Tommy Glub – Опасная для Босса (страница 21)

Ника: "И что? Ты думаешь, мы дадим тебе лететь в Милан с боссом без нормального платья? Не смеши."

Наташка: "Уже выхожу. Беру три варианта. Через полчаса буду."

Алинка: "Я тоже уже собираюсь. У меня как раз есть одно платье... оно тебе идеально подойдет."

Слезы наворачиваются на глаза. Я не заслуживаю таких подруг. Совсем не заслуживаю.

"Спасибо вам. Я вас так люблю."

Ника: "Меньше соплей, больше кофе завари. Нам еще примерку устроить надо."

Я вскакиваю с кровати, включаю свет, иду на кухню ставить кофе. Быстро навожу хоть какой-то порядок в комнате — убираю вещи, которые разбросаны по полу, застилаю кровать.

Через двадцать минут раздается звонок в дверь. Открываю — на пороге стоит Наташка с огромным пакетом в руках.

— Привет, Золушка, — усмехается она, проходя внутрь. — Твоя фея-крестная прибыла.

— Наташ, ты серьезно притащила сюда три платья?

— Четыре, — поправляет она, вываливая содержимое пакета на диван. — Одно на всякий случай.

Платья разных цветов и фасонов расползаются по дивану. Красное, изумрудное, темно-синее, бежевое. Все явно дорогие и безумно красивые.

— Откуда у тебя это все? — я в шоке разглядываю наряды.

— Коллекционирую, говорила же, — она пожимает плечами. — Хожу по распродажам люксовых брендов, беру со скидкой. Некоторые вообще не надевала ни разу, потому что было некуда.

Через пять минут приходит Алинка — тоже с пакетом. У нее два платья — черное и золотистое.

— Черное от сердца отрываю, — говорит она, доставая его из пакета.

Я беру платье в руки. Оно легкое, шелковое, с открытой спиной и тонкими бретельками. Простое, но при этом невероятно элегантное.

Еще через пять минут появляется Ника — с двумя пакетами в обеих руках.

— Вы начали без меня? — возмущенно спрашивает она. — Как вам не стыдно! Спорим, вы все притащили только платья, а я еще и обувь?

Она поднимает один пакет вверх и передает его мне, а затем достает из второго бордовое платье — невероятно красивое, дорогое, явно от известного дизайнера.

— Это моя последняя покупка, — говорит гордо. — Еще не надевала. Но для Милана самое то.

Я смотрю на все платья, разложенные на диване, и чувствую, как к горлу подступает ком.

— Девочки... вы все бросили свои дела и приехали ко мне в полночь...

— Ну еще бы! — фыркает Наташка. — Ты думаешь, мы дадим тебе лететь в Милан с боссом без нормального платья?

— Примерка! — командует Ника. — Давай, Сонь, начинай с черного.

Иду в комнату, снимаю пижаму и натягиваю черное платье от Алинки. Оно садится идеально — облегает фигуру, но не вульгарно. Открытая спина добавляет сексуальности, но остается элегантность.

Выхожу к девочкам и вижу, как они пораженно замирают.

— Офигеть, — выдыхает Ника. — Сонь, ты... ты просто бомба.

— Он упадет в обморок, — кивает Наташка. — Серьезно. Это платье создано для тебя.

Следующие полчаса превращаются в настоящую примерочную. Я меняю платье за платьем, а девочки обсуждают каждый вариант.

Красное — слишком вызывающе для деловой встречи. Темно-синее — красиво, но цвет не мой. Бежевое — слишком просто для дорогого ресторана, хоть и брендовое. В итоге останавливаемся на изумрудном Наташкином, черном Алинки и бордовое Ники тоже забираю. Они все три смотрятся так, что мы не можем остановиться на одном. Выбираем три пары обуви и все пакуем в чемоданы. По ходу дела буду определяться, что надену.

— Боже, девочки… я теперь даже не знаю, — сажусь на диван растерянно. — Что, если я его спровоцирую?

— И что? — хмыкает Ника. — Будет у тебя еще одна шикарная ночь.

