Томас Соуэлл – Принципы экономики. Классическое руководство (страница 40)
Tata Steel потратила 2,3 миллиарда долларов на закрытие обветшавших заводов и модернизацию рудников, шахт и сталелитейных предприятий, а также на строительство новой доменной печи. С 1993 по 2004 год производительность резко возросла с 78 тонн стали на работника в год до 264 тонн — благодаря модернизации заводов и уменьшению брака.
В 2007 году Wall Street Journal сообщала, что аналитики подтверждают заявления Tata Steel о том, что она производит сталь с самыми низкими затратами в мире. Однако все эти изменения не понадобились бы, если бы эта и другие индийские компании по-прежнему прятались от конкуренции за вывеской предотвращения «монополии». Конкуренция революционизировала не только индийскую сталелитейную промышленность, но и среди прочих автомобилестроительную и часовую.
Глава 9. Рыночные и нерыночные экономики
В целом «рынок» умнее самых умных из его отдельных участников.
Хотя коммерческие предприятия, основанные на прибыли, в современных странах с развитой промышленностью стали одним из самых распространенных экономических институтов, понимание того, как они устроены и как вписываются в экономику и общество, распространено далеко не так широко. Преобладание таких предприятий во многих экономиках мира считается настолько само собой разумеющимся, что мало кто задается вопросом, почему именно этот способ обеспечения жизненных потребностей и удобств стал превалировать над альтернативными методами выполнения экономических функций.
Капиталистический бизнес — это всего лишь один из множества экономически продуктивных видов деятельности человека в разных местах планеты в разные исторические периоды. Тысячи лет люди жили без бизнеса. Племена охотились и ловили рыбу совместно. В течение столетий феодального строя ни крестьяне, ни дворяне не были бизнесменами. Даже позже миллионы американских семей вели самодостаточное хозяйство на фермах, выращивали себе еду, строили дома и шили одежду. Еще совсем недавно существовали кооперативы, например израильские кибуцы, где люди добровольно предоставляли друг другу продукты и услуги, обходясь без денег. Во времена Советского Союза целая современная промышленная экономика состояла из государственных и управляемых государством предприятий, которые вели ту же деятельность, что и предприятия в капиталистической экономике, но фактически не были бизнесом в силу своих стимулов и ограничений.
Даже в тех странах, где нормой стал бизнес, ориентированный на прибыль, множество частных некоммерческих организаций, таких как колледжи, фонды, больницы, симфонические оркестры и музеи, предоставляют различные продукты и услуги в дополнение к государственным учреждениям, например почтовым отделениям и публичным библиотекам. Хотя некоторые из этих организаций предоставляют продукты и услуги, отличающиеся от тех, что предоставляют предприятия, ориентированные на прибыль, другие производят аналогичные или дублирующие продукты.
Университеты публикуют книги и проводят спортивные соревнования, билеты на которые приносят миллионы долларов выручки. Журнал National Geographic издается некоммерческой организацией; такая же ситуация с журналами, издаваемыми Смитсоновским институтом и рядом независимых некоммерческих исследовательских учреждений («аналитических центров»), такими как Брукингский и Гуверовский институты, Институт американского предпринимательства. Некоторые функции департамента автотранспорта (например, продление прав) берет на себя Американская автомобильная ассоциация. Эта некоммерческая организация также организует авиаперелеты и путешествия на круизных лайнерах, подобно коммерческим туристическим агентствам.
В общем, деятельность коммерческих и некоммерческих организаций пересекается, как и деятельность некоторых государственных органов — местных, национальных или международных. Более того, многие виды деятельности со временем переходят от одного типа организаций к другому. Например, когда-то за муниципальный транспорт в США отвечали частные компании, затем троллейбусы, автобусы и метро в основном перешли в ведение государства. В последнее время произошли сдвиги в обратном направлении, и теперь некоторые государственные функции (например, вывоз мусора и управление тюрьмами) в ряде мест перешли к частным коммерческим предприятиям, а определенные функции некоммерческих колледжей и университетов (например, книжные магазины в кампусах) — к таким компаниям, как Follett и Barnes & Noble. К традиционным некоммерческим учебным заведениям добавились коммерческие университеты, такие как Университет Финикса, в котором студентов не только больше, чем в любом из частных некоммерческих учебных заведений, но и чем в некоторых государственных университетах.
