Tommy Glub – Не идеальная жена для предателя (страница 13)

Край толстого дерева впивается в бёдра, я жмурюсь от боли и кусаю губу. Однако, это ненадолго. Мужчина разворачивает меня к себе и поднимает за подбородок лицо, заставляя взглянуть на него. Сойти с ума ещё больше, подчиниться, повиноваться. Я должна держаться, но ничего не получается. Я уже пропадаю в его плену. И это плохо, очень плохо. Мне надо немного быть осторожнее. А я совсем не научилась на своих же ошибках… Сглотнула, нервно замерев и едва сжимая телефон пальцами.

Он так близко, что я в момент чувствую, как меня ведёт от такой острой и, одновременно, необходимой близости. Замираю, ведь он сам должен сейчас действовать. А я должна найти силы оттолкнуть его.

— Боишься? — тихо интересуется Сапфир. — Почему?

— Не тебя, — сглотнула я. — Отпусти меня пожалуйста, — сама вежливость. Потому что только так я могу с тобой вообще разговаривать.

— Не хочу. Не могу, — улыбнулся мужчина, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. Ну точно, хищник. — Я же говорил: я хочу тебя. Неужели, думаешь, что мне просто нечем заняться?

— Да, а как ты догадался? — улыбнулась. — Хоти. Я тебя не хочу, — смотрю в его тёмные глаза и хмурюсь. — Просто оставь меня в покое, — прошу в который раз.

— Раньше… — мужчина давит своим телом сильнее, нагло опускает ладонь на бедро и гладит, проводя вверх и словно помогая присесть на стол. Так ему стало намного удобнее держать меня и не давать уйти. Он силой разводит мои ноги, вклиниваясь между ними. Я нервно сжимаю его ноги, от чего вся картинка ещё больше сбивает все мысли в голове. — Ты и правда изменилась, моя девочка, — другая ладонь ложится на шею и фиксирует меня так, чтобы я не смогла отвернуться. Испытывает моё терпение своими взглядами, руками, монотонным хриплым голосом и загоняет в ловушку. Я едва держусь, чтобы не облизнуть губы и не дать ему зелёный свет.

— Отпусти, — тихо шепчу. Это настолько невыносимая мука, что я мгновенно ощущаю горячие слёзы на щеках. Взгляд мутнеет, а его прикосновение к щеке чувствуется и вовсе обжигающе. Он смахивает мои слёзы тёплыми пальцами.

— Второй раз. Карин, что за защитная реакция? Ты никогда не плакала… Никогда не показывала вот таких чувств… Прошу, прекрасти, — его голос на миг садится, словно разряженная батарейка. Он ошеломлён и в шоке не знает что делать со мной и моими слезами.

— Я не хочу, — сглотнула. — Ты живёшь с Алисой и спишь с ней. Ты закрыв глаза, посадил меня в тюрьму, — тихонько нашёптываю я. — И ты не даёшь мне сына. Я в праве не просто не хотеть тебя, Сапфир, — слова сами собой вырываются изо рта.

— Как ты хочешь доказать свою невиновность? — тихо интересуется он. Кажется, что он сейчас искренен. Но…

— Да не знаю я! — шиплю, отталкивая его что есть мочи. И он поддаётся, отходит от меня и даёт глотнуть свежего воздуха. Опускает взгляд и молчит

— Собирайся, — слышу я холодное через минуту. До этого он стоял и что-то обдумывал.

— Да, сейчас, — я спрыгиваю со стола и пару секунд прихожу в себя. Уже поздно и надо ехать домой, чтобы охрана всё тут закрыла и поставила на сигнализацию…

— Поедешь со мной? — спросил мужчина.

— Нет-нет, — я прячу остальные слёзы, собирая свои вещи со стола. — Я сейчас вызову такси, не нужно. Едь…

— Я заберу сына с тренировки и мы можем вместе поужинать.

Холодные капли пота проходятся по спине и я резко поднимаю на него взгляд. Сглотнув, я проморгалась, вытирая слёзы. Смотрю на него, боясь, что он сейчас передумает и кинет меня вновь. Потому не решаюсь ничего ему лишнего говорить, растерянно возвращаюсь взглядом к нему и пытаюсь найти слова.

— Если это потому, что я тут снова дала слабину или ты хочешь что-то…

— Это потому, что Алиса дико его ненавидит и совершенно не даёт ему того, на что способна ты, — уверенно перебивает меня бывший, накидывая на плечи пальто и подавая мне моё. Мы одеваемся так быстро, словно оба дико соскучились по сыну. — Потерпи меня ещё пару часов, — просит с улыбкой он, а я готова ради этого и не на такое…

— Хоть пару дней, ради Димы, — шепчу ошеломлённо, не в силах поверить в его слова. — Ты и правда меня пустишь к нему? — переспрашиваю.

— Дыши, Карин, — улыбнулся бывший. — А то не довезу.

— Сапфировский, неужели ты идёшь мне навстречу? — пытаюсь дышать. Но это очень сложно. Мне нужно было, чтобы он пошёл мне на уступки. И теперь, когда он идёт, я не могу поверить этому счастью.

— Чтобы между нами не случилось, мы остались родителями, — логично рассуждает он, уверенно и рационально расставив в миг приоритеты. — Мне не менее сложно находиться рядом с тобой, но я должен действовать и в интересах сына.

