Токсу Пэк – Дебютируй или умри. Том 1 (страница 4)

Уровень 1 → 2

Получено 1 очко!

Вскоре одно достижение – «Спеть 10 песен» – было закрыто.

Супер, все идет по плану.

Очко снова ушло в вокал – и показатель поднялся с «C+» до «B-». Проверил результат на той же песне.

Хм. На этот раз изменения чувствовались куда ярче. Голос стал глубже, мощнее. Похоже, при смене буквы скачок идет более заметный. Если так, то на старте характеристики будут расти очень быстро. Но сейчас было важно не это.

– А, да, вот моя визитка.

Так сразу? Даже не думал, что меня заприметят так быстро. Я уже даже начал думать, что надо приходить попозже. Удачно, конечно, получилось.

У девушки в очках, которая протягивала мне визитку, было уставшее лицо, но разговаривала она нарочито бодро. Похоже, старалась произвести хорошее впечатление – видимо, мое пение ее зацепило.

Я взял карточку. Как я и думал.

[Рю Сорин]

Ту старшекурсницу с журфака звали Рю Соджин. «Ну да, явно сестры[5]».

– А как вас зовут?

– Пак Мундэ.

– Красивое имя. Подумайте серьезно, ладно? У вас явно звездный потенциал. Наша программа как раз таких и ищет.

– Спасибо, – ответил я сдержанно. Слишком живой интерес выглядел бы подозрительно, будто я специально охотился за этой встречей. На кастинге все равно всех прогоняют через анкеты и фильтры, но уж слишком рьяных «охотников» они наверняка сразу отсекают.

Похоже, я выбрал верную тактику – женщина заговорила еще охотнее:

– У вас и внешность отличная, и поете отлично, в нашей программе вы точно выстрелите. Хм, может, прямо сегодня съездим и снимем тестовое видео?

– Что, простите?

Она явно решила не тянуть кота за хвост:

– Да давайте съездим сейчас, позвоните родителям, скажите, мол, сына позвали на телевидение, они наверняка только обрадуются.

– У меня нет родителей…

В глазах Рю Соджин мелькнула искорка интереса. Видимо, сразу решила, что из меня получится отличный материал для шоу. В таких передачах личные драмы – товар номер один. Зрители могут сколько угодно ругать телевидение за слезовыжимание, но рейтинги это все равно всегда только повышает. Упускать такой шанс сценаристка явно не собиралась. Однако почти сразу она вернула лицу мягкость и сочувствие:

– Ой… простите, зря я так сказала.

– Все в порядке.

– Да вы просто подумайте, это же экскурсия на телестудию! Не каждый день ведь такая возможность выпадает!

– Хм…

Пора соглашаться.

Я сделал вид, что сомневаюсь, выдержал паузу и медленно кивнул. Лицо женщины моментально просветлело.

– Отличное решение! Телецентр здесь совсем рядом!

Ну что, первая цель достигнута. Я и не думал, что все получится так легко.

В студии, куда меня чуть не заволочила сценаристка, ничего особенно интересного не произошло. Короткое интервью перед камерой – и все. Станцевать не попросили даже для формы, ну и, естественно, не дали никаких советов пойти в танцевальную школу. Судя по всему, моя роль в шоу была предопределена. Ну и ладно. Главное, что мое имя появилось в списке участников. Но был и неожиданный момент: дата первой съемки оказалась куда ближе, чем я рассчитывал.

– Через десять дней?..

– Именно. Вы, так сказать, успели в самый последний вагон. Обычно в программы вроде нашей так просто не попасть, но вам повезло! Уж слишком хорошо вы подходите под наш формат.

«Ага, конечно. Судя по всему, кто-то из участников выбыл из шоу в последний момент, вот и носятся по караоке в поисках замены», – подумал я с ленивым раздражением. Слова ведь ничего не стоят – можно приправить их любыми комплиментами. А потом, как только отыграю свою роль, в ту же секунду сделают вид, будто и знать меня не знали. На телевидение попросить участника на выход ничего не стоит. К тому же обычному-то человеку легко втихаря сказать: «Готовься: через десять дней съемки и оценочная песня». Вот если бы такие условия поставили кому-нибудь из более серьезных участников, их агентства наверняка подняли бы крик.