Одновременное наличие нескольких организаций, делающих сходные или дублирующие вещи, дает возможность понять, как различные способы ведения экономической деятельности влияют на различные стимулы и ограничения, с которыми сталкиваются лица, принимающие решения в этих организациях, и как это, в свою очередь, влияет на эффективность их деятельности и на экономику и общество в целом.
Неправильные представления о бизнесе в обществе, где большинство людей его не изучали и им не занимались, практически неизбежны. В обществе, где большинство людей — наемные работники и потребители, легко думать о компаниях как о «них», то есть безличных организациях, внутренняя суть которых в основном непонятна, а обращающиеся суммы настолько огромны, что это не укладывается в голове.
Поскольку нерыночные способы производства продуктов и услуг столетиями, если не тысячелетиями, предшествовали рынкам и предприятиям, возникает закономерный вопрос: почему в таком огромном числе стран мира бизнес в значительной степени вытеснил нерыночных производителей? Этот факт — вытеснение бизнесом многих других способов организации производства продуктов и услуг — свидетельствует о том, что преимущества в издержках, отраженные в ценах, весьма существенны. И такой вывод делают не только экономисты свободного рынка. В Манифесте Коммунистической партии Маркс и Энгельс говорят о буржуазии: «Дешевые цены на ее товары — вот та тяжелая артиллерия, с помощью которой она разрушает все китайские стены». Но это никак не избавило бизнес от критики — ни тогда, ни потом.
Поскольку людей, желающих вернуться к феодализму или ко временам самодостаточных хозяйств, очень немного (если такие вообще есть), сегодня основная альтернатива капиталистическому бизнесу — государственные предприятия, которые могут быть либо изолированными явлениями, либо частью всеобъемлющего множества организаций, основанных на государственной собственности на средства производства (социализм). Существует много теорий о достоинствах и недостатках рыночных и нерыночных способов производства продуктов и услуг. Однако все дело в реальных результатах деятельности рыночных и нерыночных производителей.
В принципе и рыночную, и нерыночную деятельность могут осуществлять конкурирующие или монополистические предприятия. Но на практике конкурирующие предприятия в основном ограничиваются рыночной экономикой, тогда как государство для определенной задачи обычно создает один орган с исключительными полномочиями.
Монополия — враг эффективности, будь то при капитализме или социализме. Разница между системами в том, что при социализме монополия становится нормой. Даже в смешанной экономике, когда одни виды экономической деятельности осуществляет государство, а другие — частный сектор, действия государства обычно являются монополистическими, в то время как на частном рынке, как правило, работают предприятия-конкуренты. Таким образом, когда на какую-то часть Соединенных Штатов обрушивается ураган, наводнение или другое стихийное бедствие, экстренную помощь оказывают как Федеральное агентство по управлению в чрезвычайных ситуациях (FEMA), так и многочисленные частные страховые компании, дома и собственность клиентов которых оказались повреждены или уничтожены. Откровенно говоря, FEMA работает медленнее и не так эффективно, как частные страховые компании. Страховая компания не может себе позволить передавать деньги своим страхователям медленнее конкурента. Мало того что жители пострадавшего региона перейдут к нему, если их компания затянет с выплатами, а их соседи получат приличный аванс от конкурента, так еще и слухи о любой такой разнице быстро разлетятся по стране, заставляя миллионы людей переводить миллиарды долларов, вращающиеся в страховом бизнесе эффективной компании.
Между тем государственное учреждение не испытывает такого давления. Несмотря на то что FEMA критиковали и высмеивали за неумение оказать своевременную помощь пострадавшим от стихийного бедствия, другого государственного органа, к которому люди могли бы обратиться за той же услугой, просто нет. Более того, руководители этих агентств получают фиксированную зарплату, которая не зависит от того, насколько быстро и качественно они помогли пострадавшим. В тех редких случаях, когда государственная монополия вынуждена конкурировать с частными предприятиями, выполняющими ту же работу, результаты нередко аналогичны тому, что происходило с почтовой службой в Индии: