Тина Мун – На скорости чувств: полюби меня снова (страница 4)

Сейчас я не боюсь.

Сейчас я только и мечтаю, чтобы когда-нибудь просто разбиться. Может, у меня судьба такая? Две аварии… Вряд ли меня спасут в третий раз.

Я резко торможу, когда на горизонте появляется выступ. Обычно скорость помогает мне забыться. Но сейчас даже она не спасает от навязчивых мыслей. Я все еще думаю. Все еще тешу себя надеждами, что все наладится. Снимаю шлем и утираю слезы, которые текут не по моей воле. В темноте замечаю машину и напрягаюсь. Кто здесь может быть? Это место только мое и…

Нет. Его здесь точно не будет.

Слезаю с мотоцикла и иду прямиком к машине, слегка пошатываясь из-за выпитого алкоголя. Подхожу и стучу в стекло, которое тут же опускается. Задерживаю дыхание и пытаюсь избавится от непрошенных мыслей. Не дышу до тех пор, пока не замечаю знакомую рыжую шевелюру.

– Идиот. Я испугалась, – ворчу я, смотря на Роя.

– Знал, что ты приедешь сюда.

Мужчина выходит из машины и тянет меня к себе, обнимая и согревая. Как он узнал, что я буду здесь? И откуда вообще знает об этом месте?

Мы стоим вот так, на краю обрыва. Я обнимаю его, вдыхая свежий ночной воздух. Цепляюсь за его джинсовую куртку, пытаясь не упасть. В голове все еще проносятся мысли: «А что, если бы тут был не Рой?» Но ведь это глупо, да? Бенсона даже в Милане нет. Откуда ему взяться на нашем холме?

– Что ты здесь забыл?

– Тебя, принцесса. Кого же еще? – Его грудь вибрирует от тихого смеха, и я делаю несколько шагов назад. Смотрю ему в глаза и хмурюсь.

– Не называй меня так. Мы оба знаем, что я ни черта не принцесса.

– Кому как. Для меня ты все это время была ей. Что с тобой? И почему ты приехала сюда? Еще и на байке.

Я закатываю глаза и иду к выступу. Сажусь на холодную траву и обнимаю себя за плечи. Вот только нотаций мне не хватает для полного счастья. Будто я закончу гонять, если мне будут читать морали.

– Кажется, я уволюсь.

– Почему? – Рой встает позади меня и кладет руку мне на плечо.

– Не могу терпеть Эша. Не могу выносить все это. Хочу начать все заново.

– Ди?.. – Друг поднимает и разворачивает лицом к себе. Смотрит в глаза и проводит рукой по моей щеке. Пульс ускоряется, стоит ему провернуть такое, а глаза застилает пелена.

И так каждый раз. Каждый раз, когда это происходит, я отключаю голову, чтобы на следующий день не думать о том, какая я мерзкая.

Дотрагиваюсь до руки Роя и, приблизившись, касаюсь его губ своими. Целую грубо и слишком резко. Толкаю в грудь по направлению к машине.

– Ты же знаешь, что пользуешься мной? – спрашивает он, чуть усмехаясь.

– Конечно. Так же, как и ты. Заткнись и возьми меня.

Рой подхватывает меня за талию и несет к машине. На улице начинается дождь, как только мы оказываемся в салоне. Мелкие капли дождя глухо стучат по стеклу и крыше, пока я торопливо снимаю одежду с мужчины. Мы друзья? Да, конечно, друзья. Которые изредка встречаются, чтобы хорошенько потрахаться, а потом расходятся до следующего раза. Не снимая с меня кофты, Рой сжимает мою грудь и из меня вырывается стон. Срываю с него куртку и расстегиваю ремень на джинсах. Между ног до боли пульсирует, пока мы раздеваемся, терзая губы друг друга. Я задыхаюсь от его поцелуев, жадно хватая ртом воздух. Дождь усиливается, но в салоне машины душно. Я стягиваю с себя кофту, и Рой приникает губами к моей груди. Обводит языком сосок и зажимает между пальцев второй.

Я отвратительна.

И я это знаю.

Завтра я снова буду жалеть об этом. Снова буду думать о том, что они были лучшими друзьями с Даниэлем. Буду плакать и ненавидеть себя. Но это будет завтра, а сейчас я просто заполняю дыру в своей груди.

3 глава

Домой я возвращаюсь только под утро, проведя всю ночь с Роем в машине и наслаждаясь вниманием с его стороны. Я знаю, как это неправильно. И так вообще не должно быть! Мы ведь друзья. Он поддерживал меня после аварии, после расставания с Бенсоном. Но… Но почему-то наша дружба зашла немного не туда. У меня нет к нему никаких чувств. Да и у него тоже. Мы просто хорошо проводим время вместе.

Но именно сейчас. Боже, мне так стыдно и противно от самой себя. Я занималась сексом с лучшим другом бывшего. В том месте, которое любил Даниэль. В его тайном месте, которое он показал только мне. Я приезжала туда каждый раз, когда вновь хотела почувствовать себя лучше. Оно стало для меня невидимой нитью, за которую я крепко держусь. Здесь мы доверились друг другу. В первые открыли наши души. А сейчас? Что я наделала? Почему не попросила уехать оттуда? Почему решила осквернить это место своим грязным поступком?

