Тори Майрон – Без тебя (страница 3)

И вот же здорово, что она оказывается доходчивой: через пару секунд благоразумно вытаскивает руки из-под моей рубашки и виновато поджимает губы, глядя на меня, точно провинившийся щенок.

Вот же актриса! Внутри злится, как мегера, определенно мечтая обложить заносчивого клиента матом, а на лице – полная противоположность.

И чему еще, помимо актерского мастерства, стриптиза и навыка профессионально ездить мужикам по ушам, их обучают в «Атриуме»? Теперь ничуть не удивляюсь столь отточенному умению Николины врать, глядя мне прямо в глаза. Хотя, нужно признать, у Ники уровень даже повыше, чем у этой красотки – она не только снаружи отменно держится, но и внутри искусно маскирует присущее людям во время лжи волнение. Талантище, блять!

– Какие-то проблемы? – наш затянувшийся с брюнеткой поединок взглядов внезапно разрывает звучный мужской голос за моей спиной.

Он вызывает у моей соблазнительницы ощутимый скачок страха. Когда же я наконец расслабляю руку на девичьем лице и без промедлений, твердо отвечаю: «Я хочу поговорить с менеджером», то ее и вовсе сковывает панический ужас.

Настолько сильно боится потерять это замечательное место работы? Уму непостижимо! В какой же глубинной жопе находится жизнь этой девочки, раз стоит только мужчине подойти к нам ближе, поравнявшись со мной, и ее усилившийся страх быть уволенной мигом окатывает и меня с головы до ног ледяной волной?

– Тони Мэрроу, – представляется мужчина строгим голосом. – Я весь внимание. – Стреляет подозрительным взглядом то в меня, то в оцепенелую девчонку.

И вот уж совсем не знаю, кто из нас двоих сейчас бесит его больше, но настроение управляющего можно смело назвать не склонным к доброжелательному общению.

Да только вот в чем загвоздка: мне на это абсолютно по хер. Миролюбиво или же не очень, я задам ему интересующие меня вопросы, и Тони ответит на них – хочет того или нет.

Глава 2

– Добрый вечер! Остин Рид, рад с вами познакомиться, – сначала все-таки решаю выбрать миролюбивый способ и протягиваю руку мужчине.

В эмоциональном плане раздражение Мэрроу сменяется легким волнением и некоторым интересом к моей персоне. Внешне же он выглядит немного хмурым и уставшим.

– Добрый, – приветственно отвечает на мое рукопожатие. – Так в чем проблема? Наша Изабелла чем-то вам не угодила?

Бедная Изабелла пытается невинно улыбаться, но уверяю – пульс девчонки приближается к максимальной отметке, пока она выжидающе смотрит на меня.

«Выдохни, милая, из-за меня ты точно не потеряешь свою драгоценную работу» – невербально доношу до нее успокаивающую мысль и перевожу внимание на мужчину.

– Что вы, конечно, нет. Она потрясающая, как, впрочем, и все остальные девушки, к которым я успел здесь присмотреться, – непринужденно произношу я, ощущая, как работница расслабляется.

– Тогда о чем вы хотели со мной поговорить?

– Не против, если мы перейдем на «ты»? Терпеть не могу все эти формальности, – предлагаю я, желая снизить градус напряжения.

– Не против.

– Отлично. Мы можем где-то поговорить наедине?

– Если это нечто серьезное, то ты выбрал не лучшее время для подобного разговора. Через пятнадцать минут начнется шоу.

– Мне хватит и пяти, – настаиваю, всем своим решительным видом показывая, что не уйду, пока не поговорю с ним.

Прищурившись, Тони несколько секунд задумывается о чем-то, увеличивая волнительный интерес внутри себя, а когда в итоге поддается ему, кивком просит меня следовать за ним.

Мы направляемся в сторону зоны, отделенной от главного помещения красноватым стеклом. И когда оказываемся в ней, сверхмерная доза похоти мгновенно прекращает изнурять меня.

– Я слушаю, – скупо бросает Мэрроу, стоит нам усесться в мягкие кресла у овального стола.

Он закуривает, я следую его примеру.

– Я хочу поговорить о Николине Джеймс, – не теряя времени, сразу перехожу к теме.

– И кто это?

Его поддельное недоумение взрывает во мне пороховой заряд злости, но я не подаю виду.

– Одна из танцовщиц, которая до недавних пор работала здесь продолжительное время. Разве менеджер клуба не должен знать всех по именам?

– Менеджер, может, и должен, а владельцу клуба параллельно на настоящие имена стриптизерш, – он самодовольно усмехается, выпуская густой клуб дыма.

– Блондинка, синие глаза, средний рост, родинка на подбородке… не спит с клиентами, – сухо перечисляю примечательные детали, которые Мэрроу и так известны.

– Аннабель, – протягивает он, прикидываясь, будто только сейчас понял, о ком идет речь.