Но я, в общем-то, был к такому готов.

– Хорошо, спасибо, – сказал я, состроив дурачка и слегка покивав, словно нервничая из-за ранних съемок. Сценаристку мое покорное согласие оставило довольной.

– Это мы вам должны сказать спасибо! Тогда я еще свяжусь с вами обговорить остальные детали.

Судя по всему, меня выгоняли.

Я вышел из телецентра и тут же составил план на предстоящие десять дней. Времени было мало – похоже, придется действовать решительнее, чем я собирался.

После десяти суматошных дней наконец настал первый день съемок. По законам жанра любое шоу на выживание начинается с индивидуальной оценки участников.

Первая оценка. Кто хоть раз смотрел такие передачи, знает, насколько важным может оказаться первое впечатление от участников – нередко именно по нему судят вплоть до самого конца программы. Так что, если на этом этапе ты ничем особенным не отличаешься, нужно во что бы то ни стало сделать выступление запоминающимся.

Можно даже провалиться, лишь бы громко. Ну да, тебя сначала все обсмеют, но это тоже неплохой вариант для дальнейшего роста. А вот если себя не проявишь, то просто возьмут и вырежут из эфира, а это уже приговор. Я, конечно, надеялся, что обойдется без провалов, но…

– Помните свой номер? Будем вызывать по ним. Идите по коридору – и на сцену.

Съемки начались с того, что всех заставили по одному выходить на сцену. Неестественные походки участников потом наверняка окажутся в тизере программы, а всего на 40-секундный ролик мы потратили больше двух часов. Что, правда, неудивительно при 77 участниках.

«Да тут одни дети», – подумал я, окинув взглядом ребят, что сидели со мной в помещении за сценой, которое с натяжкой можно было назвать комнатой ожидания. Мой изначальный запал немного угас. У меня, конечно, были мое окно состояния и опыт прошлой жизни, но в этой толпе школьников мне вдруг стало неловко, что я вообще собираюсь стать айдолом.

– Кхм, здравствуйте.

Несколько парней в комнате ходили туда-сюда и пытались заговорить со случайными людьми, и сейчас ко мне подошел как раз один из них. Не уверен, специально ли он пытался наладить знакомство или просто хотел поболтать с кем-нибудь на радостях. Важнее было, что выглядел он не старше лет пятнадцати.

«Да уж, дожил, завожу знакомства с малолетками…»

– Вы один пришли на прослушивание?

– Да.

– Круто, я тоже. Э-э… а вам сколько лет?

– Двадцать.

Скостив себе девять лет, я почувствовал себя немного неловко, но одновременно неожиданно приятно.

– А у вас агентство есть?

– Нет.

– А, ясно! Обычно в «АОА» все приходят от агентств, вот и решил узнать, откуда вы…

– У меня изначально не было его.

– Ага… понятно.

Школьник сразу потерял ко мне интерес и, закончив фразу, бросился к следующему человеку. Уже видно, что парень схватил суть игры, такие быстро идут вперед. Конечно, подобную расчетливость придется прятать от камер, но, думаю, с этим он как-нибудь разберется сам. С ума сойти, конечно, даже детишки уже настолько прагматичные. На секунду я подумал, не сошел ли с ума, ввязавшись в это все, но отступать было поздно.

– Переходим на другую площадку!

Наконец началась основная часть съемок. Чувствуя себя сурикатом, я поплелся за толпой школьников и встал у края сцены, на которой проводили первый этап прослушиваний, и стал ждать своей очереди.

Меня вызвали примерно в середине списка.

– Участник Ли Седжин-Б… 15 место! Можете садиться.

– Спасибо!