Тория Дрим – Слова на виражах (страница 6)
Дарлин чересчур эмоционально хлопает, что вызывает мою улыбку.
– Похоже, мне становится лучше… Еще бы моя гениальная фантазия вернулась, и можно жить.
– Фантазия? – спрашивает подруга. – И для чего она?
– Поможет решить проблему, связанную с одним серьезным человеком. Иначе он меня убьет. – смеется Итан, а меня это пугает. – Ну, не в прямом смысле, конечно. Но иногда он такой невыносимый, что все вокруг загорается от его раздражения.
– И почему вы не уйдете от такого человека? – интересуюсь я, пока Дарлин перекидывается фразами с барменом по поводу напитков.
– Я работаю на него. И вообще он мой лучший друг. Я его в такой заднице не оставлю. Даже если завтра на него упадет метеорит, я полезу его спасать.
Я приятно удивляюсь его готовности на все ради друга. Меня подкупает такая преданность, и я решаюсь начать полноценный диалог.
– Мне знакомо это чувство, – джин слегка развязывает мне язык, – я тоже готова на все ради своих близких.
– О, – он выставляет ладонь, и я отбиваю ему пять, – соулмейт?
– Вероятно, – меня забавляет, что Итан уже записал нас в родственные души.
– Я издеваюсь над сотнями людей каждый день, чтобы помочь ему с продвижением. Иногда меня хотят убить из-за моего перфекционизма, а я просто хочу, чтобы все было идеально. И вот сейчас кое-что вылезло наружу, и мне срочно нужно придумать, как это исправить. А идей нет… Они просто испарились, понимаешь?
Я киваю. Своими желаниями я тоже жертвую, только из-за кредита, который мама попросила меня оформить. И у меня тоже нет идей для дела, которое нравится душе.
– Придумаешь, Итан. Обязательно придумаешь, – отзываюсь я, – может, еще по бокалу?
Итан поддерживает меня. Мы чокаемся. Дарлин исчезает из поля зрения. По-видимому, ушла знакомиться с барменом, который весь вечер оглядывал ее с ног до головы.
– Ненавижу виски, но сегодня слишком противно от самого себя, – признается Итан. – А ты, Эвелин, поделись, почему загрустила?
Плечи поникают, но от заинтересованного взгляда Итана становится легче. И я рассказываю ему правду о не совсем любимой работе, тайном увлечении и удерживающем в плену кредите. Без имен и лишних подробностей, но достаточно обрисовывая ситуацию.
– Ты выглядишь как писательница, – вдруг говорит Итан, – надеюсь, у тебя получится вернуться к этому делу.
– Спасибо, – улыбаюсь я.
– Я бы обратился к тебе. Давно хочу книгу о себе. Ты знаешь, у меня смешных историй на десять жизней вперед. И вообще…
Из рук Итана падает вилка. И как раз в это время к нам подходит Дарлин.
– О боги! – восклицает Итан. – Я возвращаюсь к жизни!
– Что? – в один голос спрашиваем мы.
– Гениальные идеи приходят. Так, так, так.
Итан встает с места и суетится около стула.
– Ты в порядке? – Тоже встаю.
– Виски бахнул в голову, – отмахивается Дарлин, – не беспокойся. Сейчас придет в себя.
– Я. ВСЕ. ПРИДУМАЛ.
– Смешной он, – шепчет Дарлин мне на ухо.
– Бармен, девушкам повторить напитки, – кричит Итан, – а мне воду без газа.
Дарлин ошарашенно хлопает ресницами. А я догадываюсь, что он нашел решение для своего друга. О ситуации полноценно он так и не рассказал, но, наверное, какая-то идея все-таки пришла ему в голову.
– Мы напишем разоблачающую статью о моем друге и выпустим ее, развеяв все слухи. Как гениально!
– Здорово, – поддерживаю его я.
Итан кажется довольным. Мы сидим еще полчаса. Он рассказывает о рецептах десертов, потому что настаивал, что без контекста его история будет непонятна. И как только мы доходим до «Игры престолов», Дарлин вливается в обсуждение. Я успеваю словить все спойлеры, но боюсь прерывать ребят. Какие-то Таргариены, драконы и Стена смешиваются воедино. Я давно потеряла нить повествования, но, по крайней мере, не оказываюсь в клетке, сотканной из собственных мыслей.
И в конце вечера Итан обращается ко мне:
– Эвелин, я тебя очень хорошо понимаю. Я сам подумал, что исчерпался. Но нет! Фантазия вернулась. И к тебе вернутся идеи, как только получишь свободу. Быстрее закрывай кредит и начинай писать свои книги. И меня не забудь как-нибудь вставить в книгу. Я буду отличным героем.
