Тоня Рождественская – Искушение Драконьего престола (страница 3)

Подхожу к окну и смотрю на ночное небо. Где-то там, среди звёзд, должен быть мой мир. Мой дом. Моя настоящая жизнь. Но сейчас я здесь, окружена какими-то первобытными законами и мифическими драконами. Бред. Дикий бред!

Вглядываюсь в незнакомый пейзаж: крепостные стены, стража… внизу, наверное, собираются гости. Ясно, что избежать церемонии не удастся – все-таки на кону мир между двумя странами, а значит, вряд ли можно просто всё отменить и разбежаться в разные стороны. Дипломатия – жестокая игра, а принцессы – лишь фигуры на доске. Иногда… слишком беспомощные.

Однако, я далеко не безропотная лань, и на заклание не согласна. К тому же уверена, император – человек деловой. Наверняка я смогу с ним договориться. В любом случае попробовать стоит. Предложу ему сделку – я не лезу в его дела, он не трогает меня. Пусть отправит куда глаза глядят, в любую тьмутаракань, даже в монастырь. Мне нужно время, чтобы разобраться во всем, понять, с чем я имею дело. А там, гляди, можно будет и попробовать получить развод.

Но сначала нужно с ним поговорить. До свадьбы. Пока мы не связаны узами брака, и пока я могу говорить с ним как равная.

Я осторожно подхожу к двери и нажимаю на ручку. Заперта, конечно же. Стучу, требуя кого-то из стражи срочно отвести меня к императору.

– Не положено, миледи, – получаю строгий ответ.

Закусываю губу от досады. Как же мне заполучить аудиенцию у будущего мужа? Может, написать записку? Но кто ее передаст? И дойдет ли она до адресата?

Смятенно расхаживаю взад-вперед по комнате, моя тяжелая юбка шуршит по мраморному полу. Корсет сдавливает ребра, затрудняя дыхание, но я едва замечаю эту боль, поглощенная лихорадочными мыслями. Внезапно в голову приходит идея – простая, но, возможно, действенная.

– Мне дурно! – громко восклицаю я, обращаясь к охраннику за дверью, а затем специально с шумом падаю на пол, чтобы это падение было слышно даже за стеной.

Секунда тишины, затем лязг ключа в замке. Дверь распахивается, и я слышу, как стражник тихо ругается, оглядывая госпожу, раскинувшуюся на полу.

Лежу неподвижно, стараясь дышать как можно незаметнее. Приоткрываю глаза ровно настолько, чтобы видеть, что происходит. Мужчина в панике: одно дело – охранять принцессу, и совсем другое – если с ней что-то случится перед самой свадьбой.

– Святое пламя! – шепчет он и, поднявшись на ноги, стремительно удаляется, очевидно, за врачом.

Кажется, сработало. Я быстро встаю и выглядываю в коридор – никого. Дорога свободна, но лишь на несколько минут. Не раздумывая, выскальзываю из комнаты, хотя, конечно, стоило бы все-таки лучше продумать детали своего побега.

Куда я иду? Я ведь даже не представляю, где искать покои Валериана! А если меня обнаружат? После всего, что произошло, меня вряд ли будет кто-то слушать.

И все же, я всегда была такой – импульсивной, быстрой на поступки. Мой девиз – не раздумывай, а делай. Возможно, это не самый мудрый девиз на свете, но зато я не терзаюсь в сомнениях, когда нужно действовать. В прошлой жизни это иногда играло против меня, но иногда и спасало.

Стремительно несусь по коридору, хотя в этом платье такое передвижение практически невозможно. Юбка путается в ногах, корсет не дает нормально дышать. Воздуха критически не хватает, и я даже горько усмехаюсь мысли, что в таком наряде мне и вовсе не требуется никакая охрана. Все равно сбежать в этом одеянии, явно придуманном для пыток, нереально.

Задыхаясь от быстрой ходьбы, я облокачиваюсь на стену, пытаясь перевести дух, и тут из-за приоткрытой двери до меня доносятся чьи-то голоса. Замираю, прислушиваясь.

– Неужели нашей королевой станет эльдорская шлюха? – произносит женский голос, преисполненный презрения.

Слова режут, будто ножи. Кажется, в этом замке нет ни единого человека, который бы относился к бедняжке Аделлее с теплом. Что же она сделала, чтобы заслужить такую ненависть? Или дело просто в ее происхождении?

– Не волнуйся, – отвечает другой голос, более низкий, явно принадлежащий мужчине. – Как только брак будет заключен, и она понесет, Валериан тут же избавится от нее.

«Понесет». Слово пронзает, будто лезвие. Холодный пот выступает на спине, и, несмотря на тяжесть платья мне становится зябко. Похоже, я не учла очень важный аспект. Политическому браку нужен наследник. А значит, мне не удастся просто спокойно отсидеться на задворках страны. И, кажется, император не собирается оставлять меня в живых после того, как я исполню свою функцию.

Бежать! Мне нужно бежать. Иного выхода просто нет! Но куда? В чужом мире, без денег, без знаний о местности, без союзников? С таким же успехом я могу броситься с крепостной стены – результат будет похожим.