Я жадно затягиваюсь никотином, чтобы сдержаться и не врезать ему по роже. Как же я ненавижу, когда из меня делают дебила!

– И о чем же ты хочешь поговорить? Сам же сказал – она у нас больше не работает, так что, увы, никакие услуги предоставить девчонка тебе не сможет.

– Я пришел сюда не за услугами, а за помощью, – мой голос окончательно садится от раздражения. – Она пропала.

– А я-то чем могу помочь? Полицейский участок находится по другому адресу.

– Мне нужно знать, с кем из клиентов она общалась в последнее время.

– А кем ты ей являешься, Остин? Повтори-ка, а то я, наверное, не расслышал.

– Брат, – уверенно вру я.

У родственника больше шансов выудить информацию, чем у влюбленного, обезумевшего ревностью парня.

– Брат, значит… – недоверчиво хмыкает. – Что ж, брат, и почему ты думаешь, что я так просто выдам тебе личные данные хоть кого-то из клиентов? Ты наверняка и сам успел заметить, что большая часть контингента у нас здесь не из простых. Лично мне не нужны проблемы ни с кем из наших постояльцев, уверен, как и тебе тоже.

– Ты прав: проблемы ни к чему, но я надеюсь на твое понимание. Имена мне нужны чисто в целях найти ее. Я не собираюсь кричать о них направо и налево.

– Я-то все понимаю, но с чего мне тебе верить?

– А почему нет? Думаешь, я без веской на то причины пришел бы сюда выпрашивать у тебя имена ничего не значащих для меня людей? – парирую я, сверля мужчину неуступным взглядом.

Сделав пару глубоких затяжек, он напрягает веки в пытливом прищуре.

– А с чего ты вообще решил, что она пропала?

– Четвертый день ее местонахождение неизвестно, а телефон отключен.

– Всего-то, – фыркает Тони.

– Прежде такого никогда не было.

– Все всегда бывает в первый раз. К тому же почему ты сразу думаешь, что в этом замешан кто-то из наших клиентов?

– У меня есть веский повод так думать.

– Очень интересно послушать – какой. – Мэрроу пристально смотрит на меня сквозь табачное облако.

Я глухо выдыхаю, пытаясь контролировать гнев, вызванный воспоминаниями о видеопризнании Ники. Не хотел я говорить об этом, но, по всей видимости, придется.

– Прежде чем исчезнуть, она упомянула некого состоятельного мужчину, на которого теперь будет… работать. Не имею представления, где бы еще она могла с ним познакомиться, если не здесь.

– Так, значит, она тебя предупредила? – удивляется он. – В таком случае вообще не понимаю твоей паники. У нас тут каждая вторая девка рано или поздно находит себе богатого папика или же… щедрого босса, с которым сбегает за роскошной жизнью. И Аннабель не исключение.

– Это неправда! – не сдержавшись, повышаю голос, сверля мужика острым взглядом.

Он же криво ухмыляется, глядя на меня в ответ, как на наивного ребенка.

– Еще как правда, парень! Когда девушки долгое время находятся в месте, где нет никаких границ, рамок и моральных устоев, а только разврат и удовольствие, за которое можно получить неплохие деньги, они постепенно привыкают к этому, втягиваются и со временем ломают все свои железные принципы. Аннабель отказывалась трахаться с клиентами по расценкам клуба, но, вероятно, нашелся тот, кто предложил ей гораздо большую сумму, и она не смогла устоять. Как говорится: у всех есть своя цена, и у твоей сестрички – тоже. Просто она оказалась гораздо выше, чем Анна хоть когда-либо могла заработать здесь. Вот и все. Понимаю, этот факт принять крайне непросто, но вот тебе мой совет, Остин Рид, – поскорее сделай это, отметай ее поиски и сваливай отсюда, пока своими ненужными вопросами ты не нажил себе недоброжелателей! – едко чеканит он, отчетливо проявляя на лице нежелание продолжать разговор.

Но, сука, столь знакомое мне волнение в нем по-прежнему никуда не исчезает. Тони точно что-то известно, но он врет, блять. Он тоже врет! У меня, что, на лбу написано: «Умоляю, соврите мне, иначе сдохну»?

Мэрроу впечатывает окурок в пепельницу и порывается встать, однако я делаю это первым и силой давлю ему на плечо, заставляя сидеть на месте.

– Ты страх потерял, парень?! – вспыхивает он, а я вдавливаю его в кресло лишь сильнее.

Его удивление со злостью я почти не ощущаю из-за собственной ярости.

– Я пришел к тебе за именами, Тони, и не уйду, пока не получу их. Правда, я хотел узнать все мирным путем, но если тебе такой способ не по вкусу, я могу добиться своего иначе.

– И как же? Бить, что ли, будешь, пацан? Не забыл, где находишься? Одно мое слово – и охрана живо выбросит тебя на улицу.