— Но его невеста…

— А что она? Ты ее контролируешь, — со знанием дела говорит Наташка. — И потом… хороший левак укрепляет брак, разве нет? Вот и запоришь им брак.

Девочки начинают смеяться, но только мне вообще не смешно. Мне кажется, что я так волнуюсь, будто… будто мне самой хочется быть с ним в Милане и… носить эти красивые платья, чтобы потом у нас все случилось. Но это ведь невозможно? Я не могу этого хотеть.

24 глава

Когда они наконец уходят, на часах уже половина второго ночи. Я ставлю будильник на половину четвертого, ложусь в кровать и закрываю глаза, но сон не идет из-за того, что в голове крутятся мысли одна тревожнее другой.

Что, если Никита попытается что-то сделать? Что, если он перейдет ту самую черту, которую сам же и провел? Что, если я не смогу ему отказать? И главное — что я расскажу Лине в каждом из этих вариантов?

Ворочаюсь до половины четвертого. А потом вскакиваю с кровати с тяжелой от недосыпа головой, но все же чувствую себя бодро из-за адреналина, бурлящего в крови.

Принимаю быстрый душ, подкрашиваю брови и ресницы, волосы собираю в хвост. Одеваюсь в джинсы и свитшот — для перелета сойдет. Платья аккуратно упакованы в чемодан. Не знаю еще, какое выберу. Девочки сказали, что все сногсшибательные. "Что бы ты не надела, он точно потеряет голову", — вот так сказали девочки, а мне теперь страшно.

Я не уверена, что хочу, чтобы он терял голову, но и выбора особо нет. Он сказал красивое, так что я не могу ударить в грязь лицом, не имею права прийти в дорогой ресторан в джинсах.

В без пяти четыре раздается звонок в дверь. Я хватаю чемодан, сумку и иду открывать.

На пороге стоит Никита.

В темных джинсах, черной водолазке и кожаной куртке. Волосы слегка растрепаны, на лице — легкая щетина. Он выглядит... по-другому. Не как босс в строгом костюме, а как обычный мужчина. Притягательный, опасный, чертовски сексуальный.

— Доброе утро, — говорит он с усмешкой. — Готова?

Я сглатываю и киваю.

— Да.

Он забирает у меня чемодан — даже не спрашивает, просто берет и идет к лифту. Я же закрываю дверь и следую за ним, пытаясь не пялиться на то, как хорошо на нем сидят эти джинсы.

В лифте мы молчим. Я стою у противоположной стены, он — у кнопок. Пространство между нами заполнено электрическим напряжением, которое почти физически ощущается. Господи, и я полночи ворочалась, задаваясь вопросами, что же будет? Мне кажется, и так все понятно.

— Выспалась? — спрашивает он, не глядя на меня.

— Не очень, — честно признаюсь.

— Нервничаешь?

— Немного.

Он поворачивает голову, смотрит прямо на меня. В его темных глазах плещется что-то хищное.

— Не нервничай, Соня, я ведь не кусаюсь. Без разрешения.

Последние два слова он произносит тише, и от них по спине пробегает дрожь.

Лифт останавливается, створки открываются, и мы выходим на парковку. Его машина — черный внедорожник с тонированными стеклами — стоит у выхода. Он кладет мой чемодан в багажник, открывает мне дверь.

— Садись.

Я забираюсь на переднее сидение, пристегиваюсь. Он садится за руль, заводит мотор. Тихая музыка заполняет салон — что-то джазовое, расслабляющее.

Едем молча. Город еще спит, улицы пустые, светофоры мигают желтым. Я смотрю в окно, пытаясь не думать о том, что сейчас происходит.

Но мысли все равно лезут в голову. Мы вдвоем едем в аэропорт. Сейчас полетим в Милан, проведем там вместе три дня. И я должна буду обо всем этом рассказать Лине.

— О чем думаешь? — его голос вырывает меня из размышлений.

— О работе, — быстро отвечаю.

— Врешь, — усмехается он. — Ты думаешь о чем-то другом. Вижу по твоему лицу.