Я идиотка.

Захожу в спальню и падаю на кровать. Виски уже давно выветрилось из организма, вновь возвращая меня в реальность. Твою мать, в этот раз мои загоны Эш точно не проигнорирует. У нас каждый раз проходили стычки, но я никогда не поднимала на него руку и не угрожала. Может, он забудет? Тоже ведь пьяным был.

Прикрыв глаза, устало провожу рукой по лицу, чувствуя, как в горле встревает ком. Эш, который только и делает, что распускает руки. Рой, каждая встреча с которым заканчивается в постели. Джек, рядом с которым я думаю только о том, что тоже могла бы быть матерью. Все это… Все это так давит на меня, что я просто не могу вынести этого.

В полной тишине слышу, как в дверь скребется Брут. Поднимаю свой зад и впускаю пса.

– Ну что, Брут, может ну его. Уедем отсюда и начнем новую жизнь? – Собака переворачивается на живот, наклонив голову вбок. Я достаю из сумки телефон и набираю номер отца, так как видеть их вживую сил нет.

– Пап, привет. Ты не занят?

В трубке слышится тихий и усталый голос:

– Для тебя я всегда свободен. Что-то стряслось?

– Я хотела посоветоваться с тобой. – Притянув колени к себе, кладу на них подбородок.

– Конечно, говори.

– Я хочу уехать из Милана.

Отец громко выдыхает в динамик, несомненно, удивленный моим решением.

– С чего вдруг такие мысли? Неужели…

– Нет-нет. Это не из-за того, что ты хочешь сказать. Я просто хочу сменить обстановку. Может, стоит поехать к Фирсу? Побыть немного там, вдруг мне понравится? – Не знаю, зачем я решила поговорить с отцом на эту тему. Но он единственный, кто знает, как мне на самом деле тяжело и как я хочу уехать из этого города. За все это время я так никому и не сказала, что у меня был выкидыш. Я не хотела видеть жалостливые взгляды и слышать слова сожаления. Мы не сказали даже маме, боясь, что она не переживет это. Она очень эмпатичная и все принимает близко к сердцу, поэтому лучше не волновать ее лишний раз.

– К Фирсу? Но он же в Канаде. Ты хочешь уехать так далеко?

– Чем дальше, тем лучше, – бормочу я себе под нос. Отец спрашивает что-то еще, но вдруг я слышу голос мамы.

– Это мама? Я хочу услышать ее.

– Милая. Почему ты не приходишь к нам? Мы что, зря переехали в Милан, чтобы быть к тебе ближе? – возмущается мама, видимо, отобрав телефон у папы.

– Прости, у меня много работы.

– Именно поэтому ты собралась куда-то уезжать? Ди, я все понимаю, ты все еще переживаешь разрыв, но не пора ли начать жить дальше? Пять лет прошло, милая. Пять. Вокруг тебя столько мужчин. Взять хотя бы Роя.

Я отодвигаю телефон от уха, не желая слушать ее советы. Жить дальше?.. Как?

Начну встречаться с Роем, прекрасно зная, чей он друг. Зная, что между нами не будет никакой любви. Нам тупо нужны тела друг друга. И это будет ровно до тех пор, пока он не найдет себе нормальную девушку. Шансы, что я найду парня, куда меньше.

– Мам, мне пора, – перебиваю женский голос, когда понимаю, что начинает болеть голова.

Мне уже двадцать пять, а все до сих пор советуют, как правильно жить эту жизнь. Какая кому разница!?

– Напомню, что мы не видели тебя два месяца. Приходи, когда захочешь. Мы всегда тебя ждем. И любим тебя, ты же знаешь это? – уже почти шепотом говорит мама.

Я прикусываю губу, чтобы не разрыдаться. И я люблю их, просто не хочу, чтобы мне давали уроки правильной жизни.

Отключив вызов и отложив телефон, я иду на кухню, чтобы заварить себе кофе. Трясущимися руками достаю кружку, но она неожиданно выскальзывает, разбиваясь о кафель.

– Да твою мать! – Один из осколков отлетает мне в щиколотку, царапая. Удержавшись за тумбу, я рефлекторно поджимаю под себя ногу. Когда-нибудь этот тремор прекратится. Когда-нибудь, когда я начну ходить к психиатру и изменю уже наконец свою жизнь. Я застываю, смотря в окно. В глухом помещении раздается звонок, и я бегу к телефону. На экране высвечивается номер моего напарника бармена.

– Алло?

– Боуман, что ты наговорила Эшу? Он тут рвет и мечет, лучше не попадаться ему на глаза.

Я фыркаю, попутно обрабатывая порез.

– Будет знать, как распускать руки.

– Он начальник, ему плевать, что он может делать, а что нет, – парень говорит это всерьез и таким голосом, словно отчитывает. Хотя он младше меня на восемь лет.

– Не делай мне мозг. Поорет и успокоится. – Я уже собираюсь отключиться, как слышу крик Эша.

– Это Боуман? Дай сюда. Слышишь ты. Ты! Ты уволена, понятно? Не смей даже и шагу сделать в мой клуб. – Его противный хриплый голос вызывает во мне только отвращение.

– Я уволена за то, что поставила тебя на место?