыми, доходящими до лопаток, волосами. Взгляд профессиональной модели, которой она и является. Глаза Мии выражают уверенность и внутреннюю силу, они словно пронзают пространство, притягивая к себе внимание. Судя по данным в Гугле, она недавно выиграла конкурс красоты, проводимый во Франции, и стала лицом какого-то косметического бренда.

Я отправляю ссылку на ее страничку в Википедии Итану и ложусь на кровать. Тело облегченно расслабляется, когда голова касается подушки. И я проваливаюсь в сон.

– Ты, что, опять пил кофе перед нашей встречей? – по-доброму хмурясь, спрашивает Лулу.

Она притягивает меня к себе за ворот толстовки и нежно касается моих губ своими. Я наклоняюсь и углубляю поцелуй. Ее руки ласково обвивают шею. Аромат карамели, исходящий от ее волос, очаровывает. Я едва сдерживаю стон, крепче прижимая девушку к себе. На ее лице появляется улыбка, и Лулу отстраняется в порыве смеха.

– Я практически задохнулась, – хихикает Лулу, – но это было прекрасно. Хотя я все еще обижаюсь, что ты не принес мне стаканчик латте с шоколадной крошкой.

– Я не принес его, потому что прямо сейчас мы пойдем в место получше.

– Что? Куда, Даниэль? – Она всегда так искренне удивляется простым вещам, и это так подкупает. Ради Лулу хочется быть другим. Тем, кто даст ей почувствовать себя особенной. Любимой. Обезумевшей от счастья.

– Увидишь.

Я беру ее за руку и тут же ощущаю тепло, которого не хватало две проклятых недели, пока я работал у отца на виноградниках в Бургундии. Он лишил меня телефона, так что я даже написать никому не мог.

– Эти дни казались вечностью, – Лулу сильнее сжимает мою ладонь, – я мечтала о том, чтобы увидеть тебя снова.

Мы вновь останавливаемся на дороге. Я встаю напротив Лулу и всматриваюсь в карие глаза. Замечаю легкое беспокойство и целую ее в макушку.

– Зайдем в магазин по пути? Я присмотрела такое красивое платье для выступления, – она запинается, – но оно слишком дорогое. Мама не потянет.

Проклятие! Сегодня не получится ее порадовать. Слишком напряженные отношения с отцом.

– Я бы с радостью купил его для тебя, Лу. Но отец временно не дает мне карманных денег, – стискиваю зубы, – мы в последнее время грыземся как собаки.

– Жаль, – в расстройстве выдыхает Лу, – ну, ничего. Как-нибудь потом.

– Но Carbillet никто не отменял. На твои вкусняшки хватит.

– Carbillet? – Она вновь расцветает. – Ты спалился! Так вот, куда мы идем.

Раскрасневшееся лицо озаряет широкая улыбка, словно луч солнца, прорезавшийся после теплого дождя. И я не могу сдержать свою, ведь она так восхитительна, когда смотрит на меня с такой искренностью и простым, сказочно простым счастьем.

– Черт! Ты разговорила меня.

– Ура! Я уже предвкушаю шоколадный донат с кокосовой стружкой и малиновый эклер.

– Звучит слишком хорошо.

Я просыпаюсь в холодном поту. Постель мокрая, волосы слиплись. Отвращение от самого себя ощущается слабостью в теле. Не могу поверить, что мне снилась Лулу. Это сумасшествие. Впервые за три года. Я сбрасываю с себя одеяло, швыряю подушку в плазму и мечусь по квартире. Хватаю бутылку воды из холодильника и жадно поглощаю половину.

Голосовой помощник вдруг издает неприятный звук. Включаю камеру и вижу у входа в комплекс Итана. Он довольный стоит с пакетами продуктов.

Лулу – та причина, по которой я не доверяю девушкам. И раз она пришла ко мне во сне, то стоит воспринять это как напоминание. Нельзя повторять ошибок. В моем сердце есть место только для победы.

– Дерьмо… – вырывается у меня, и я впускаю друга.

Спустя пять минут Итан наконец оказывается на этаже. И я не медлю:

– Я передумал. Никакого пиар-романа. Да пошло оно все на хер! – На последней фразе я перехожу на крик.

– О, кто-то жутко не выспался. И тебе доброе утро, Даниэль. – Итан, как и всегда, выглядит беззаботным. Он привык к моим перепадам настроения и никак не реагирует на них. Куда больше его интересуют продукты.