Да уж. То хотела добавить Дарлин, то Итан сам напрашивается. Если они вдвоем будут в моей книге, произведут фурор. Можно подумать над тем, чтобы еще свести их. Смеюсь про себя. Было бы весело.
– Спасибо, Итан. А тебе удачи со вспыльчивым другом. Пусть твои гениальные идеи живут вечно.
Он обнимает меня, а затем Дарлин.
– Было приятно познакомиться с вами, девушки.
Он покидает паб, а мы переглядываемся с Дарлин, переваривая все, что произошло за этот вечер. Фантастика. Новое знакомство с человеком, которого я больше никогда не увижу, откровение о творческом кризисе, и Дарлин, которая успела, пока мы разговаривали, пофлиртовать с барменом…
– Пора домой, – достаю телефон, который не работал днем, и, к моему счастью, экран загорается.
– Ты иди, а мне надо кое с кем попрощаться, – хитро улыбается Дарлин.
Целую ее в щеку на прощание и отхожу в сторону. Первое, что я проверяю, это сообщение от мамы.
Уже начинаю думать о Рождестве, как далее всплывает следующее сообщение.
Меня словно ударяют под дых. Хватаю воздух, но он застревает в горле. Проклятие. Проблемы продолжают валиться на мои плечи. Перед глазами мелькают цифры. Мозг отчаянно ищет варианты, пока удавка стягивает шею. Как не вовремя. Я хватаюсь за голову и думаю, что делать. Похоже, нужно искать подработки. Кредит и содержание себя, мамы и сестры я не потяну. Надо что-то делать. И причем срочно. Бездна. Меня словно постоянно засасывает в новые пучины, из которых все сложнее выбраться. Я барахтаюсь в них, но все без толку. Я, все еще сопротивляясь, тону.
Глава 6
Даниэль Дюран
День начинается рано. При первых лучах солнца я уже еду на тренировочную базу. «Формула-1» требует не только скорости и умения управлять болидом, но и исключительной физической подготовки, натренированности. Так что я усердно практикуюсь на тренажере, имитирующий гоночный болид. Он максимально точно воспроизводит его поведение на трассе. Руль, усеянный кнопками, рычагами и переключателями, панели вокруг него – все идентично реальному.
Прохожу несколько ознакомительных кругов по виртуальной трассе, привыкая к новым настройкам симулятора. Пальцы ловко переключают передачи, а ноги управляют педалями. Я сконцентрирован на каждом круге. Изучаю сведения о скорости, углах поворота, времени на разных участках. Мышцы ревут от напряжения, но я продолжаю тренировку.
Круги сменяют друг друга, а тело адаптируется к нагрузкам, которые ждут меня на реальных гонках. Тело ноет от усталости. Спустя еще несколько попыток проехать трассу, вылезаю из кокпита[4]. Напряжение спадает, и на его место приходит удовлетворение от проделанной работы.
– Даниэль, – Серхио хлопает меня по плечу, – не сомневаюсь, что в этот раз все будет по-другому.
Я киваю. Пускай его вера и мотивирует, однако горечь все равно разливается на языке. Серхио, как и остальная команда инженеров, знают свое дело, и со всей ответственностью подходят к нему. И, надеюсь, на этот раз мы добьемся результата.
– На сегодня все. Отдыхай. Тодду я уже позвонил. Он составит для тебя программу в зале. Рукам не хватает силы, так что сделаем на них упор.
– Окей, – отхожу от тренажера-болида и хватаю полотенце, чтобы вытереть пот со лба.
Телефон со вчерашнего вечера я до сих пор не брал в руки. Разочарование от того, что любая деталь прошлой жизни может всплыть наружу, все еще неприятно сдавливает грудь. Но Итан должен все уладить.
– Не поверишь, что я придумал! – кричит Итан на всю улицу. – Мы спасем твою задницу.
Он встречает меня на парковке. Я закатываю глаза на его возгласы.
– Удиви.
– Мы напишем о тебе статью с разоблачением.
– Спасибо, это все?
– Ты не понимаешь! Послушай! Мы преподнесем информацию так, чтобы все заткнулись со своими заголовками. Никто не сможет доказать, что Гроссо – твой отец. Выйдет наша статья, заплатим новостным пабликам, чтобы ее расфорсили. И все поверят.
Я смотрю на него с сомнением, но Итан светится, как «Лондонский глаз»[5] в Рождество. Приказываю себе выдохнуть и не срываться на нем.
– Это точно сработает?
– Конечно! – Широкая улыбка появляется на его лице. – Вот почему ты мне платишь, чувак! Я – твой мозг!