Томас Пикок – Аббатство кошмаров. Усадьба Грилла (страница 50)

Полный мощи боевой, Взор являя огневой, Мог ли снова он восстать? Чтоб, его завидя стать, Разбежалось с воплем прочь Все, что породила ночь, Все, что застит ясный день: Фанатизма дребедень. Омрачающая радость; Хаоса тупая тягость; И «невежества советы»[486], «Без огня, любви и света»[487], На людей глядящих букой, Величаясь лженаукой, Начиненных мелкой скукой. Чтоб оправдать здесь наше появленье, Теперь же, повелители теней. Мы развернем пред вами представленье: Великие триумфы новых дней! Тогда ваш век оценит наконец Блуждающий во мраке Грилл-слепец. И трепеща, и замирая, с жаром, Местечко, может, для себя найдет Там, где взлелеян, убиваем паром, И газом освещен народ. Цирцея: Ну, что там. Грилл? Грилл: Я вижу океан, Изборожденный вдоль и поперек, Полощет ветер вольно паруса, Другие корабли без парусов. Наперекор ветрам их увлекает Какая-то неведомая сила. Дробит валы на мириады брызг. Один горит, другой разбит о скалы И тает, словно мокрый снег, в волнах. Столкнулись две посудины средь моря И развалились тут же на куски — Поведать некому о катастрофе. А тот взлетел на воздух, и обломки Усеяли морское дно. Нет, лучше С Цирцеей жить спокойно мне, как прежде, Чем по миру метаться на судах — Аластор как ловушки их придумал. Цирцея: Взгляни туда. Грилл: Сейчас все изменилось: Машин диковинных там вереницу Влечет одна и пышет дымом Как будто из колонны. Быстро Они несутся, словно листья кленов, Когда их гонит ветр осенний; В окнах лица, там множество людей. Как быстро мчатся — их не разглядеть. Спирит: Одно из величайших достижений: Как птицы стали люди и скользят, Что ласточки в полете над землей. Грилл: Куда? Спирит: А цель в себе самой — Конец скольженья по земному краю. Грилл: И если это все — я б предпочел Сидеть бы сиднем дома, но пока Я вижу — две столкнулись и пути Усеяны обломками, одна Скатилась по откосу, а другая С моста нырнула в реку — стоны, смерть, Как будто поле боя. Вновь триумф?