Тома Ди – Запретная для Дракона (страница 7)

Вслед за мной из лачуги вышел Мейсон и с весьма разъярённым видом сразу же накинулся с обвинениями.

— Ты была в своём уме, когда сюда пришла?

— Я вообще не знаю, как я здесь оказалась? — пролепетала я в ответ.

— Магия на двери явно хранит добровольный вход, и у ведьмы есть эхо твоего согласия. Твоё счастье, что этот кучер оказался таким сознательным, и по возвращению в город забил тревогу.

— Стэн? — переспросила я, уставившись на крышу ветхого домика.

Точно, эта она, та странная, непропорционально большая и чёрная крыша, которая у меня так не вязалась с белёными стенами и резными наличниками. Неужели всё, что я видела, было наваждением?

— Да, он. Приехал напрямую к твоим родителям, а там уж и до меня дошли новости. За что мне всё это? Послали же мне боги истинную без мозгов, — Мейсон злобно сверкнул на меня глазами. — Куда теперь тебя в таком виде?

— Никуда, — огрызнулась я. — Сама дойду!

Это я конечно погорячилась, потому что в таком виде не то чтобы до города дойти, несколько шагов ступить было тяжело и противно. Дико хотелось смыть с себя эту отраву и одеться в чистое.

— Куда ты дойдёшь, наивное создание? В этом лесу ведьм больше чем грибов. А ты сейчас для них, как самый желанный цветочек, источающий изумительное благоухание, — на этих словах Мейсон громко и обидно расхохотался. — Понесу тебя в лапах, отвернись.

— Что? — не поняла я.

— Отвернись, сказал, и не поворачивайся пока сам тебя не возьму!

Я послушно отвернулась в сторону леса и стояла так, прислушиваясь к странным шуршащим и щёлкающим звукам, пока сзади меня не раздалось протяжное рычание:

— Готова?

Я обернулась и увидела огромного серебристого дракона с шипастой мордой и перепончатыми крыльями, сложенными на боках. По хребту от самой головы до хвоста располагались большие костяные наросты, похожие на пластины. Неужели это Мейсон?

Я бредила драконами в детстве, изучала историю их родов, умения и классификацию чешуйчатых. Я знала их стихии и отчаянно мечтала тоже быть драконом, но в нашем мире это стезя только мужской части населения, и то не всей, а только совсем небольшой её части избранных. Так что, поняв, что летать в обличье зверя мне не суждено, я полностью подалась в магию зелий. Это было мне доступно. Кто бы знал, что судьба сведёт меня с настоящим крылатым.

Пока я восхищёнными глазами пожирала вид ящера, Мейсон взмахнул крыльями и резко взмыл в небо. О, как хорош! Я раньше часами могла разглядывать книгу о драконах с цветными картинками. А тут настоящий, живой!

Тем временем Мейсон, сделав вираж над заросшей крапивой поляной, спикировал прямо на меня и, схватив своими лапами за талию, снова взмыл в небо. От резкого набора высоты и огромной скорости у меня перехватило дыхание, и сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. К моему удивлению держал он меня очень бережно, стараясь не передавливать и не ослаблять захват, чтобы я не выскользнула из его лап. Ветер обвивал моё лицо и ноги, всё остальное было защищено когтистыми пальцами дракона.

Полёт длился не долго, пролетая над озером, Мейсон разжал свои когти, и я шлёпнулась в воду. Тяжелое платье сразу же потянуло меня на дно, но дракон не дал утонуть, он хватал меня, приподнимал над водой и снова разжимал свои лапы. Это купание казалось длилось бесконечно, я нахлебалась воды, потеряла свои туфли и поясную сумку с зельями, моё платье и волосы были насквозь мокрыми, но тем не менее стали чистыми, полностью отмывшись от ведьминской слизи.

— Пожалуйста, хватит, — взмолилась я, обессиленным голосом, Мейсон всё понял, и уже буквально через несколько минут он осторожно приземлил меня на крыше своего замка.

11. Выбор

Я без сил упала на каменное покрытие широкой смотровой площадки на крыше замка. Тело било крупной дрожью от холода, и мне казалось, что сейчас медленно умираю, двигаться я совсем не могла.

— Быстро, ещё одну мантию, — услышала я приказной тон Мейсона, а потом почувствовала как его руки бесцеремонно расстегивают пуговицы моего дорожного платья.

— Не надо! Что ты делаешь? — запротестовала я, но вместо того, чтобы запретить ему снимать с меня платье, моё тело послушно наклонялось и изгибалось так, как было удобно дракону.

— Надо, — рыкнул он, — не хватало ещё, что бы ты заболела и сгорела в лихорадке!

Я чувствовала, что теряю сознание. Пытаясь держаться за реальность, я напрягала глаза и часто моргала, но это мне не помогало. Последнее, что я почувствовала, это как Мейсон заворачивает меня в сухую тёплую ткань и берёт на руки. Дальше темнота.

— Доченька, как же ты нас напугала!

