Токсу Пэк – Дебютируй или умри. Том 1 (страница 5)
Парень на сцене вежливо поклонился. Его отправили на шоу от одного агентства с еще тремя участниками. Он явно справился лучше, чем его коллеги, но растопить сердца продюсеров явно не смог.
«Это уже слишком…»
Сценаристка Рю Сорин, нахмурившись, вертела в руках шариковую ручку. В третьем сезоне бюджет программы сократился, что было неудивительно, учитывая провал второго. И сам перезапуск-то еле-еле удалось протащить.
Продюсеры работали над тем, чтобы стереть тень предыдущего сезона – чего стоило только это нелепое добавление про «Повторные торги» в название шоу. На самой съемочной площадке чувствовалось, что вся команда работает на успех, но этих усилий было явно недостаточно, чтобы полностью возместить прошлые неудачи.
Одним из главных показателей прошлого провала был, конечно, пул участников. Самых подготовленных ребят перехватили другие программы, и чтобы дотянуть список до 77, решили набирать всех, кто выглядел хоть немного презентабельно. В итоге, конечно, процент «никаких» участников поднялся до опасной отметки. А если будет слишком тухло, то уже никакой монтаж не спасет. В корейских айдол-шоу зрителю почти невозможно навязать человека без таланта, как такого ни упакуй, рано или поздно люди понимают, что фантик пустой, и на программу обрушивается лавина критики. И не скандальной критики, способствующей рейтингам, а просто досады и раздражения: «неинтересно», «обманули». Костяк дебютной команды руководству шоу удалось собрать, но без темных лошадок держать программу на плаву им будет ох как не просто.
«И этот такой же».
Следующим на сцену должен был выйти полный новичок, которого нашли всего за десять дней до съемок. Один из утвержденных участников попался на пьяной езде, пришлось срочно заменить. Особых ожиданий никто не питал.
«Как там его зовут… Хотя все равно потом еще объявят».
У парня был неплохой голос, приятная внешность и подходящая для ТВ личная история. Стандарты отбора из-за срочности пришлось понизить, что и дало парню шанс. Но даже так – максимум, что можно сказать: чуть лучше запасных.
«Ну… зрителям будет с кем сравнить остальных участников».
Судьи со скучающим видом пробежались по анкете новичка. Кроме семейных обстоятельств – ничего особенного. Рю Сорин сама поймала себя на мысли: «Может, было бы даже хорошо, если бы он сейчас облажался, хоть скандальчик получим». Пара катастрофически слабых участников не повредит – шоу ведь держится на эмоциях. А насмешки, как известно, тоже форма внимания.
Обычный парень, готовившийся всего десять дней, да еще и в одиночку, имел все шансы показать на сцене какую-нибудь потрясающую нелепость. Рю Сорин, слегка прищурившись, бросила короткий взгляд на участника:
– Можете подниматься на сцену!
Новичок вышел к микрофону, и Рю Сорин смогла рассмотреть его поближе. К счастью, визажисты постарались, и лицо смотрелось куда приличнее, чем при их первой встрече. Но вот общее впечатление… Вид у парня был то ли скучающий, то ли подавленный, в любом случае странно отстраненный. Раньше она думала, что это связано с его семейной историей, но раз он и перед десятками камер выглядит так же – значит, дело в другом?
На самом деле участник уже не раз бывал на массовых съемках в качестве статиста и к камерам давно привык. Но об этом сценаристка знать не могла, вот и продолжала гадать: «Просто не показывает, что волнуется?» Впрочем, ее это особенно не заботило. Если он бездарь, то можно будет выставить его как самоуверенного новичка – зритель быстро подхватит такую картинку. Она уже прикидывала, под каким соусом можно будет его подать.
Тем временем на сцене к парню обратился ведущий:
– Представьтесь, пожалуйста.
– Здравствуйте, меня зовут Пак Мундэ.
В судейском ряду послышались сдавленные смешки и легкое фырканье.
– Это все? – с полуиронией спросил через микрофон один из судей-мужчин, явно недовольный столь коротким представлением. Но Пак Мундэ будто и не заметил придирки и просто кивнул, не изменив своему серьезному выражению лица.
– Да. Мне пока особо не о чем рассказывать.
В жюри раздался смешок.
– Ого, ну и кадр попался!
– Забавно, забавно…
Микрофоны заботливо улавливали все перешептывания судей.
– А, ну да, в анкете и правда совсем пусто.
– Ага.