— Если она его хоть пальцем тронула, Сапфир… Или обидела… — смотрю снова на него. Думаю, что если Алиса хоть пальцем тронула сына, я её повешу, оттаскав за волосы по трассе.

— Разделяю твои мысли. Но нет. Дима под контролем.

Мы вместе спускаемся и садимся в его машину. И пока я не могу сдерживать улыбку и усидеть на месте, всю дорогу ощущаю взгляд бывшего — тяжёлый и задумчивый. Словно он не верит в то, что я настолько сильно хочу увидеться с ним. Настолько сильно хочу расцеловать его щёчки и потискать любимого ребёнка. Пусть. Пусть думает, что хочет.

Но мне уже всё равно. Пусть хоть сейчас позволит мне увидеться с сыном. Пусть хоть на немножко побудет хорошим папой.

7

Сапфир

Пока мы едем по вечернему городу, я понимаю: насколько моё желание провести этот вечер с ней и Димой — правильно. Мне и самому нужен этот релакс. Хочу ощутить отголоски того счастья, которым была пропитана наша жизнь. Хочу весь вечер быть просто папой и её сделать просто мамой. Чтобы мы оба тоже немного отошли от вражды и подарили сыну своё время. Пусть я не идеален и пусть хочу от неё сейчас только секса. Если честно так сильно, что крыша едет. Пусть, я пару дней устроил ей американские горки и вынудил обороняться и ставить мне маты… Но сейчас, приближаясь к школе Димы всё ближе и ближе, я понимаю — насколько и сам соскучился по ней и Диме. Насколько сильно хочу, чтобы они встретились. Может, Карина и виновата в случившемся с нами. Может, нет. Но она мама моего ребёнка. И я могу дать ей то, от чего она сможет дышать.

Пусть вернёт себе прежнюю жизнь, я не против. В конце-концов, чем чаще она говорит о том, что не виновата, тем сильнее я верю в это. Мне интересно посмотреть, как она оправдается. И если она и правда не виновата, я извинюсь. И покорно сделаю всё, что она скажет.

— Сиди в машине, — остановившись около школы, где проходят уроки борьбы, прошу я, а сам выхожу из машины и закрываю дверь. Димка бежит уже с выхода и едва видит меня, с блестящими глазами восклицает на весь двор:

— Папа! — я подхватываю его на руки и прижимаю. Несмотря на то, что вторая дочь Алисы — моя, я не так много эмоций испытываю к малышке. Возможно, потому, что она такая маленькая и так часто болеет, и потому, что Алиса почти не позволяет к ней касаться. А вот к своему первому сыну… Ещё и какие сильные чувства.

Возможно, что всё дело в разном отношении к матерям.

— Привет, — я ставлю сына на ноги и поправляю свитер и курточку. Сажусь рядом с ним на корточки и улыбаюсь. Хочется снова его сжать, но сдерживаюсь. Дети — это отдельный и очень сильный наркотик, который действует на меня, как настоящий гипноз. — Как у тебя дела?

— Хорошо. Думал, меня сегодня снова Антон заберёт, — парень, так сильно похожий на Карину, улыбнулся, рассматривая меня. Привычно трогает мои руки и играется с ремешком часов, сжимая кожу.

— Я не один приехал, — улыбаюсь. — Помнишь, я говорил тебе, что твоя мама сейчас очень занята и работает за границей? У неё действительно не было времени, чтобы увидеться с тобой, но сегодня… Она приехала. Я привёз её тебе.

— Мама? — Дима замер. — То есть, Алиса? — малый сперва и не понял о ком я говорю.

— Нет, твоя мама. Настоящая. Та, которая тебе писала прикольные сообщения и каждый выходной дарила подарки, — улыбнулся ещё шире. Я делал для сына всё возможное, чтобы он запомнил свою маму. Даже не думая. Просто делая, покупая подарки, показывая смс и часами рассказывая о нашей красивой маме столько, что Стрижова сейчас просто не поверит.

Беру его на руки, сажусь в машину и тут же меня оглушает крик Димки. Карабкается к ревущей девушке и обвивает её руками и ногами. Он слипается с Кариной всеми конечностями, да так крепко, что в первые секунды я не смог вытянуть руку, зажатую между сыном и бывшей. Усмехаюсь, отстраняюсь и киваю водителю.

Пока едем в торговый центр, они перебивая друг друга, говорят. Карина спрашивает его обо всём на свете, а Дима всё рассказывает, иногда вытирая слёзы и себе, и ей. Девушка при этом немного съезжает по сиденью, чтобы было удобно и становится похожей на ту, которую я когда-то знал. Милую девочку с чертовски мягкой улыбкой и звонким смехом. Они с сыном даже не смотрят в мою сторону, говоря и говоря…

И мне становится гадко.

От самого себя и от совершённых мной поступков.

Приезжаем в торговый центр и на игровом этаже проводим время до самой полуночи и едим много-много мороженого. Настолько, что в мороженом была одежда у всех, даже у охранников. Мой телефон вырубается после пятого звонка Алисы, а Карина и вовсе не обращает ни на кого внимания. Словно ослеплённая, она видит только Диму и иногда смеётся с его пакостей. Они вместе обмазали одного из парней мороженным и едва оба потеряли интерес к нему, убежали снова в лабиринты, я отправил его отмываться, сдерживая смех. Карина и дальше бесится и носится с сыном, хохоча так, что даже охрана еле скрывала улыбки.