Слова матери и последовавшие за этим рыдания были первыми, что я услышала, вернувшись из сонного забвения. Скосив глаза на эти звуки, я увидела отца и маму, сидящих рядом возле большой кровати, на которой я лежала. Я попыталась приоткрыть рот, чтобы спросить, где я, потому что это была точно не моя комната, но сухие губы меня совершенно не слушались.

Справа мелькнула служанка, заботливо приподняла мою голову с подушки и поднесла ко рту ложку с питьём. Я проглотила горькую жидкость, похожую на крепкий травяной настой и закашлялась. Мой рот заботливо промокнули салфеткой.

— Как ты себя чувствуешь? — ласково спросил отец.

— Не знаю, — честно ответила я одними губами.

Я пока ещё только начинала чувствовать, самым ярким было ощущение полного бессилия. Мне было трудно пошевелить даже кончиками пальцев. Глазами я осматривала комнату, соображая, как сюда попала, и тут я вспомнила последние минуты перед тем, как сознание отключилось.

Мои руки инстинктивно дёрнулись, проверяя под одеялом, одета ли я. Всё в порядке, почувствовав на теле ткань ночной рубашки, я снова расслабилась, хотя ненадолго. Дверь скрипнула, и в комнату вошёл Мейсон.

— Она совсем слаба, — поджав губы, обратилась к нему моя мать. — Помоги ей, прошу тебя!

— Оставьте нас, — ответил ей дракон, не отрывая от меня взгляда.

Мои родители спешно удалились, и я осталась наедине с бывшим мужем моей сестры. От его тяжёлого взгляда стало не по себе, и я сильнее вжалась в подушки, ожидая его гневных слов. Скорее всего, будет меня ругать, как всегда, еще не прошло ни одной нашей встречи, чтобы он не выставил меня полной дурой.

В голове вдруг всплыло воспоминание о том, как он раздевал меня на крыше своего замка. Он видел меня обнажённой, какой стыд! Щеки тут же налились пунцовым цветом, и я отвела взгляд, начав пристально изучать старинную вазу, стоявшую на столике неподалёку.

Мейсон подошёл ближе и сел на стул, где только что сидела моя мать.

— Что с тобой делать, Каролина?

Такого я не ожидала, я думала, он начнёт вспоминать про ведьму, про то, что пришлось меня спасать, начнёт рисовать себя героем и принижать меня, но голос Мейсона был другим. Он задал вопрос так, будто уже не первый день думает над этим, но никак не может принять правильного решения.

— Я не понимаю тебя, — прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Смотри, — он откинул край одеяла и, взяв меня за левую руку, указал пальцем на место, где раньше чётким контуром сияла метка Розинбергов.

Я посмотрела на своё предплечье и недоумённо приподняла брови.

— Она всё-таки её забрала? Как и обещала, — мои губы вытянулись в слабую извиняющуюся улыбку.

— Нет, она её не забрала, — отпустил мою руку Мейсон и прикрыл одеялом. — Она не смогла её забрать, я её убил.

— Как? — если бы у меня хватило сил, я бы подскочила на кровати от такого известия, но всё что я могла лишь сильнее выпучить глаза, показывая своё изумление.

— Тебя это удивляет?

— Да, — честно призналась я, в моём миропонимании убийство было очень плохим поступком, для меня было странным слышать, как легко и просто Мейсон признался в своём причастии к этому.

— То есть то, что эта зараза пыталась убить тебя, тебя не удивляет? Зато удивляет то, что я её убил! Каролина, ты меня просто поражаешь своей наивностью! Ты чем думала, когда отправилась в лапы этой хищницы?

Я молчала, нервно покусывая нижнюю губу и изо всех сил стараясь не заплакать. Так хотелось крикнуть ему в лицо, что я безумно хотела от него избавиться, но этого не позволяли приличия. Как никак он спас меня, нужно быть хоть немного благодарнее.

— Своими глупыми выходками ты поставила меня в самое неудобное положение из тех, в которых я когда-либо бывал. Сейчас метки на твоей руке нет и, значит, нет доказательства того, что ты моя истинная. Договор с Ханной уже приведён в действие, она с детьми далеко и больше мне не супруга. Ты же близко, но жениться я на тебе без твоего добровольного согласия теперь не могу, а согласия ты мне не дашь, как я уже понял.

Слёзы потекли у меня из глаз от осознания того, что я своими эгоистичными поступками разрушила столько всего, что теперь, чтобы всё это собрать правильно, потребуется очень много сил и времени. Убегая от дракона, предначертанного мне судьбой, я побежала совсем не в ту сторону, теперь ситуация настолько запутана, что я даже не понимаю, что делать дальше.

— И самое ужасное, Каролина, — Мейсон сделал долгую паузу, будто обдумывая, стоит ли меня посвящать в это «самое ужасное».

— Что? — не выдержав пытки ожиданием, переспросила я.

— То, что я тогда опоздал, и то, что я недостаточно тебя омыл свободными водами лесного озера, магия ведьмы проникла в твоё тело очень глубоко, и теперь ты никогда не будешь прежней.