Я растерянно отступаю назад, смятенная и не представляющая, что же мне делать дальше. Голоса приближаются, и я понимаю, что сейчас меня обнаружат. Поворачиваюсь, чтобы мчаться в другую сторону, и вдруг на мой рот ложится чья-то ладонь, предотвращая, рвущийся изнутри крик.

– Тише, принцесса, – шепчет голос, обжигая мочку уха. – Идите за мной, если хотите жить…

Глава 5. Виктория.

Сердце подпрыгивает к горлу, и, если бы не чужая рука, сковывающая мой голос, замок, наверное, содрогнулся от душераздирающего вопля.

Пытаюсь вырваться, но незнакомец не позволяет мне отстраниться.

– Успокойся, Лея! Это я, я – Элдрик! – голос звучит твердо, но без угрозы.

Я сглатываю, но останавливаюсь, хотя меня по-прежнему трясет, и тогда ладонь на моих губах расслабляется.

Поворачиваю голову и вижу мужчину. Его лицо частично скрыто капюшоном плаща, но я могу разглядеть суровую линию подбородка, покрытого легкой щетиной.

– Элдрик? – повторяю едва слышно.

– Шшшш, – отвечает тот, прикладывая палец к губам.

А затем приподнимает край капюшона, и я утыкаюсь в красивые глубокие глаза цвета морской волны, глядящие на меня внимательно и нежно.

– Скорее! – человек протягивает руку, закованную в грубую кожаную перчатку, потрескавшуюся от времени.

Тысяча вопросов вертится у меня на языке, но голоса, приближающиеся к нам, становятся все громче. Времени на раздумья нет и, повинуясь странному чутью, я киваю, позволяя незнакомцу увлечь меня в темный боковой коридор.

Кто он? Друг или враг? Союзник Аделлеи или еще один, кто желает ей – мне – смерти? Не знаю. Но сейчас у меня нет выбора, кроме как довериться этому человеку, появившемуся из ниоткуда. Только бы не из огня да в полымя!

Послушно иду за ним, чувствуя, как его пальцы крепко сжимают мою ладонь. Возможно, это глупо. Возможно, именно так и попадают в еще большую беду. Но сейчас он – моя единственная надежда. А надежда всегда слегка отдает безумием.

– Сюда, – шепчет он, резко дергая меня за руку и вжимая в стену, когда из-за угла показываются люди в форме.

Я задерживаю дыхание. Сердце бьется так громко, что, кажется, его слышат все вокруг. Однако, стражники проходят мимо, не замечая нас в тени тяжелых бархатных штор. Когда звук их шагов затихает, мы продолжаем путь.

Наблюдаю за своим проводником. Он движется решительно, но иногда останавливается, оглядываясь по сторонам, словно не до конца уверен в маршруте. Его брови хмурятся, когда мы подходим к развилке коридоров, и он на мгновение колеблется, выбирая направление. Нет, он определенно не слуга этого дворца и не частый его гость. Он действует по наитию или, возможно, по заранее изученной, но не идеально запомненной карте.

Мы поворачиваем за очередной угол и застываем на месте. Прямо перед нами – трое стражников, ведущих оживленную беседу. Секунда замешательства, и мой проводник резко дергает меня в сторону, пока не стало слишком поздно.

Еще пара поворотов, и он внезапно тормозит, дергает какую-то неприметную дверь, буквально втаскивая меня внутрь, после чего мы оказываемся практически в полнейшей темноте.

Я ничего не вижу. Чувствую только, как руки крепко хватают меня за плечи, оттаскивая вглубь комнаты. А потом – неожиданно – его губы обрушиваются на мои в пылком, отчаянном поцелуе.

Шок парализует меня. На несколько секунд я замираю, не зная, как реагировать. И лишь затем отталкиваю его.

– Лея? – в его голосе звучит удивление.

Мысли лихорадочно мечутся в голове. Очевидно, что между ним и Аделлеей что-то есть… или было. Но что я могу ему сказать? Извините, но я не имею понятия кто вы такой и не привыкла лобызаться с первым встречным?

– Сейчас не время, Элрик, – произношу я, стараясь звучать твердо, но не слишком отстраненно.

– Элдрик, – поправляет тот с ноткой раздражения. – Все хорошо?

«Хорошо?!» – хочется мне закричать. Я заперта в чужом теле, в чужом мире, отдана на растерзание какому-то жуткому императору и скрываюсь от стражи с человеком, которого не знаю, но который, очевидно, ожидает от меня определенных чувств. Ничего не хорошо. Все катастрофически плохо.

– Я… не… – слова застревают в горле.

Сказать правду? Невозможно. Он примет меня за сумасшедшую, и тогда я точно останусь без помощи. Нужно играть роль Аделлеи, какой бы сложной она ни была.

– Не волнуйся, Лея, – голос Элдрика смягчается, в нем появляются нотки нежности. – Я здесь. Я пришел за тобой, любимая. И я не отдам тебя этому ужасному человеку.

«Любимая». Слово обрушивается на меня тяжелым грузом ответственности. Этот человек рискует жизнью ради Аделлеи. Ради женщины, которой я не являюсь, но которой должна притворяться, если хочу выжить.