Казалось, еще чуть-чуть – и прозвучит что-то в духе: «И зачем вы вообще пришли?» Но судьи, видимо, решили придержать такие реплики на потом, когда эффект будет сильнее, и стали чуть серьезнее. А сценаристы, напротив, оживились: «Хм, кое-какой материал для монтажа, может, и выйдет».
– Ну что ж, давайте посмотрим, что вы подготовили.
– Хорошо.
С некоторым злорадством участник взял из рук ассистента микрофон. Через несколько секунд зазвучала инструментальная партия. Все разом нахмурились.
«Что?.. Он эту песню собирается петь?»
По залу разлился мягкий и чувственный аккомпанемент. Судьи стали перешептываться.
– А?..
– Это же T-Holic?
Когда-то этот бойз-бэнд собирал все главные премии три года подряд, но потом группа ушла на вынужденный перерыв – призыв в армию проредил ряды участников. Лейбл тогда сделал ставку на младшего, еще не призванного в армию главного вокалиста, и выпустил его мини-альбом, на котором особенно сильным вышел заглавный трек. Со временем, правда, стало понятно, что настоящая жемчужина альбома была не заглавная композиция, а одна из песен, которая шла к ней в довесок – Party in me. Песня неожиданно стала набирать популярность и даже поднялась до топ-три музыкальных чартов. Изначальным толчком послужила рекомендация известной соло-певицы в соцсетях, потом трек стал появляться в развлекательных шоу.
Пышный живой саунд, изящные синтезаторы, легкое, но запоминающееся звучание – в итоге волна популярности позволила треку надолго закрепиться в музыкальных программах студенческих фестивалей и даже попасть в годовой топ-сто.
И сейчас в студии явно звучала именно Party in me, те же аккорды, тот же мягкий чувственный мотив.
Да, песня отличная, в умелом исполнении – так вообще конфетка.
Но выбор странный. «С чего он вообще решил, что сможет ее спеть?»
Для дебюта, как казалось, песня совсем уж не подходила. В «выживалках» обычно пели либо хиты айдолов, которые были в тот момент на пике славы, либо широко известные песни более зрелых артистов. Party in me же явно выпадала из обеих категорий, так что обычно в таких программах ее никто не пел. Тем более что пик ее популярности уже несколько лет как прошел. От новичка ничего, кроме банальностей, никто не ждал, вот ему и не сказали заранее, что конкретно нужно петь. Неожиданно, конечно. Вообще-то о выборе песен продюсерам было известно заранее, но заблаговременно проверять, что будет петь каждый из 77-ми участников никто не хотел, вот и получилось, что получилось.
«Песня ни туда ни сюда… И как это потом монтировать, чтобы нормально сочеталось с другими участниками…» – Рю Сорин раздраженно начала стучать ручкой по блокноту. Судьи, которых выбор композиции вначале удивил, теперь лишь с ленцой дожидались конца вступления.
И тут Пак Мундэ запел:
– Я помню себя, которого раньше знал,
Себя, который лучился и сиял.
И в череде измученных, слабых дней,
Даже в конце бесконечных будней.
Внутри изранена душа,
Это ведь я, о-о,
Да, я.
It's me.
– !..
А неплохо.
С первых строк, с этого сбивчивого ритма, переходящего в полушепот, все прозвучало чисто. Легко и естественно. На слух – безукоризненно. Немногие знают, что эта песня только кажется простой: чаще всего исполнители теряют тонкие смещения ритма и сбиваются. Внешняя легкость песни тогда сразу оборачивается провалом – зрителю кажется, что такое не споет только полный любитель. Но этот парень безошибочно попадал в каждую дробную долю сложного ритма.
«Дан, та-дан, тан, дан, да-ан, та-дан».
– !..
Один из судей, который машинально отбивал ритм по столу, невольно вздрогнул. Совпадение оказалось идеальным.
Даже тем, кто от всех тонкостей дробных долей был максимально далек, было видно, что пел Пак Мундэ отлично – голос уж слишком точно ложился на аккомпанемент.
«И сам тембр тоже ничего?..» Дело было не просто в силе голоса, но еще и в красоте и объемной глубине тембра.
«В караоке он разве так пел?» – Рю Сорин попыталась вспомнить их первую встречу. Нет, вроде бы тогда было по-другому. Если бы он сразу так пел, она бы с ним на кастинге провела гораздо больше времени. Может, даже помогла бы с выбором песни. «Это он за десять дней так прибавил?»
Тем временем песня перешла от куплета к предприпеву.
– Поэтому я…
Должен увековечить себя.
Нельзя забывать.
Нельзя снова упускать.